Чтение онлайн

Я всегда советовал слушателям, когда они сомневаются в указаниях начальника, требовать показать текст закона или по крайней мере назвать орган, издавший нормативный акт, и дату его издания. Слишком часто мне приходилось сталкиваться с мнениями, которые нельзя было назвать иначе, чем суевериями и которые не имели никакого основания в законодательстве.

Легальное, то есть законное (от латинского — lex, legis) толкование есть толкование государственных органов, законодательных, исполнительных или судебных. Оно имеет разновидности, но я не собираюсь в популярной книжке вдаваться в тонкости. Достаточно сказать об аутентичном (подлинном) толковании как разновидности легального. Это толкование того органа, который издал закон. Легальное толкование имеет ту же сил) что и акты этого органа.

Если обстоятельства вынудили вас попытаться узнать, что гласит закон по интересующему вас вопросу, советую обратиться к юрист), но не ко всякому, а специалисту по данному вопросу. Универсальных специалистов не существует. В юридических консультациях дежурные адвокаты дают консультации по всем вопросам, но не всегда их ответы достаточно надежны. Например, дежурит специалист по решению дел, связанных с дорожно-транспортными происшествиями, а вопрос ему задают по тонкостям наследственного права.

Не поймите, что доктринальное толкование вообще не имеет никакого значения. Комментарии к кодексам составляют ученые-юристы, специалисты данной отрасли права, и их мнения по отдельным вопросам воспринимаются практиками как закон.

Кроме того, при высших юридических органах существуют консультативные советы, в которые входят известные ученые, оказывающие большое влияние на толкования этими органами нормативных актов.

Толкование нормативных актов прежде всего различается по объему: буквальное, расширительное и ограничительное.

В большинстве случаев закон толкуется буквально, то есть в соответствии с буквой закона. Но недаром существует выражение «толковать закон не только согласно букве, но и духу закона». А это выражение означает, что можно и следует расширять или сужать сферу действия закона в зависимости от многих обстоятельств, в частности, от той цели, которую хотел достичь законодатель изданием закона.

Это особенно относится к гражданскому процессуальному праву. В уголовном процессе рассматриваются только проблемы одной отрасли права — права уголовного. В гражданском процессе рассматриваются проблемы гражданского права, семейного права, трудового права и т.д. Гражданский процесс не допускает отказа в рассмотрении спора и вынесении отрицательного решения по нему на том основании, что данная отрасль права не регулирует правоотношения, которые возникли и привели к конкретному спору.

Статья 10 Гражданского процессуального кодекса РФ гласит:

В случае отсутствия закона, регулирующего данное спорное отношение, суд применяет закон, регулирующий сходные отношения, а при отсутствии такого закона, суд исходит из общих начал и смысла советского законодательства.

Когда права и обязанности сторон определяются по закону, регулирующему сходные отношения, это называется аналогия закона, когда дело решается, исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства, это называется аналогия права. Так же решает этот вопрос и новый Гражданский кодекс в статье 6. Только кроме общих начал и смысла гражданского законодательства он добавляет и требования добросовестности, разумности и справедливости,

В уголовном праве с древних пор существует принцип: nullum crimen, nulla poena sine lege, буквально — никакого преступления, никакого наказания без закона. Этот принцип нарушался еще во времена средневековья, когда царь приказывал наказать так, “чтобы другим неповадно было”. Не применялся и после Октябрьской революции, когда при полном отсутствии законов судили, “руководствуясь революционным правосознанием”. Некоторые ученые-юристы того времени вообще выступали против создания уголовных кодексов, считая их “буржуазными прейскурантами” цен на преступления и наказания.

В действующем Кодексе законов о труде имеется статья 26 о переводах на другую работу в случаях “производственной необходимости”. Несмотря на то, что в самой статье подчеркивается, что такой перевод допускается для предотвращения или ликвидации стихийного бедствия, производственной аварии или немедленного устранения их последствий, для предотвращения несчастных случаев, простоя, гибели или порчи государственного или общественного имущества “и в других исключительных случаях”, администрация всюду стремилась расширить применение этой статьи, особенно в конце месяца, когда “горел” план.

Содержание этой статьи предусматривает использование работников любой специальности на любой работе. Действительно, если предприятие во время наводнения заливает водой и надо таскать мешки с песком, инженер может таскать мешки с песком, и отказ от такой работы рассматривался как нарушение трудовой дисциплины. Но на одном московском телевизионном заводе я столкнулся со ставшей обычной практикой, когда инженеров, управленческих работников, ссылаясь на производственную необходимость, использовали как грузчиков для подтаскивания телевизионных корпусов к местам сборки телевизоров. Хотя отсутствие корпусов угрожало простоем, который упоминался в статье как основание ее применения, это не было исключительным случаем.

Конечно, при наводнении, когда необходимо вступать в холодную воду нельзя использовать ревматиков, а таскать мешки с песком нельзя поручать сердечным больным. Верховному суду пришлось дать разъяснение, что нельзя даже в исключительных случаях переводить работников на такую работу которая им противопоказана по состоянию здоровья. Это — ограничительное толкование. Распоряжение администрации управленцам таскать корпуса телевизоров по производственной необходимости — расширительное толкование.

Вы скажете, что это не толкование закона, а просто здравый смысл, но толкование законов и основано на здравом смысле, которого иногда не хватает у администрации.

Проблема толкования законов существует не только в России и других странах романо-германской правовой системы, где право основано на норме, регулирующей тысячи не похожих друг на друга случаев, но и в англо-американской системе, основанной на судебном прецеденте.

Существуют нормы, которые называют “каучуковыми”, то есть растяжимыми. В законы включаются термины, которые могут быть в силу самой их неопределенности, истолкованы различным образом. Например, во всех странах существует принцип свободы договора. Он означает, что действителен не только такой договор, который регулируется законом, имеется в Гражданском кодексе (договор купли-продажи), но и любой другой договор. И все-таки в Англии и США недействительны договоры, противоречащие “нравственности”, а во Франции и Германии — “добрым нравам”.

У нас в новом Гражданском кодексе также есть статья 169, где говорится о недействительности сделки, совершенной с целью, противоречащей основам правопорядка и нравственности. Что такое основы правопорядка, что такое нравственность? Как-то на экзаменах я спросил студента, что такое нравственность. Он довольно долго думал и потом произнес: “Нравственность — понятие растяжимое”. Это на самом деле, к сожалению, так. Например, возможно, из-за того, что я — старик и достаточно консервативен, некоторые фильмы, спектакли, в которых артисты выступают совершенно голыми, я считаю безнравственными, но раз они существуют, значит, другие их считают нравственными.