Чтение онлайн

Более двух недель отдыхала у нас Фанечка. Мы понимали, что это, наверное, последняя возможность выразить ей нашу благодарность, за неоценимую помощь, которую семья Эйдельштейнов оказала мне и Полечке в нашем сиротском детстве. Анечка создала ей все условия для приятного отдыха и одарила одеждой, хозяйственной утварью и посудой, которую мы не могли увезти с собой в Америку.

К концу лета приехала Полечка Днепровская. Так мы называли сестру Анечки. Ей меньше, чем всем другим нашим родственникам нравился отдых на природе и она предпочитала походы по магазинам в поисках модной одежды и обуви, посещения кино и прогулки по городу. Ей было передано многое из гардероба сестры и она довольная уехала готовиться в дальнюю дорогу.

Елизаровы в том году отменили свой приезд на дачу. Полечке неожиданно выделили горящую путёвку в одесский санаторий “Куяльник” и она не могла не использовать эту единственную в своей жизни возможность побывать на престижном курорте. Условились о встрече с ними весной следующего года.

Не побывали у нас тем летом и наши одесские родственники. Они готовили к отъезду Аллочку с Лёвой. Вместо Израиля молодая семья выбрала местом постоянного жительства Германию, которая в том году увеличила квоту приема еврейских иммигрантов из СССР.

Мы начали готовить документы на приватизацию своей квартиры. Новое жилищное законодательство теперь допускало передачу жилья в частную собственность, куплю и продажу квартир. Некоторые преуспевающие дельцы уже успели приобрести по несколько престижных квартир в центре города.

Я просто поражался тому, как бывшие партийные лидеры, которые поучали нас партийной этике, ленинской честности и скромности теперь разбежались по разным коммерческим организациям, осели в торговых структурах, создали свои кооперативы и на глазах богатели.

Белорусские деньги (“зайчики”) обесценивались. Продукты и товары дорожали. Быстро возрастала дистанция между доходами бедных и богатых. Нищими становились инженеры, конструкторы, учителя, ученые. Коммерсанты и дельцы меняли рубли и “зайчики” на доллары, цена которых постоянно росла.

Центральный городской стадион, напротив нашего дома, стал вещевым рынком. Сюда “мешочники” приносили товары, привезенные из Польши, Турции и даже Китая, и продавали их по дорогим ценам. Здесь же по вечерам часто выступали популярные эстрадные артисты. Билеты были нам недоступны, но мы могли слушать их концерты, усиленные электронникой, бесплатно, на улице.

Нашу спецполиклинику сделали общедоступной. Постепенно исчезли ковры, пёстрые шерстяные дорожки и дорогие занавеси. Очереди на приём к врачам стали такими же как и везде в городе.

Теперь, когда партия перестала быть руководящей и направляющей силой общества, её многие стали вспоминать добрым словом. Не стало единого руководителя, державшего в своих руках все бразды правления, взвалившего на свои плечи многие непартийные функции и подмявшего под себя все органы власти. Сейчас, когда не стало партийного контроля, многие местные руководители возомнили, что им всё дозволено, перестали считаться с общественным мнением. Взамен партии ничего пока не было создано. Царили бесхозяйственность, разворовывание государственной собственности, произвол.

Из-за безответственности и отсутствия контроля за межреспубликанскими поставками была нарушена ритмичная работа предприятий промышленности и других отраслей народного хозяйства. Хозяйственный механизм стал давать сбои.

Законы рынка, на которые в последнее время возлагались большие надежды, пока эффективного воздействия на экономику не оказывали и она начала постепенный откат назад. Единственное, что принесли новые хозяйственные реформы, было накопление богатств у незначительной части населения и обнищание подавляющей массы народа.

В Могилёве - крупном промышленном центре, где раньше был постоянный избыток рабочих мест, вдруг появились безработные. Из-за недостатка сырья и комплектующих изделий многие предприятия стали работать не на полную нагрузку, проводили сокращение численности работников или отправляли их в отпуск без сохранения содержания.

Развал единого государства и независимость, к которым так сильно стремились руководители союзных республик, ставшие теперь президентами, привели к отрицательным результатам.

Перед новогодним праздником мы получили короткое, но бодрое письмо от Вовочки. Он писал, что ему предложили инженерную должность в фирме, занимающейся проблемами керамики. Работа была не совсем по специальности, но тем не менее ему было приятно сознавать, что его знания и опыт, наконец, были востребованы.

Наметился прогресс и у Риточки. Она уже прилично говорила по-английски и полностью всё понимала. В магазине, где она продолжала работать, оценили её способности к дизайну, стали поручать самостоятельную работу и повысили зарплату.

Возросший доход позволил им снять квартиру с тремя спальнями в хорошем и благоустроенном районе города. Они смогли обзавестись некоторой мебелью и купить необходимую одежду, обувь и другие товары для себя и детей, которые учились в престижной школе и имели большие успехи в учёбе.

Теперь, когда они почувствовали себя немного увереннее, изменилось их отношение и к вопросу нашего выезда. В определённой мере этому способствовало всё ухудшающееся положение в республиках бывшего СССР.

В письме были конкретные советы относительно подготовки к отъезду. Они касались отправки багажа, распродажи имущества, приобретения необходимой одежды и обуви, а главное - обмена денег.

Рита советовала беречь доллары, которые нужны будут перед отъездом для покупки билетов и на первое время жизни в Америке. Здесь, писала она, все должны иметь свою машину. Без этого не могут обойтись не только богатые, но и бедные. Город занимает большую площадь и автобусы ходят по определённым маршрутам, ими не всегда можно добраться куда следует, а проезд стоит дорого. Она рекомендовала мне легализовать советское водительское удостоверение, которым я смогу воспользоваться какое-то время, так как жизнь придется начинать с покупки автомобиля, который там является предметом первой необходимости.

И ещё они советовали беречь себя и детей от болезней. Больных Америка не принимает и бесплатной медицины у них нет. Предупредили и о необходимости запастись советскими медикаментами на первое время.

Советы были полезными, но трудно выполнимыми. Предстояли сложные проблемы. Главной из них, конечно, была финансовая. Крупных сбережений у нас никогда не было, а небольшие деньги, которые мы хранили в сбербанке на чёрный день, съела инфляция. Расходы же предстояли большие.

Немало и других непростых вопросов предстояло решить перед отъездом, но решение наше было твёрдым: мы едем в Америку!