Чтение онлайн

Пань Ло приблизился и вместе с Лу Юэ-лао прочел телеграмму.

Черная туча легла на их лица.

– Что будем делать?
– Простолюдин Лу был в смятении. Он стал барабанить пальцами по пакету, а потом швырнул его на пол.

– Спокойнее, спокойнее!
– раздался голос Пань Ло. Простолюдин Лу поднял телеграмму и передал ее нам.

"...Янь Цзюнь расширяет нефтяные промыслы в Цзиньшане, все подготовлено для начала работ. Банковский консорциум инвестирует капитал на сумму 300 миллиардов юаней. Соответствующие подписи на документах поставлены..."

Все погрузились в глубокое раздумье.

– У меня есть план,- нарушил молчание Ба Шань-доу.- Надо пустить слух, что этим банкам грозит катастрофа. Вкладчики бросятся за своими вкладами, возникнет паника, мы быстро скупим их акции и станем хозяевами положения.

Чжу Шэнь-энь задумался.

– Отменно, отменно. Дело это я возлагаю на себя.

– Но это еще не все,- заявил Пань Ло.- Пошлем своих эмиссаров в зону нефтяных промыслов Янь Цзюня для подкупа нужных нам лиц и для распространения слухов о скором банкротстве нефтяной компании.

– Первейшее дело - обойти консорциум,- добавил Лу Юэ-лао.

– Надо изыскать пути для подкупа начальника бухгалтерии Янь Цзюня. И пусть тот намекнет где надо о крупных убытках нефтяного дела.

Задача была двусмысленной и щекотливой. Слухи о банкротстве банков следовало обсудить с министром финансов, то есть, иначе говоря, слухи должны были исходить от Министерства финансов. Простолюдины передали Чжу Шэнь-эню официальный документ.

Перед нашим уходом простолюдины вручили нам чек на 20 тысяч юаней в счет издержек при оказании им помощи.

– Если этого не хватит, дадим еще,- пообещали они.

Мне было неясно, почему развитие нефтяных промыслов Янь Цзюня так пугает Лу и Паня.

– Тут дело в связях с банкирами,- начал свое объяснение Чжун-но.- Лу и Пань рассчитывали вложить значительный капитал в собственные предприятия. Казалось, дело было на мази, но ситуация неожиданно изменилась. Непостижимо. Вероятно, банки предпочли нефтяные предприятия, потому что те дают более высокие проценты прибыли.

Подумав, он добавил:

– Лу и Пань действуют не слишком остроумно. Их стратегия в высшей степени пассивна и только вызывает противодействие.

– Если ты придумал что-нибудь получше, почему же молчал?

– Э, ничего я не придумал. Одним словом, плохо дело.

Несколько дней подряд только и разговоров, что о новом Указе. Действия партии корточкистов против восседающих становятся все решительнее и активнее. Пришел Жао Сань и рассказал, что дело заходит далеко: некоторые места отдохновения уже переоборудованы по методу корточкистов.

Г-н Сяо с ног сбился. Я тоже устал от этой беготни. Надо будет пораньше лечь спать.

Приготовился было ко сну, но вдруг выяснились новые пугающие обстоятельства, которые пришлось взять на заметку. Г-н Сяо вернулся домой, тяжело дыша.

– Влипли, попались-таки на удочку этому дьяволу Янь Цзюню!
– И не переводя дыхания, выпалил:- Это Чжу Шэнь-энь посоветовал распустить Парламент!

Запрос партии корточкистов, выражение вотума недоверия и все прочее исходили от Янь Цзюня. Более того. Даже драка в зале заседания Парламента была запланирована заранее. А субъект в черном, выступавший якобы от имени восседающих, был трижды презренным псом Янь Цзюня, в определенных целях втершимся в ряды восседающих. Срыв чехла был по их замыслу главным трюком. Они намеренно нагнетали в зале атмосферу вражды, испытывая терпение правительства и вынуждая его прибегнуть к пресловутому Указу.

– А какая им польза от роспуска Парламента?

– Погоди, я тебе все объясню.

С одной стороны, в сутолоке им удалось ударить Лу Юэ-лао по физиономии, приведя его в ярость, а когда он совсем потерял голову, Чжу Шэнь-энь, воспользовавшись благоприятным моментом, влез со своей идеей роспуска Парламента. И действительно, простолюдины клюнули на приманку, и Указ стал фактом. Это была ловушка. Чжу Шэнь-энь действовал заодно с Янь Цзюнем...

– Как? И Чжу Шэнь-энь?

– Да, он прихвостень Янь Цзюня, его тайный агент...

– А ведь он тогда в зале требовал ареста обоих парламентариев. И как искусно играл свою роль! Выходит, оба противника только подыгрывали ему. Да-ааа!

Чжун-но велел слуге налить ему молока и залпом осушил стакан [22] .

– И все-таки ты мне не объяснил, в чем для них выгода роспуска Парламента.

– Дело в том, что эта акция незаконная, и, стало быть, у них появляется отличный предлог для атаки. Ловушка с Парламентом лишь вспомогательный маневр в их далеко идущих планах. Главное не в этом.

Главным козырем в игре Янь Цзюнь считал предание гласности тех махинаций, с помощью которых простолюдины Лу и Пань пытались прижать его к стенке. Эти материалы докажут полную зависимость правительства от двух простолюдинов. Текст открытой телеграммы известен, и уже отовсюду идут отклики. Завтра-послезавтра он появится в газетах.

– Самыми подлыми оказались банкиры, они приняли сторону Янь Цзюня... Но это только план-минимум. Главная их цель - довести простолюдинов Лу и Паня до банкротства. Они скупят по дешевке все предприятия Лу и Паня, и тогда Янь Цзюнь станет единовластным сверхвладыкой. Вот какова их цель.

– И это реально?

– В их руках банки. Этим сказано все.

Я понял: и западня с роспуском Парламента, и выступления против партии восседающих, и открытая телеграмма - все это делается только для того, чтобы за бесценок приобрести предприятия Лу и Паня.

– Да, именно так.

– Что же будет? С тобой, с другими?

– Со мной? Я литературовед, и меня это не касается.

И все же ему было не по себе.

Атмосфера неприязни к правительству партии восседающих ощущалась повсюду.

В газетах появился текст совместного заявления Янь Цзюня и объединения банкиров. Атака началась. Они заявили, что вовсе не стремятся осложнить положение правительства, их цель - вскрыть темные делишки Лу и Паня, которые, сделав правительство своим послушным орудием, изменили политическим принципам простолюдинов.

В отделе новостей подробно излагалось интервью, данное Янь Цзю-нем группе корреспондентов в Люйине. По сообщениям, простолюдин разоблачил гнусные замыслы Лу и Паня, вознамерившихся его разорить; доказательства налицо, но до поры до времени он их не станет предавать гласности - пусть пока Лу и Пань тешатся своей доброй репутацией!