Чтение онлайн

— Мы будем там, — произнесла я.

А это значит, что у нас оставалось четыре часа, чтобы придумать неотстойный план.

Катчер с Этаном оба были в ярости. Им удалось сдерживать свой гнев в лифте, когда спускались на первый этаж, пока мы не вышли на темную улицу, где не было машин.

— Думаю, у нас у всех есть, что сказать, — произнес мой дедушка. — Возможно, мы могли бы найти какое-нибудь теплое местечко, чтобы поговорить?

Этан жестом указал на маленькую гостиницу через дорогу, ее входная дверь была втиснута между сетевым магазином пончиков и обувным магазином, в окнах которых не горел свет.

— Они будут открыты, несмотря на погоду, — сказал он, — поскольку у них уже есть постояльцы в номерах.

Мы молча кивнули, пробираясь по неубранному снегу — здесь его слой был толще, чем в Гайд-Парке, вероятно, потому что мы находились ближе к «Тауэрлайну» — и зашли в вестибюль.

За стойкой регистрации никого не было, но из маленькой комнаты рядом с ней лился свет и был слышен какой-то шум. Вечернему ситкому вторил закадровый смех.

Мы стряхнули столько снега, сколько смогли, и прошли в зону отдыха в другом конце помещения. Гостиница была маленькой, вестибюль красиво оформлен, но проявлялись признаки износа — облупившиеся плинтуса, потрепанная мебель, потертые полы.

Дедушка сел первым, приглашая нас последовать его примеру.

— Почему бы вам четверым не высказать все, что нужно, а затем мы обсудим детали? — Ничуть не смущенный, он достал свой телефон и начал просматривать что-то на экране. — А я пока проведу небольшую разведку.

Мы оставили Мэллори и Катчера, чтобы они могли поговорить. Меня ждал достаточно тяжелый разговор с Этаном; и мне определенно не нужно было, чтобы два альфы сошлись в едином мнении.

Мы остановились у лифтов, двери трех из четырех были открыты, как пасти, в ожидании, когда в них войдут.

Этан дошел до конца небольшого коридора, затем вернулся, его взгляд был сфокусирован на мне, как у хищника, учуявшего добычу.

— Ты не сдашься чудовищу.

— Этан…

Но он шагнул ко мне, в его глазах вспыхнуло изумрудное пламя.

— Я твой муж, твой друг и твой возлюбленный. И я также солдат. Я вампир. Я в немалой степени чудовище. — Изумруд исчез, сменившись серебром — один элемент сражался с другим. — И если я должен показать им это, чтобы защитить тебя, я так и сделаю. Если дойдет до этого, помилуй Боже их души. Потому что я не стану.

— Ты знаешь, что я должна это сделать, — я вскинула подбородок. — И ты знаешь, что я могу это сделать.

— Она убьет тебя.

— Попытается. Но я не позволю ей. Мэллори не позволит ей. Она сверхъестественная, как и мы. И она страдает нарциссизмом. — Я понизила голос, пытаясь заставить его понять. — Она уничтожит Чикаго, если у нее будет такой шанс, Этан. Даже если все обернется плохо, то моя жизнь — это маленькая цена за спасение города.

— Есть и другие варианты.

— Назови хоть один.

Его глаза снова вспыхнули огнем, а затем он шагнул назад, увеличивая расстояние между нами.

— Мне хочется связать тебя и запереть.

— Можешь попытаться.

Он посмотрел на меня, его брови властно выгнулись; король, которому бросили вызов.

— Думаешь, я не смогу тебя победить?

Мы сражались друг с другом и раньше, слишком много раз, чтобы сосчитать. Мы оба как выигрывали сражения, так и проигрывали их. Но сейчас не это было важным. Я отошла, еще больше увеличивая расстояние между нами, а затем посмотрела на него.

— Я понимаю, что тебя разрывает на части, и я понимаю почему, ведь я знаю тебя.

Он все еще выглядел раздраженным, но поднял брови.

— С одной стороны, я — твоя семья, твоя жизнь. Ты любишь меня и стремишься защитить. Такой уж ты есть. Но с другой стороны, я — твой Страж и твой напарник. Ты знаешь, что я обладаю достаточными навыками, поскольку сам же и тренировал меня, и не удовлетворился бы ничем меньшим. Ты помогаешь мне быть храброй, и поэтому испытываешь гордость.

Он все еще выглядел раздраженным, но я думала, это скорее от того, что я была права. А я была.

— Такова наша ситуация, — произнесла я. — Такова наша жизнь. Ты будешь гордиться мной и будешь волноваться. И то же самое чувствую я, ведь, если бы ты пошел своим путем — и голосование не было бы сфальсифицировано — ты был бы Королем Всея Вампиров, а я бы волновалась из-за захвата власти и покушений на убийство.

Уголок его рта приподнялся.

— Если бы голосование не было сфальсифицировано?

— Очевидно же, что оно было подделано. Ты набрал больше, чем Николь, и ты спас ей жизнь. Неудивительно, ведь именно она изначально решила устроить голосование.

Он просто уставился на меня.

— Ты думал, что я этого не поняла?

— Ты никогда об этом не говорила.

Я пожала плечами.

— Не хотела, чтобы ты решился на убийство. Но посмотри на доказательства — вампиры решили покинуть Гринвичский Совет, и она захотела стать их лидером, так что предложила «выборы», где твоя кандидатура была против ее. И да, у тебя есть враги, но разве их достаточно, чтобы выбрать ее, слабого вампира, на должность с такой властью? Нет. Она победила, но именно этого она и добивалась. И при этом она сделала все так, чтобы это выглядело, как демократичный процесс, а затем сообщила, что голосование закрытое. Так что все считают, что голосование было честным, и что она выиграла демократичным путем. А она выиграла и так, и так.

Что-то вспыхнуло в его глазах.

— Она подделала голосование. Она должна была придержать данные с выборов, которые провели мы. Джефф проанализировал их для меня.

— И ни словом не обмолвился нам.

Этан улыбнулся.

— Он хорош и надежен.

— Итак, она забила урну для голосований, — я кивнула, обдумывая все это. — Нам было интересно, как она все провернула.

— Нам?

— Охранникам.

Этан моргнул.

— Люк знал?

— Конечно. — Я улыбнулась ему. — Ты нанял осмотрительных вампиров, Этан, если не забыл. И чтобы закончить эту тему, ты бы стал главой ГС, и я бы волновалась за тебя еще больше. Вместо этого я волнуюсь за тебя, как обычно, и знаю, что ты способен постоять за себя — по крайней мере, когда не прикрываешь меня от кола.

— Хорошо подмечено, — согласился Этан, приближаясь и обнимая меня. Напряжение покинуло его тело, но магия все еще покалывала. — Ты обладаешь уникальной способностью успокаивать мой гнев. Малик тоже, но с совершенно другим подходом.

— Очень на это надеюсь, иначе твоя жена и его, вероятно, стали бы возражать. — Я наклонилась и прижалась к его губам. — Я люблю тебя, Этан. И ценю, что ты волнуешься за меня, что ты беспокоишься обо мне достаточно, чтобы переживать. И я не стану просить тебя перестать волноваться — это будет нечестно. Но у нас хорошая команда, ты хорошо натренировал меня. Остальное же — жизнь, бессмертие, безопасность. Ничто из этого не гарантировано, даже если бы я была Библиотекарем Дома.