Чтение онлайн

И почти всех их советская, руганная либералами система, вкусно кормила, обувала и одевала. Впервые, кстати в мире.

Казалось бы - напишут хорошие стихи. Какое там! Существовал точно такой же поток серых стихов, не выделяющихся из общего ряда, как и теперь: стены камер журнальных рамок и вкусов били еще более тесными, чем сейчас.

С крушением СССР и соответственным развалом несвободного и тесного СП СССР все это море обычно беспринципной советской поэзии стала никому не нужно, кроме нескольких имен - у каждого свои любимые поэты. У народа появились совсем иные проблемы – надо просто как-то выживать, на мизерные нынешние деньги. Голод, нищета, издевательства новых «хозяев жизни» - какие уж там стихи! С культурой, с действительно вечным и непреходящим остались только самые крепкие и лучшие!

В нынешней литературной России, кроме аж (батюшки!). 4 Союзов Писателей, только на одном сайте Интернета «Стихи. ру» еще существует около 80 000 человек пишущих стихи. Стало быть, около 200 000 человек в России сейчас считает себя поэтами.

Казалось бы-уж вот, и почитаем мы хороших стихов! Не тут то было! В Интернете их еще надо поискать – среди непричесанного сырого, обычно материала. В журналах, я уже говорил, свои узкие стены тюрьмы вкусовщины.

Я не знаю, состоял ли Николай Рубцов в СП СССР, или нет, но сдается, что, например, свободолюбивый Герцен в тот, советский и нынешний любой серый СП ни за чтобы не полез – как и другие наши поэты до революции. Зачем творцу ограничивать себя и добровольно залазить в петлю журнальной вкусовщины? Зачем творцу подстраиваться под чьи-то иеалогические требования и вкусы – редактора ли, лит консультанта, Интернет - тусовки, государства, КГБ, прокуренной кухни, застольями, друзей, литинга партии? Поэт, поскольку он поэт, потому и есть существо вне тусовочное, возвышенное и полностью свободное. Иначе он - просто рифмоплет и графоман, такой же, как вся его тусовка, его журнал или его круг друзей. И потому происходит следующее: может быть истинные то поэты у нас и есть, - в Интернете ли, в андеграунде ли, в районных ли городских газетах, или вообще только пишут в стол. Но громко заявить о себе или весьма и весьма проблематично, - как то было до революции в журналах и газетах (!!!) где печатали тогда всех - и либералов, и патриотов, и националистов, и семитов, и антисемитов, и социалистов, и монархистов. Не то, что теперь!

Так что многих официозным литераторам, от кого ежедневно зависит судьба нашей русской лиры, надо еще выдавливать и выдавливать из себя раба.

Раба общепринятого в своем кружке мнения, - раба своего только жизненного и литературного опыта. Любой редактор – Интернетовский ли провайдер, журнальный ли, пока, по всему видно, не освободился от советов и даже окриков своего круга. Но ведь поэзия - то – не масонское ложа!

Пока же видишь в бумажной поэзии только стихи закрытой касты литераторов (гораздо чаще просто прозу, рядящуюся в шелка Музы) – та же история, как и в СП СССР. Именно потому масса читателей стихов от толстых журналов давно отвернулась – журнальные стихи быстро приедаются своей однотипностью, вторичностью, третичностью и, главное своей серостью, не глубокой мыслью, боязнью пространства и всей жути обыденной России.

В Интернете же, по моему мнению, более-менее свободным сайтом, где не тонешь в куче всяких стихов, пока является сайт Парнас « (WWW. parnasse. ru) .

Другой сайт, - профессиональный интернет-журнал «Пролог» уже, похоже, стал несвободным и также отражает одну только точку зрения и вкус редакции – как говорится «Мы отражаем точку зрения Конгресса Соединенных Штатов!». Притом « Пролог» опять-таки только для «молодых» авторов.

Тут, кстати вспомним, сколько лет было Лермонтову или Бунину, когда они писали профессионально, и сколько – Фету.

Но если зайти в любую провинциальную библиотеку в маленьком уездном городе, поселке, селе, можно увидеть, что русская классика по - прежнему в цене! Даже если вы там, на полках и найдете превозносимого либеральной чернью Бродского или какого-нибудь Слуцкого, поэта тоже посредственного, не глубокого, вы увидите, что нашего вдумчивого читателя не провести даже псевдо интеллектуализмом, вы увидите, что их книги никто не читает. Россия – не московская интеллигентская тусовка, всегда тянущая свою куриную шею на Запад.

Нечего и говорить и об известных в узком кругу нынешних толсто журнальных корифеях, - народ их и не знает, а когда если и читает - зевает. Их поэзия, кроме всего прочего, скучна и муторна.

Так народ хоронит эту бездуховную, не русскую поэзию. Вкус и нюх он не потерял. Вообще, что есть современная либералистская поэзия известных и прославленных. Это – кукла, разрисованная рожица, этакий заводной терминаторчик, похожий на человека. Дроид. Стихи «цеховые», которые их творцы все, по очереди, выпекают в одной и той же форме. Потому то творчество у них называется теперь «литпроцессом».

Увы, такая же примерно ситуация создается и в патриотическом стане. Тут свои критерии, свои понятия о стихах – к сожалению, унаследованные от говорливой и нудной советской лирики, когда многие писали километрами.

Чаще всего то, что прозывается стихами – просто рифмованная публицистика или проза. Даже если взять и стихи, которые у большинства признанно считаются хорошими, все же, по счету русской классики и особенно Пушкина – это просто проза. Александр Сергеевич так бы и пометил на полях «Проза»!

Но, возможно, большие «поэты» наши обидятся, прочитав это мнение? Тут должно заметить по восклицанию Пушкина: « Хорошие стихи, господа поэты, не так легко писать!» Получаются они редко.

Спросят: какую поэзию тогда взять за абсолютный образец, за чистую поэзию?

Да хотя бы и знаменитое, хрестоматийное и школьное: « У Лукоморья дуб зеленый».

Скажут тут: «Ну-у, куда уж там сравниваться?»

А почему бы и не оценить критически все собой написанное?

А может, все - таки лучше жить и писать нам всем без лишних авторитетов? Ближних – может рассудить только время.

Скажем, лет 50-70 не менее.

И на этом классическом фоне настоящей дореволюционной поэзии видно воочию – советская и теперешняя поэзия с 1917-го приснопамятного года – все потеряла!

Впрочем, в советской поэзии был короткий период, когда ощущался всеми всплеск прекрасных стихов - Отечественная Война…

И выходит тогда - поэзии нужны именно великие страдания? В мирное время, сытое, похоже, хороших стихов не дождаться? Знаменательный для каждого что - то пишущего вопрос. Пусть об этом помыслят сами пишущие и читающие.

Так что, пока рынок торгашит, пока соловьи в поэзии щелкают себе, радуются чему-то и свиристят. Пока поэтические либеральные летучие мыши ловят мошку и насекомых, ловко переворачиваясь на филологическом лету и делая сальто и пируэты на страницах журналов и книг, перелетая туда- сюда, истинный поэт продолжает страдать. Как Пушкин. Как Рубцов. Как Анненский, которого при жизни за поэта то и не считали.

У каждого поэта, - свои страдания, не всегда, впрочем, всем и каждому видные. Особенно нынешнему литературному бомонду, погрязшему в зависти к талантам, в мещанских сплетнях, о нынешней мещанской жизни «культуры» Я дурак, а ты-то брат еще дурнее.

И тут не важно, как сняли, к примеру, Есенина в последнем телефильме. Важно, что страдал то он невидимо: может, потому, всякое бывает, и дебоширил, и пил горькую? Не важно – нам всем важны стихи.

Нам важна на этой трактирной и шумной почве «Русь кабацкая» - поэта.

Остальное - забудется, как забудут и всякую мелкую серость, кусачих мух, снимающих о поэте абсолютно бездарные фильмы. Для денег. Не ради искусства и не ради девяти строгих муз бдящих над всяким, кто с рукописями или фильмами вваливается неумытый теперь на Олимп. К ревнивому богу искусств Аполлону, чью лиру, как известно не кому из смертных так и не переиграть.