Чтение онлайн

– Да так, идейка одна оформилась, – глядя в потолок, задумчиво произнес Толстогубов.

– Какая еще идейка? – Виктория Павловна приподнялась на локоток и с интересом уставилась на шефа.

– Михалыча-то сегодня на пенсию отправили. Вот… Собираюсь тебя на его должность поднять. Будешь моей замшей по работе с населением. А Олег Андреича на твое место. Ты как?

– Я? Нормально, – улыбнулась Пастухова. – Давно пора. Лучше б ты, конечно, со своей коровой развелся и на мне женился…

– Так! – остановил словоизлияния банкир. – Этот вопрос не обсуждается. Забыла? И с тобой дело мне ясное. Я про этого… про Бердулина спросил.

– Про Бердялина, – поправила Виктория Павловна.

– Слушай, какая мне разница, а? Бердулин, Пердялин! Главное, киса, чтоб он с работой справлялся!

– Ну я ж справляюсь! – выдала Пастухова саморазоблачающую реплику.

Толстогубов с любопытством посмотрел в ее оливковые глаза, лишенные всякого признака интеллекта, и громко расхохотался.

– И то правда, – утирая запястьем выступившие от смеха слезы, произнес банкир. – Значит, так и запишем. Завтра переезжаешь в кабинет Михалыча, а Пердулина своего по выходу сразу ко мне. Заметано?

– Как скажете, Григорий Сергеич, – по-деловому сухо произнесла Пастухова.

– Ладно, одевайся, кукла. Быстренько! По домам пора…

Вот и пролетел последний день бердялинского пребывания в «Белых пещерах».

Диск луны с размытыми краями просвечивал сквозь полупрозрачные тюлевые занавески.

Сон не шел. Одолевали думы.

Завтра домой. Эх, хорошо б Толстогубову пришла мысль назначить меня начальником расчетного центра. Можно было б Варе предложение сделать. Она мила… Очень мила! И смотрит так, что… Но разве пойдет она за простого кассира? Нет… Сволочи! Дождешься от них! За двадцать лет «волгу» старую и вот теперь пансионат этот. Ух… Ненавижу…

– Григорьсергеич, смотри! Лыжник! Ночью! – Виктория Павловна одной рукой потянула Толстогубова за рукав, указывая другой в сторону застывшего в полусотне шагов биатлониста, готового поразить мишени.

– Где? – обернулся Толстогубое и, заметив угрозу, попытался укрыться за машиной, таща за собой наивную любовницу. – Дура, он же в нас цели…

Этой ночью Бердялин спал особенно хорошо.

И пусть мечты его были всегда несбыточны, а надежды давно умерли, но и… врагов не осталось. Ни тайных, ни явных. Никаких.

Да. Врагов не осталось…

«Ну и что все это значит?» – вдруг спросит кто-нибудь.

«Да так, ничего, – ответит, должно быть, вполне счастливый Олег Андреевич. – Просто все. Можно спокойно спать».

Наконец раздался звонок в дверь. Я бросил последний взгляд на журнальный столик: цветы, шампанское, фрукты. Черт его знает, как там у них положено. По-моему, идиотизм полный. Но прятать поздно. В конце концов, могут у меня быть причуды?! Неизвестно еще, что там за сокровище, может, инфаркт с первого взгляда! Только дверь откроешь, и…

За дверью стоял мужик. Правда, одет прилично.

– Досуг заказывали?

– Да, но… – я попятился, – мне бы с этой… с традиционной ориентацией…

– Я должен осмотреть помещение, – пояснил он. – Требования безопасности.

– Ах да! – спохватился я. – Конечно, конечно, проходите!

Прямо от сердца отлегло.

Он вошел, окинул комнату цепким взглядом и сразу повернулся ко мне.

– В первый раз?

– Ну, не совсем в первый… – зачем-то соврал я. – Дело в том, что мы с женой…

– Жена тоже будет? – нахмурился он и быстро сверился с записью на экране маленького наладонника.

– Нет-нет! Мы как раз решили расстаться.

– Вот те на! А что так? – он смотрел на меня с нескрываемым беспокойством. – Маленькая зарплата? Психологические проблемы? Внешность?

– Ну какое это имеет значение?! – недовольно пробурчал я.

– Внешность, конечно, дело не мое, – потупился он, – но я должен оценить вашу платежеспособность. Если вам неудобно вносить сразу всю сумму наличными, могу предложить варианты…

– Серьезно? – обрадовался я. – Это было бы очень кстати! Откровенно говоря, деньги действительно последние. Уволился с работы, ипотека накрылась… оттого и в семье разлад… Но жить-то надо…

Его пальцы забегали по экранчику наладонника, шустро передвигая иконки, будто костяшки счет.

– Пьете?

– Начал. Раньше в рот не брал.

– Ну и как?

– Ничего, привыкаю. А что делать, если жизнь такая?!

Он кивнул.

– Ну, это мы поправим… Зайдите завтра вот по этому адресу. Ваш специалист принимает с двух.

Я машинально записал адрес.

– Спасибо, но…

– Вы кто по специальности? – спросил он, – Где работали? Стаж? Занимаемые должности?

Я рассказал. Он снова поколдовал над экранчиком и предъявил мне список адресов.

– Вот сюда и сюда вас возьмут с удовольствием. А вот здесь придется побороться. Конкурс. Но зато сразу – в топ-вип-штап.

– Штаб или штат? – уточнил я, едва успевая строчить карандашом в блокноте.

– Там разберетесь. Собеседование в девять утра, не опаздывайте – в двенадцать вы должны быть в банке.

– В каком банке?!

– В ипотечном. С двенадцати до часу они дают пробные кредиты первым десяти счастливчикам.

У меня вспотел карандаш.

– Откуда это известно?

– Так ведь вот! – гость любовно подышал на экранчик и отер его рукавом. – Многофункциональная вещь! Но давайте вернемся к жене…

Я вздрогнул.

– К какой жене?!

– К вашей, разумеется! – улыбнулся гость, и наладонник осветился новой россыпью иконок. – Будем работать на контрасте.

– Ах, на контрасте! – я начал понимать. – То есть сразу отметем все неподходящие параметры?

– Вот именно. Что вас конкретно в ней не устраивает? Ноги? Лицо? Характер?