Чтение онлайн

Если бы Командир этого Лагеря не держал под стражей Баса, я бы, возможно, прониклась атмосферой. У всех прохожих горели огни в глазах. Некоторые останавливались и спрашивали у Снежаны, как зовут новенькую, откуда пришла. Да что же они пристали! Они тормозили меня.

Мне нужно было срочно что-то делать, а не стоять и знакомиться с людьми. Я не хотела тут жить.

Я вообще никуда не хотела без Баса. Гад такой. Ненавижу.

За машиной, которую мне вызвали до дома, поехал хвост. Конечно, отпустили, но будут следить за каждым шагом. Что мне делать? Ждать с моря погоды? Бас собрался договориться со своим врагом? А если ему не удастся? Или это какое-то испытание для меня?

Прости, Бас, я в любом случае не могу сидеть сложа руки. Одним ухом слышала, что команду не всю поймали. Это они про Афину или нет?

Получается, я теперь собралась помогать тирану. Хлопнула себя по лбу ладонью. Давай же, забудь мерзавца и живи спокойно. Авось его действительно упекут за решетку.

Но пути к прошлой жизни нет. Ничего не будет так, как до нашего знакомства. Даже я уже не буду такой, как раньше.

Мама сразу, как увидела меня, поняла, что что-то случилось. Мурёныша, к счастью, привезли совсем недавно, и папа с работы не вернулся. Кот с грустной мордой ластился ко мне, терся о бедра, мурлыкал. Тоже заскучал по Басу?

Я не хотела видеть родную комнату. Все раздражало. Подушки на кровати, конспекты на столе. Страшно представить, во что я бы превратила квартиру, не научи меня Бас ставить блок на дар.

— Откуда у тебя такое шикарное кольцо? Диночка, что произошло? Ты…

Совсем забыла его снять. Сроднилась с ним, привыкла видеть эту безупречную красоту на пальце. Посмотрела на маму, вспомнила, как Герман приставил дуло к ее виску, и разрыдалась, пряча лицо в ладонях.

— Мама, я пропала… Я думала, что спасусь, что я сильная. Его сейчас рядом нет, но держит так крепко, как никогда…

Она опустилась возле меня на диван и приобняла за плечи.

— Все-таки пришел… — пробормотала отрешенным, чужим голосом.

— Кто? — встрепенулась я, пытаясь через пелену слез рассмотреть лицо матери.

— Тот, кто должен был тебя защищать.

Себастьян

Холодный железный пол и комната два на два метра — Мартин не отличился гостеприимством. Боялся, что я кровать превращу в оружие и пробью ею потолок? Или наслышан о моем диком огне?

Лучше бы ему меня не злить. Не сжег его Лагерь в прошлый раз — сожгу в этот.

На инструкции клюнул и добрался до нас раньше, чем я рассчитывал. Испортил мне сегодняшний вечер с Дианой, сукин сын.

Как она там? Справляется? Она сильная девочка, у нее большой потенциал, но нужно его правильно направить и подтолкнуть. Незаметно. Чтобы ни о чем не заподозрила.

В чем я был уверен — Мартин ничего ей не сделает. Он еще та мразь, но принципиальная мразь. Лучше побыть под его присмотром, чем попасть на мушку киллеров из Апексориума. Те без раздумий расстреляют в упор каждого из моей команды или возьмут в заложники Диану и будут меня шантажировать.

У нас с Мартином была одна точка соприкосновения — мы теперь оба ненавидели Апексориум. И когда я в Канаде смотрел будущее и увидел, что Диана среди ночи разговаривает с ним по телефону, не стал мешать. Мартин был бы мощным союзником. Теоретически. Если отставить в сторону то, что он меня едва не убил.

Я пытался мыслить, руководствуясь холодным расчетом. Разобраться с Мартином стоит до возвращения на трон — потому что иначе он возглавит оппозицию Лагерей, которые окажутся против моих планов. Разобраться это: договориться или убить.

Диана сейчас бы взвилась: никого убивать не нужно! Не убивай! Я, как сейчас, помнил ее отчаянный умоляющий взгляд, когда она просила за Ника. Дело не в Нике. Она бы за любого попросила.

Все же хорошо, что она не попала на восемнадцатилетие в Апексориум. Там бы ее сломали, убедили, что убивать ради дела нормально. Апексориум кормился больше всего на инсценировке самоубийств. Легко убрать человека, без всяких подозрений, изменив ему будущее так, что он наложит на себя руки.

Что я буду делать, когда вернусь на трон? Нужно снизить цену и ужесточить отбор заказов. Если Апексориум вообще откажется от киллерства, заказчики найдут других исполнителей. Спрос рождает предложение, и потом вырастет еще один Апексориум, в котором будет намного меньше порядка.

Нет, я уверен, Диана не захочет править, когда узнает всю подноготную империи. Но с ее изворотливостью, пытливостью, усердием, она может быть полезна.

Я сгорал от нетерпения — что она творила сейчас? Сомневаюсь, что с радостью побежала домой и выбросила кольцо в мусорное ведро. Я неотрывно наблюдал за ней последние дни и видел, как она все больше тянется ко мне, словно цветок к солнцу. Меня сложно назвать солнцем. Я такое, жгуче-слепящее, а не весенне-теплое.

Многое зависело от того, как она сейчас себя поведет: ее будущее, наше. Я же в любом случае выкручусь. Диана не знала, но своим поступком подкинула мне идею. Пока она сладко спала в нашей постели в субмарине, я обзвонил со спутникового телефона нескольких командиров. Теперь я, возможно, пойду в наступление на Апексориум раньше, чем собирался.

— Как спалось Себастьян? — раздалось отовсюду и ниоткуда. У Мартина голос бодрый с толикой издевки. Чувствовал себя хозяином положения. Да пожалуйста, пока я разрешаю. Он ведь не думает, что поймал меня благодаря своему мастерству, а не потому, что я позволил?

Таких ошибок, как прежде, я не допущу.

— Отлично спалось, — осклабился я и подошел к той стене, которая, видимо, была из бронированного матового стекла. — Не хочешь выйти из норки и поздороваться лично?

— В другой раз, когда мне привезут противопожарный костюм. Наслышан о твоих подвигах в Роял Альберт Холле.

— От моего огня тебя не спасет никакой костюм.

— Через пару суток без сна ты будешь не таким самоуверенным.

Я внимательнее осмотрел пол и стены. Не поспать хотя бы несколько часов губительно для ресемитора. Мы восстанавливаемся во сне, смотрим будущее и им управляем. Лишить сна — подло. Но эффективно. Собираются светом будить или током? И то и другое я научился терпеть еще во время обучения в Апексориуме.

Хотя нас, конечно, не били током сутками напролет.

— Решил пытками добывать информацию?

— А по-другому ты не заговоришь.

Пытки на самом деле чепуха. Лишь бы он не тронул Диану. Тронет хоть пальцем — уничтожу все, превращу весь Лагерь в пепел.

— Мне ничего не стоит унести с собой знания в могилу.

— Хочешь свою девочку вдовой оставить? Может, для нее так и лучше. Она уже подписала контракт и поехала к родителям.

Мартин мог лгать. Диана могла притворяться последние дни. Я мог быть слишком ослеплен чувствами, чтобы заметить притворство. Но что ей делать? Ломиться ко мне в камеру?