Чтение онлайн

— Эти обезьяны насмотрелись уже на все пять роалов, — ворчал скандар. — Когда же будет конец этому?

— Вы так великолепно все проделываете, — сказала, подойдя, великанша, — что даже мне понравилось.

— Премного благодарны, — буркнул Залзан Кавол.

Наступили сумерки. Приход темноты сразу изменил настроение лесных братьев — они потеряли интерес к жонглерам. Пятеро подошли к сети, перегородившей дорогу, и стали рвать ее на куски острыми коготками пальцев. Не прошло и десятка минут, как путь был свободен, а все до единого лесные братья исчезли в темноте леса.

— Не найдется ли у вас вина? — спросила великанша. Жонглеры укладывали в фургон снаряды, готовили его к отправлению. — Я так на вас засмотрелась, что забыла про питье.

Залзан Кавол на это не отреагировал, словно и не слышал просьбы воительницы. Карабелла сбегала к фургону и вынесла полную флягу. Лизамона осушила ее одним глотком. Вытерла губы рукавом, по-мужски крякнула.

— Доброе вино. Долорнское? Гайроги понимают толк в выпивке. В Мазадоне вы такого не найдете.

Залзан Кавол наконец повернулся к ней.

— Ты сказала, траур там будет длиться три недели?

— Не меньше. Герцог — не то, что мы с тобой.

— Отчего он умер?

Лизамона почесала голову.

— Говорят по-разному. Одни толкуют, что его до смерти напугало послание Короля, другие — что он просто подавился за обедом, третьи утверждают, что вельможа перетрудился с тремя наложницами. Как бы там ни было — он умер, это уж бесспорно.

— Значит, работы мы там не найдем, — сказал скандар.

— Траур распространяется до самого Тагобара.

— Столько времени без заработка, — покачал головой Залзан Кавол.

— Да, тебе не повезло. Но я знаю, где вы сможете устроить представление — как раз за Тагобаром.

— В Кинторе? Ты уверена?

— Нет, в Кинторе у вас тоже ничего не получится. У них было неурожайное лето, они залезли в долги, на вас у них не будет денег. Я говорю об Илиривойне.

— Что? — Слит вздрогнул, как ужаленный.

Валентайн поинтересовался у Карабеллы:

— Где этот город?

— К юго-востоку от Кинтора. Это территория метаморфов.

— Да, они там живут, — подтвердил скандар и снова обернулся к Лизамоне. — Ты уверена, что мы найдем там работу?

— В следующем месяце у метаморфов фестиваль — они празднуют конец уборки урожая. Там начнутся всяческие веселья, танцы, спортивные состязания. Жонглеры, я думаю, найдут себе место на фестивале. Меняющие Форму, как и все, не жалеют денег во время празднеств.

— Разве они похожи на всех? — недоверчиво спросил Залзан Кавол. — И из них, как изо всех, можно вытрясти денежки? Что ж, мы это проверим…

— Только без меня! — неожиданно крикнул Слит.

— В чем дело? — удивился скандар, повернувшись к жонглеру.

Слит был бледен и напряжен, словно ему угрожала смертельная опасность.

— В Илиривойн вы пойдете без меня!

— Мне придется вынуть подписанный тобой контракт…

— Мне все равно. Никто не заставит меня пойти на территорию метаморфов. Имперские законы там не имеют силы, и наш контракт аннулируется, как только мы переступим границу резервации. Я не люблю Меняющих Форму и не собираюсь рисковать жизнью на их земле!

— Поговорим об этом позже, Слит.

— Мой ответ будет таким же.

Залзан оглядел всех.

— Хватит разговоров! Мы и так потеряли немало времени. Спасибо тебе за помощь, — повернулся он к великанше.

— Удачи в гастролях, — ответила она.

Махнула приветственно рукой и пошагала по дороге.

Нужно было поскорей убираться из леса. Все забрались в фургон, Залзан Кавол взгромоздился впереди — повозка тронулась. Валентайн, уставший от вояжа за Лизамоной, внепланового жонглирования и действия пьянящей двикки, забился в угол и сразу уснул. Уснул так крепко, что его не будила ни тряска фургона, ни продолжавшиеся разговоры.

Проснулся он только утром, услышав часто повторявшееся слово «метаморфы». В фургоне шел ожесточенный спор. Делиамбер доказывал, что слухи об опасности преувеличены. Какой опасности? — подумал Валентайн спросонья. Карабелла говорила что-то об иске, который Залзан Кавол предъявит Слиту, а Слит с истерикой в голосе вопил, что боится метаморфов и не подойдет к ним ни за какие деньги. Шанамир и Виноркис, поддавшись страху, добавляли сведений об Меняющих Форму — они-де лживы, злобны, не терпят всех остальных…

Окончательно проснувшись, Валентайн понял, что голова его покоится на коленях Карабеллы. В фургоне было светло. В проеме дверей виднелись ветви деревьев, а за ними — невысокие округлые холмы.

— Где мы? — спросил он.

— В окрестностях Мазадона. Скандар гнал повозку, как сумасшедший, всю ночь.

Девушка рассмеялась.

— А ты спал, как убитый.

Залзан Кавол и Слит спорили неподалеку от фургона.

Слит был вне себя от ярости. Он ходил взад и вперед, размахивал кулаками, кричал, топал ногами, один раз даже чуть не бросился на скандара, который, напротив, был спокоен и терпелив. Он стоял, сложив на груди все четыре руки, и лишь изредка бросал Слиту холодные реплики.

Карабелла повернулась к Делиамберу.

— Это продолжается слишком долго, колдун. Ты не можешь вмешаться, чтобы Слит не сделал какой-нибудь глупости?

Урун был настроен меланхолично.

— Ужас Слита перед метаморфами переходит границы разумного. Может быть, он получил когда-то послание Короля — и такое, что волосы его побелели за одну ночь? В любом случае — ему нужно было бы уйти из труппы, каковы бы ни были последствия.

— Но он нам нужен!

— А если он убежден, что столкнется в Илиривойне с чем-то ужасным, в наших ли силах помочь ему?

— Что если я попытаюсь успокоить его? — предложил Валентайн.

И встал, чтобы выпрыгнуть из фургона, но чуть не столкнулся с влетевшим сюда Слитом. Лицо его дергалось. Не говоря ни слова, он стал кидать в свой мешок имущество жонглера, заполнил его и выскочил из фургона, ни с кем не попрощавшись. Прошел мимо скандара, не повернув к нему головы, и пошагал на север.

Все растерянно следили за ним. Никто не бросился за ним вдогонку, пока он не скрылся из виду. Только тогда Карабелла сказала: