Чтение онлайн

Очень неблагодарное дело определять женский возраст по внешнему виду. Обязательно ошибешься!

Но точно, что эта суровая мадам значительно старше парня. Держаться они особняком и даже не разговаривают. Может быть, это случайные знакомые?

Дамочка долго выясняла что-то с проводницей и вошла в вагон первой, а парень остался курить…

В какой-то момент Максиму показалось, что он видел где-то этого тридцатилетнего блондина со спортивной выправкой…

Захотелось даже подозвать к окну Юрия и спросить у него. Но парень отбросил сигарету куда-то под колеса, заскочил в вагон. А за ним вошла проводница, и поезд тронулся…

Вскоре из соседнего купе послышались громкие голоса. Не ссора, но спор. Разобрать можно было только отдельные фразы. И русские, и французские:

— Тут, господа, ошибка вышла! Это вам там, в Берлине напутали, вот у них и разбирайтесь. Но мы вас на хорошее место переводим. Это личное купе начальника поезда…

Спор стих, но через минуту Максиму пришлось открыть дверь купе после настойчивого стука. На пороге стояла та самая женщина неопределенного возраста.

— Соседи, здравствуйте! Я из пятого купе…

— Там же французы?

— Они уже вещички собирают. Вот поэтому я к вам. Приютите на десять минут. Очень не люблю в коридоре торчать.

— А где ваш муж?

— Это Олег что ли? Он не муж, а так, сослуживец. Мой референт.

— О, мадам, вы большой начальник?

— Не очень большой, но глава фирмы. Я Олега в ресторан направила. Мне командировку буквально за час оформили. Не успела собраться толком.

— Готовите походный ужин? Предлагаю объединить усилия. У нас с другом есть кое-какие запасы.

— С удовольствием, ребята! Тем более что с подчиненными пить не принято, а с соседями — это можно. Меня, кстати, Варварой зовут.

— Правильно, Варя! С соседями пить не только можно, но и нужно. За знакомство, за дружбу и за всякое такое.

— Согласна! Только я первым делом руки помою. На нашем вокзале такая грязь…

Она отвернулась к своей сумке, которая стояла в углу, и стала что-то из нее извлекать и перекладывать в косметичку…

Последнее время Ткач и Вдовин вели себя, как бандиты. Но это были очень деликатные мужчины. Они скромно отвернулись к окну.

В последний момент Варвара протерла руки платком, смочив его какой-то жидкостью.

Все выглядело естественно! И почти не было заметно, что она сначала теребила в руках платок, а потом плеснула на него жидкость из флакона…

Платок сразу же лег на сумку, а гостья выскочила за дверь, плотно прикрыв ее за собой.

После ее ухода Максим, любивший проявлять свои аналитические способности даже в самых простых случаях, подвел итог:

— Как же, руки она мыть пошла! Она же сразу сорвалась, как только проводница открыла туалет. До последней секунды терпела и сорвалась. А этого Олега я где-то видел!

Максим отвернулся к окну и стал вспоминать лицо этого парня, его фигуру, манеру двигаться.

Точно! Он видел его совсем недавно. И это тоже было связано с транспортом…

Вокзал? Нет, аэропорт!

Он вдруг реально представил себе аэропорт «Орли». Толпу только что прибывших пассажиров рейса из Москвы.

Этот парень летел в их самолете! А они тогда здорово выпили и еще обсуждали этого Олега, который перед ними занял такси…

Так, стоп!

Таких совпадений не бывает! Экскурсоводша Люба говорила, что к этим подругам в Париже приехал знакомый парень.

Он приехал к подругам. Значит, к Марине Гридиной и к той другой, у которой редкое русское имя было.

Люба говорила, как ее зовут… Прасковья, Дарья, Варвара. Точно, Варвара! Это та, которая, именно сейчас в туалет побежала.

А зачем заходила?

Максим почувствовал, что мысли начинают путаться. Все поплыло перед глазами. Все стало вокруг голубым и зеленым…

Отчего это? От предчувствия опасности? Или от усталости? Или от того платка, который лежит на женской сумке…

Макс обернулся к своему спутнику.

Надо сообщить Ткачу важную новость. Надо вместе обсудить и принять решение…

Но Юрий Антонович, который сидел в углу рядом с влажным платком на сумке, отвалился к стенке и спал.

Максим сделал к нему шаг и ощутил, что ноги стали ватными. Наклонившись над сопящим спутником, он потряс его за плечо. Потом что-то прокричал над ухом, злясь и глубоко вдыхая сонный воздух…

Надо обязательно разбудить Юру!

Вдовин попытался ударить спящего по щеке, но промахнулся и сам повалился на диван.

И тут он понял, что хотел именно этого! Какое счастье спокойно лечь на полку, закрыть глаза и отключиться…

Варвара зашла к ним через десять минут.

Она взяла сумку, брезгливо сбросив с нее отработавший свое платок…

Потом они с Олегом открыли окно, проветрили купе, заперлись и долго рылись в чужих чемоданах. Наконец они извлекли папку с записями Маркова и два старых магнитофона…

Уложив спящих противников и, прикрыв их тела простынями, Варя с Олегом отправились работать. На сонных людей «Оракул» действовал плохо.

Надо ждать пробуждения этих прохвостов.

Это значит, что для подготовки у них было два-три часа…

Олег довольно быстро разобрался в записях Маркова. Сложнее было с текстом гипноза. Варвара забраковала несколько вариантов.

Потом она вдруг посоветовала: «Говори, Олег, без бумажки. Так всегда лучше получается».

Крылов откинулся на мягком диване, приблизил к себе микрофон и, включив «запись», закрыл глаза:

«Все будет хорошо! Я должен ждать тех, кто придет и произнесет пароль: „Мир вашему дому“. Этим людям я должен доверять полностью. Им я расскажу все, что знаю. Я буду спокоен и послушен…»

Потом Олег долго колдовал с прибором, что-то подсчитывая, вымеряя направление антенн, которые упирались в стенку соседнего купе.

Ткач и Вдовин начали просыпаться лишь в Смоленске. Это было очень удобно! На остановке поезд не трясло, и не надо было придерживать приборы…

На всякий случай Олег отправил Варю в дальний тамбур. Да и сам, включив «Оракула», шустро выбежал в коридор…

Через две минуты он вернулся, немного развернул антенны и, перемотав пленку, включил запись еще раз…