Чтение онлайн

– Все дело в том, что Стефан мой отец. Моя мать из темных уехала за ним, и уже на светлых землях родился я. На данный момент мне двадцать пять лет. Когда отец в один из дней пришел домой весь нервный и начал собирать вещи мы ничего не поняли. Уже потом, когда мы выехали со всеми вещами за границу города, он сказал, что нас там больше ничего не держит, но он жалеет лишь об одном деле, которое не успел совсем немного довести до конца. Что за дело мать из него до сих пор не может вытащить. Видимо вы и есть то самое дело, о котором мой отец не может забыть по сей день.

– Ваш отец.…Скажите, вы сможете передать ему, что я очень сожалею о том, что его выгнали из-за меня? – столько лет меня мучило чувство вины. Ведь если бы не я, он так и был бы при дворце.

– Я думаю, леди, вы сами ему все передадите. Вся империя в курсе о предстоящей свадьбе и мой отец как начальник пограничья не мог остаться в стороне этой новости. Собственно это по его указу мы дожидались вас на границе после смены. Теперь мне хотя бы ясно – почему. Мы поедем как раз через приграничье и сможем остановиться в нашем имении, вместо постоялого двора. Это будет безопаснее, и вы сможете поговорить. – Радость от новости, что я увижу Стефана, видимо, была слишком явно написана на моем лице, потому что все рассмеялись. – Но вот только меня мучает до зуда один вопрос. Вы не согласитесь показать, чему вы научились, в спарринге?

– Нет! – Одновременный выкрик принца, старшего посла и лекаря спугнул всех птиц в округе и думаю еще и волколаков в придачу. Глядя на такое единодушие страж заметно смутился, а я просто выпала в осадок.

– Эсте нужно восстановиться! Пусть рана не большая, но она уже вызвала температуру и воспаление. А нам ее еще показывать Императору. – Влас был непреклонен. – После полного восстановления и покажете друг другу ваши способности. Тем более, мне признаться самому интересно, чему твой отец смог научить наследную принцессу.

– А я вот понимаю, что не особо хочу это знать. Меньше знаешь, крепче спишь, говорят. – Тил нервно поправил ворот рубашки. – А я хочу спать спокойно.

Даррен молчал и свою позицию не озвучивал, кажется, он и сам не знал, чего он хочет больше.

День давно перевалил за середину, когда мы, наконец, двинулись дальше. Так как кареты у нас больше не было, все ехали вером, только вот одна принцесса вынуждена была ехать в коробочке. Справа от меня ехал Даррен, уже без своего вечного плаща и перчаток. Слева ехал лекарь и периодически совал мне свой пахучий отвар. Спереди ехали стражи и внимательно осматривали окрестные кусты, ну а позади ехали три посла, которых периодически хотелось именно послать. А все потому, что Тил активно мусолил тему, у кого на данный момент есть элитные кобылки подходящей стати. А младший из послов, который выдал великую тайну инкогнито его наследного высочества, Бран, оказалось, увлекается темой лошадей в свободное от политических дел время. И вот эта парочка активно обсуждала стать Беса, его примерный возраст (меня попросили открыть коню рот, чтобы оценить качество зубов, после чего зубы Бес показал добровольно, но не так как хотелось послам), качество шкуры и гривы пришлось оценивать на расстоянии, так как трогать себя жеребец не дал категорически.

– Эста, ну скажи ему! – На волне экспериментальной горячки Тил даже потерял весь дипломатический такт. – Если мы не поймем, сколько примерно ему лет, то не сможем грамотно подобрать кобылу! Ведь в этом деле не бывает мелочей, а в случае с Бесом стоит учитывать вообще любую мелочь, чтобы потомство переняло только лучшие качества родителей! – Когда он закончил фразу, то видимо и сам понял, что несколько увлекся. Потому что меня так просто перекосило.

– Скажите, господин посол, а меня тоже выбирали по каким-то вам одним известным характеристикам, чтобы потомство дать сильное и здоровое? Или все-таки в моем случае договор между землями перевесил все остальное? Хотя нет, погодите, не отвечайте. Знаете, я вдруг внезапно поняла, что совершенно не хочу это знать. Как вы там сказали? «Меньше знаешь – крепче спишь»? Вот-вот, именно эта фраза на данный момент очень подходит к ситуации. Прекратите рассматривать моего жеребца как объект для усиления популяции ваших лошадей и возможно, когда-нибудь, он и согласится подпустить вас ближе. – Бес согласно фыркнул, заставив нервно отшатнуться гварда Стэна. Никак бедный не отделается от повышенного внимания моего злопамятного друга. Возник вопрос, а есть-ли у них лекари для животных и лечат- ли те психические расстройства? Потому как лично мне несчастного было уже жалко.

– Даррен, а у ваших гвардов есть имена? – так как принц ехал рядом, он и стал объектом моего интереса. Потому что его транспорт был мощным, таким же черным, как и вся одежда наследника, с крупной пластинчатой броней и злыми глазами с алыми всполохами в глубине. У остальных мужчин животные были попроще, хотя и тоже весьма красивыми на мой субъективный взгляд. Хотя в стати и породах ездовых животных я разбираюсь на уровне «четыре ноги, голова, хвост», просто к гвардам добавляется в набор клыки, броня и дурной характер. Хотя, вот о последнем, мне сказали помолчать, так как у моей «скотины» характер оказался куда хуже, и вообще Ветерок (я чуть не выпала из седла! Ветерок!), гвард Стэна, уже боится поворачиваться к нам задом. Мы даже несколько обиделись, зад был все еще целым, ну а моральную травму не докажут.

– Для нас гварды так же как для тебя – Бес. Друзья, соратники, и конечно у них у всех есть имя. Даже два. Одно знает только табунщик. Это имя дается жеребенку, когда он только появляется на свет и держится в тайне даже от будущего хозяина. Второе собственно то, которое постоянно на слуху. Моего зовут Эландар, что означает «Мощь Неба». Как ты понимаешь, это имя ему дал я, когда только забирал его из табуна. Истинного его имени я не знаю, табунщик не открыл его даже наследному принцу. – Даррен усмехнулся моей отпавшей челюсти. И нет, дело не в том, что кто-то не открыл великую тайну имени. Просто мне было дико интересно.

– Ты рассказывай, рассказывай. Я тебя очень внимательно слушаю. – И покивать для убедительности. Жених рассмеялся и продолжил:

– Жеребенок рождается всегда слабым, вся его защита – это мать. На нем нет брони, нет клыков. До полугода по сути это обычный жеребенок, нескладный, нелепый, с тонкими ногами и длинной шеей. Через полгода наступает первая линька, переход в новую форму. Если ты посмотришь, то увидишь, что пластины не всегда идеально ровные, иногда вообще с загибами, если во время их роста была травма. На время линьки табунщик уводит табун в горы, в холоде молодняку легче менять гладкую шкурку на пластины, хотя и растут они изначально мягкими. Еще полгода потом они костенеют и встают именно в броню. И вот именно в год к табунщику приходят за гвардом. Когда он уже может без матери, но еще не встала привязка к единственному человеку – табунщику.

– А бывает такое, что за гвардом никто не приходит? Что с ним происходит тогда? – Представив сколько у табунщика может быть гвардов, стало и завидно, и не по себе.

– Крайне редко. Рождение гварда – это в целом событие, к сожалению, они очень редко формируют пары, а у одной такой пары может быть всего два жеребенка. К примеру, мой Эландар вообще единственный сын у вожака.

– А сам вожак чей? – Я была готова услышать что угодно, от того, что он Императора, до того, что табунщика. Но я оказалась не готова к тому что он…

– Ничей. Вожак табуна – вольный взрослый гвард, который не признал над собой ничью руку. Все, что он позволяет табунщику – это заботиться о малышах, давать им истинные имена, и помогать перегонять табун во время линьки. И именно из-за того, что он вольный- нет желающих бросить ему вызов.

– А как он отнесся к тому, что ты забрал его сына из табуна? – Мне становилось все интереснее и интереснее. Структуру лошадиного табуна я худо -бедно представляла, одно время отец настаивал на том, чтобы Бес жил в табуне. Лошади нужен простор и общество себе подобных. Нормальной – возможно. Но как за три дня заметили послы, мой конь к нормальным относился весьма условно. Он пробыл в табуне неделю. После чего к королю пошел весь штат табунщиков и слезно просил убрать этого монстра на конюшню. Предоставленный сам себе, Бес начал подминать под себя весь табун. А так как повлиять на него могла только я, а в табун каждый час не наездишься, приходилось табунщикам смириться с Бесовым произволом, пока в один из дней он не отправился в лес, прихватив с собой на правах вожака половину табуна. Спасибо, хоть догадался молодняк оставить. Искали их тогда около трех дней, во дворце был большой прием и я не могла отправиться на поиски. На четвертые сутки я смогла выбраться из замка и вместе с табунщиками прочесывала лес в поисках, казалось бы, не маленькой части табуна. Но мы их нашли. Вопрос – зачем Бесу понадобилось уводить всех взрослых лошадей вглубь леса, аж до самой реки очень долгое время был открыт. Уже много после, когда Беса вернули в конюшни, выяснилось, что кто-то хотел потравить всех кобыл. Так как рацион у взрослых и молодняка разный, а жеребцам не объяснишь, что травить собирались только кобыл, Бес увел всех. Причем увел точно на тот срок, что требовался для замены испорченного пайка. На самом деле в этом всем было очень много пятен. Так, например, никто не стал докладывать мне о том, как узнали вообще об этом всем и почему только кобыл. Ну да ладно, отвлеклась.

– Уже все? Готова дальше слушать? – Упс. Щеки моментально стали горячими. Про цвет даже думать не хочу. С моей кожей и волосами краснеть мне противопоказано. Глядя на мою реакцию, Даррен только усмехнулся и покачал головой. – Не мы забираем гвардов. Они сами выбирают себе хозяина. Уж по каким критериям никто тебе не скажет, но вожак видел выбор сына и принял его. Вероятнее всего вожаком может стать только истинно свободный гвард и пока что не пришло время для смены лидера. В любом случае, когда мы приедем во дворец я тебе покажу табун.