Чтение онлайн

Аборигеночка, тем временем, немного пригнулась, рассматривая мой агрегат, который от вполне жественного вида обнажённого тела начал наливаться кровью. С интересом его оглядев, всё так же улыбаясь, она резко протянула руку, даже не приласкав, а скорее “пощекотав” меня по промежности и мошёнке. Это было хоть и неожиданно, но весьма приятно, так что член в три толчка пришёл в боеготовое положение. Аборигеночка удоволетворённо кивнула, ну и… просто бухнулась на спину на песок, разведя ноги. Вид открывался весьма привлекательный, но чёрт возьми, надо несколько в порядок себя привести! Ну не “грязная до ужаса”, но подтёки грязи на теле будущей любовницы были.

Да и запашок застарелого пота, пусть не сильный, но присутствовал, так что подошёл я, подхватил на руки удивлённо пискнувшую аборигеночку и вернулся с ношей в купальню.

Отметив, держа на руках, какая всё-таки девочка маленькая и лёгкая. Ну и сделав мысленно зарубку, учитывать в дальнейшем процессе сей факт.

Аборигеночка, сжавшаяся на руках и зыркающая на меня с ужасом, оказавшись в тёплой воде купальни расслабилась, а почувствовав мои руки, омывающие её тело, вновь начала улыбаться.

И включилась в “ласки”, оглаживая меня. Вообще — весьма ничего, не мог не отметить я омываемое. Очень широкие бёдра, для её размеров, конечно. Длинные, более чем в половину девочки ноги, подтянутые, но не тощие — в принципе, учитывая “жизнь на ногах” и не удивительно.

Грудь мне “под ладонь”, но учитывая её размеры — прям буфера, а учитывая фактическую величину — очень упругие. Мне нравится, заключил я, лаская розовые, средних размеров соски, сливающиеся ареолами с грудью. В общем, тут даже и без “предыдущего воздержания” я бы вполне был бы “за”, не мог не отметить я.

Девочка от ласк груди довольно жмурилась, а когда я без проникновения омыл щёлку, вообще закрыла глаза и с улыбкой начала постанывать. Но, когда я перешёл к ласкам-омовению промежности и попки, вдруг открыла глаза, собралась, нащупала мой эрегированный член, да и вывернулась из объятий, встав на ноги и подёргивая меня за руку.

— Пойдём, большой шаман, — серьёзно сказала она, произнеся первые слова, что я от неё слышал. — Будем делать детей.

— В хижину, — уточнил я, а то на песке, конечно, можно, но вот песчинка, попавшая куда не надо, доставляет массу “непередаваемых и пикантных” ощущений обоим.

Девица кивнула, опять взвизгнула, поднятая вставшим мной на руки, но уже не испуганно, а скорее радостно. И, пока я нёс добычу в пещеру, которая хижина, с интересом оглядывала меня, ощупывая-лаская меня, водя руками по лицу и груди.

Притащив добычу в хижину, я столкнулся с очевидной проблемой — девчонка была реально маленькая, конструкции “со мной сверху” были бы ей болезненны, а то и травматичны. Ну либо я бы стоял в такую раскоряку, что вопрос эрекции бы вообще не стоял — только акробатики.

Соответственно, положил я аборигеночку на циновку, поцеловал, поглаживая тело — последнее вышло довольно забавно, сплетаться языками она не пожелала, а прикусывала, несильно, мне губы и язык.

Перейдя к её груди, я начал играть с одним соском языком, с другим, соответственно, рукой, девчонка застонала, прикрыла глаза, но вдруг встряхнулась, начав нерезко, но отталкивать мои плечи, одновременно приподняв согнутые в коленях ноги и подаваясь ко мне тазом.

Ну, тоже логично, мысленно хмыкнул я, я тут “осеменитель”, а не любовник. Девочка, судя по исходящей сокам щёлке, вполне готова, так что надо делать дело.

Аборигеночка, одобрительно смотря на меня, аж ухватила себя за ноги, разводя и приподнимая их. А я, начал пристраиваться к исходящему соком лону, не слишком торопясь.

Дело в том, что агрегат у меня, конечно, не конский. Но размеры любовницы действительно невелики, так что вот чёрт знает, как выйдет.

Впрочем, поза с “приподнятым тазом и разведенными ногами” аборигеночки, судя по всему и была призвана решать эту проблему. Так что, аккуратно введя член, я поувствовал как плоть лона плотно охватила меня, но явно не “травматично”. Ну и болезненных ощущений любовница не испытывала, а судя по стонам в голос, по мере аккуратных фрикций, испытывала наоборот.

И начал я двигаться, поглаживая грудь и тело любовницы. Она даже ухватила меня за руку, отпустив на время одну ногу, начав прикусывать пальцу — не посасывать, а легонько сжимать зубами, довольно пикантно, на самом деле.

А через минуту, любовница отпустила свои ноги, смыкая их, точнее пытаясь — до конца не вышло — за моей поясницей. И насадилась лоном на мой член до основания, чего я ранее делать опасался. Я замер, но требовательное мычание любовницы, как и попытка самостоятельно елозить на члене, расслабляя и сжимая ноги у меня на пояснице, побудили к действию.

Приобняв любовницу за поясницу и держа её слегка на весу, я начал совершать размашистые фрикции на всю длину члена. Судя по стонам и сжимающимся стенкам лона — аборигеночке это было крайне приятно.

И наконец, она приподнялась, ухватив меня за плечи, начав при помощи рук и ног двигаться синхронно со мной.

Что, через несколько минут, закономерно, привело её к оргазму, по лону начали проходить волны мышечных сокращений, ну я перестал сдерживаться.

Как вдруг, любовница, явно с трудом борясь с последствиями оргазма, вывернулась и… загнала мне, извиняюсь, палец в задницу! Я аж приподнялся, но возмутится смог только после весьма обильного и продолжительного оргазма.

И возмутился мысленно, потому что понял, что делала любовница. Меня банально “доили на семя”. Несколько неприятно самомнению, но вполне разумно. И аборигеночка вполне достаточно ориентировалась в мужской анатомии, но, очевидно, никакие виды секса кроме как “в лоно” — мне не грозят. Возбудить, приласкать — возможно, но кончай только в лоно. Что не очень для самомнения, но вполне логично для аборигенов, так что… Да потерплю, не гимназистка, окончательно решил я.

Довольно улыбающаяся аборигеночка легко погладила меня по груди, а себя по животу, выдав:

— Большой шаман, сладко было, — и веско покивала.

А я решил проверить свои выводы, через минуту поднеся свой член к лицу аборигеночки, стоя перед лежащей на спине девицей на коленях.

— Да, надо ещё, — комично-серьёзно выдала она, перестав улыбаться, смотря на опавший член над лицом.

Протянула руку, опять “пощекотала” промежность и мошонку пальчиками, оттянула кожу с головки и начала вытянутым, острым язычком водить по уздечке члена.

Закономерно, это привело к эрекции, но “продолжения” орального контакта не было. Как только аборигеночка убедилась в “боеготовности” моего инструмента, она приподнялась, ну и лёгкими толчками в плечи и грудь положила меня на спину. И, придерживая член пальчиками, насадилась на него лоном.