Замполит
Шрифт:
– Значит после Амстердама, уже ящик выпил?
Федор молчит.
– Ладно, давай выпьем по одной, что бы с нами на родине ни чего не случилось.
Я наливаю в стаканы коньяк и мы без закуски выпиваем.
– Я ухожу, Федор, не дрейфь, все будет хорошо. И прошу, брось злоупотреблять этим...
Он смотрит мне в след тоскливыми глазами.
Команда собирается на берег. У поручней стоит матрос Трифонов и с завистью смотрит на них. Я подхожу к нему.
– Ты деньги свои еще в карты не проиграл?
– Нет, товарищ замполит. Вон Галке отдал сотнягу, может чего и купит. Надо же потратиться, а то пришьют контрабанду валюты.
– А чего сам не можешь?
– Вы же не отпускаете.
– Кто сказал?
– Товарищ замполит, Иван Васильевич... я сейчас...
– Стоп. Только не пить. Почувствую запах спиртного, все шмотки которые ты купишь, выкину за борт.
– Да я... Все будет в порядке.
Он убегает, пойду готовиться и я. Мне нужно в книжный, купить астрономический справочник.
У полок с технической литературой мало народа. Я с тоской смотрю на немецкие издания и мне совсем не хочется покупать их и нанимать переводчика. Ко мне подходит служащий и чего-то говорит. Я не понимаю.
– Он спрашивает, что вам надо?
– раздается рядом голос по-русски.
Рядом с продавцом стоит один из моих "знакомых" из "Штази", с которым в этом городе мы уже имели непродолжительную беседу.
– Спросите его, - прошу я, - нет ли у него астрономического справочника на английском или русском языках.
Они переговариваются.
– Он говорит, что есть астрономический атлас на английском языке.
– Пусть покажет.
Служащий исчезает между полок.
– Однако, у вас запросики.
– Как будто в вашем ведомстве разных запросов нет.
– Меня послали к вам спросить, что с Максом?
– Не понял?
– С человеком, которого мы послали в Амстердам для связи с вами.
– Я его довел до директора отеля "Бристоль" господина Томаса. Потом меня спрятали в шкаф и я ничего уже о его судьбе не знаю.
– Расскажите мне все.
– Прямо здесь?
– Зачем. Напротив магазина есть уютное кафе. Заходите туда минут через десять.
– А как же книги, кто мне переведет...?
Он махнул рукой и ушел. Подбегает продавец. В руках у него огромная книга, он ее протягивает мне. Увы. Это не астрономический словарь, но издание весьма занимательно и кое что можно выцарапать из него для расчетов.
Я знаками спрашиваю- сколько.
Он вытаскивает записную книжку и царапает на листке- 100 долларов.
Я качаю головой, но продавец неумолим. Пришлось заплатить и обхватив книгу двумя руками, поплелся в кафе. Мой неведомый собеседник сидел за отдельным столиком. Я подтащил к нему книгу и поставил ее ребром на пол.
– Слушайте, - спрашиваю его.
– у вас есть машина?
– Есть.
– Вы потом не подкинете меня до порта.
Он хмыкает и ему становиться весело.
– У вас судно потонет от такого груза.
– Типун вам на язык.
– Типун..., типун..., а что это?
– Когда у вас язык распухнет, тогда узнаете.
– Да не сердитесь, подвезу. Так что там произошло в Амстердаме?
Я рассказываю ему все по порядку.
– Значит вы с Максом больше не встречались?
– Нет.
– Что же этот мерзавец с ним сделал?
Я развожу руками.
– Ладно, вам в порт. Поехали.
До порта мы молчим и уже у ворот он заговорил.
– Очень жаль, что так все получилось. Мы постараемся выяснить, чем же все таки кончилась эта Амстердамская история. До свидания, товарищ Полторанин.
С верхней палубы я наблюдаю за вернувшимися экипажем. В окружении матросов идет Трифонов, весь он обвешан сумками, тюками и кульками. У остальных вещей поменьше, но такое ощущение, что они успешно завершили налет на город. Галя видит меня и машет мне рукой, остальные тоже восторженно приветствуют, будто я вождь индейцев. Все мчатся на судно и разбегаются по своим каютам. Ко мне подходит старпом.
– Иван Васильевич, капитан заболел и не может управлять судном.
– Что с ним?
Он мнется.
– Чего вы тяните?
– У него белая горячка.
– От этого мы здесь задерживаться не будем. Вы старпом, ведите судно. Мы должны выдерживать график.
– Есть.
Он так и сказал "есть", как будто по другому старпом не мог понять, что теперь командиром стал он.
На судне команда как будто едет на смотрины. Все прихорашиваются, гладятся, стираются, стригутся. Я понимаю, скоро наш город. Во время этого последнего рейса, для профилактики провожу пару ненужных занятий с коммунистами, а потом, махнув на эту галиматью рукой, сажусь за рукопись.
Вот и наш порт. На судне появилась таможня. Два офицера вошли ко мне в каюту и скучным голосом затараторили.
– Вы не провозите запрещенные законном вещи, товары, наркотики, валюту?
– Нет.
– Вы, замполит судна?
– Да.
– Тогда откройте валютную кассу.
Я открываю сейф и протягиваю им кассовую ведомость. Офицеры пересчитывают валюту и сверяют ее с ведомостью.
– А в этом сейфе ничего нет?
– они указывают на второй сейф.
– Нет. Здесь документы.
Я открываю дверцу и показываю внутренности. Офицеры кивают головой, потом зачем-то ощупывают Карлсона и попрощавшись, уходят. Только они исчезли и тут мне в голову ударила мысль, у меня же две пачки долларов во внутренних карманах пиджака. Чуть-чуть не влип.
Нас встречают родные и близкие. Я вижу на берегу Лену, Катю и рядом Наталью. Матросы помогают мне сгрузиться. Ленка висит на шее. Карлсон, величиной с Катю, сидит на асфальте и та обалдело ходит вокруг него. На все это снисходительно взирает Наташа. Ленка отрывается от меня и я подхожу к Наташе.