Записки матроса с «Адмирала Фокина» (сборник)
Шрифт:
– С увяданием!? – Я повернулся и посмотрел на сидящего невдалеке паренька с дряблым, земляного цвета лицом, покрытым мелкими морщинками,
– Он тоже с подлодки… Облучился.
– А остальные, что все с трипаком?
– А ты думал. Все, кроме, вон, Паши – «сапога», у него псориаз.
На кровати недалеко от меня сидел почти мальчишка: маленького роста, веснушчатый.
– Он вообще отдельная история, – продолжал Серёга, – сначала в госпиталь с сотрясением мозга попал. Ему в части табуреткой голову пробили. У него, чудака, от удара язык отнялся. Говорить перестал. Травму и сотрясение подлечили, а говорить так и не начал… А тут ещё у него псориаз нашли, ну его к нам, в кожно-венерическое, долечиваться…
– Он так и не говорит?
– Э-э, тут другая история, – Серёга повернулся и показал на парня с увяданием кожи.
– Вон, Димон, до службы гипноз изучал. Вот он и попробовал Пашу вылечить через гипноз, ну, загипнотизировать…
– Ну и как?
– Врачи за три месяца ничего не добились, а у Димона он за два сеанса заговорил!
– Заливаешь?!
Серёга не особо пытался меня убедить.
– После отбоя, когда врачи уйдут, сам посмотришь. Димон будет его учить за себя постоять.
– Не понял?
– Он думает, что сможет помочь ему стать поуверенней в себе, чтобы, короче, смог по морде в ответ съездить. Ему же обратно в часть возвращаться.
Серега не соврал. После отбоя, когда всё утихло, Димон усадил веснушчатого Пашу на кровать для гипнотического сеанса. Мы все столпились вокруг и с любопытством наблюдали.
– Короче, Паша, твоя проблема в том, что ты добрый, ты не можешь за себя постоять. Понял? – начал Димон.
Паша кивнул.
– Я попробую тебе помочь. Ложись на спину. Закрой глаза.
Паша доверчиво откинулся на подушку.
– Расслабься… твои руки наливаются теплом… тепло разливается по всему телу…
Обступив Пашину кровать, ребята во все глаза смотрели за происходящим.
– Я буду считать до десяти… на счет десять ты уснёшь… Раз… Ты засыпаешь… Два… Засыпаешь… Три… Десять!
Паша уже лежал не двигаясь, закрыв глаза и ровно дышал. Внешне мало что изменилось. А Димон продолжал:
– Ты идёшь по дороге… у тебя на плече лопата… возьми лопату…
Рука Паши, вытянутая вдоль тела, повернулась ладонью вверх и сжалась в кулак. Мы недоуменно переглянулись.
– У тебя на плече лопата… ты идешь по дороге… за тобой идёт человек… он хочет тебя ударить!
Паша дернул головой и ещё крепче сжал и без того сильно сжатый кулак.
– Человек начинает тебя бить! Защищайся!
Сжатая в кулак рука поднялась.
– Бей его! Бей!.. Бей! – настаивал Димон – Он тебя бьёт! Бей его!
Кулак сжался до белизны в пальцах, но, несмотря на требования Димона, ответного удара не последовало. Рука Паши безвольно опустилась вдоль тела. Димон решил поменять тактику. Он вспомнил, что у Паши есть младшая сестра, в которой, тот, души не чаял.
– Ты идёшь по дороге… у тебя на плече лопата… вместе с тобой идёт твоя младшая сестра… за вами идёт человек… он замахивается лопатой!.. он хочет ударить твою сестру!
Паша задергал головой и поднял сжатую в кулак руку.
– Человек начинает бить твою сестру! Защи…
Димон не договорил. Паша яростно колотил кулаком по матрасу…Мы испугались, что стук мог всполошить дежурную по коридору. Надо было постепенно выводить пациента из транса.
– Всё спокойно… человек убежал…. твоя сестра в порядке… в порядке…
Паша, расслабившись опустил руку.
– Я буду считать до пяти… на счет пять ты проснёшься… всё будет в порядке…только у людей будут красные руки и зелёные лица…
Мы с Серегой переглянулись.
– Раз… ты просыпаешься… два…три… четыре… ты просыпаешься… пять! – Димон щелкнул пальцами.
Все глаза устремились на Пашу. Он открыл глаза и с удивлением оглядел столпившихся вокруг его кровати людей.
– Ты ничего не замечаешь? – спросил Пашу Димон.
– Нет.
– Руки у всех нормальные?
– Да.
Несколько разочарованный, Димон пожал плечами. Тут Паша посмотрел на Серегу и удивленно спросил.
– Серый, а чего это ты лицо зеленкой вымазал!?
Наступила немая пауза. У меня не было слов. Вот тебе и гипноз. Вот тебе и Димон. А Паша каков: себя защитить не мог, а за младшую сестренку горой. Однако в части ему плохо придётся…
Узбек
Любое дело можно сделать тремя способами: правильно, неправильно и так, как на флоте
(Поговорка)
Около пяти часов утра я вместе с остальными обитателями палаты проснулся из-за странного шума. Единственное и вечно закрытое окно, выходившее на двор, было распахнуто настежь… Почуяв неладное, мы подбежали к окну. Под окном, на асфальте, угадывались смутные очертания лежащего человека. Но с высоты третьего этажа, да ещё в предрассветных сумерках, было трудно разобрать точно. Дверь в палату распахнулась и к нам с криком ворвалась перепуганная санитарка:
– Кто отсутствует!? Разойдитесь – каждый к своей койке!
Мы уселись по койкам, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, кого же у нас не хватает.
– Узбек! – первым сообразил Димон.
Мы все как один повернулись в сторону койки узбека-«сапога». Она была пуста.
– Умаров! – крикнула санитарка и выбежала из палаты. Как только она вышла, мы бросились к окну. Человека под окном уже не было, но на асфальте, там, на месте головы, виднелось какое-то чёрное пятно.
– Да он чё, ребята, из окна что ль бросился? – Серёга с недоумением пожал плечами.
– Чего это он?
– Не понимаю, я с ним вчера вечером говорил, он вроде нормальный был.
– Умаров, – протянул Димон, – А я его фамилии и не знал, всё «сапог», да «чурка»….
– Ну, теперь, ребята, писец, – сказал Сёма, старшина палаты.
– А чё так?
– Чё так!? Самоубийство! Сейчас крайнего искать будут! Скажут, что он из-за годковщины себя жизни лишил! – Сёма нервно ходил взад-вперед по палате. – Посадят. Как пить дать.
– Так мы же вроде не зверковали, – оторопело сказал я, – ну, пнул кто разок-другой, для порядка, как без этого?…