Чтение онлайн

Обомлевший Дон Чезаре согласился на все мои условия, главными из которых было не мешать мне, не задавать никаких вопросов, никогда не входить ко мне в мой отдельный цирковой караван и позиционировать меня на афише как иллюзиониста по имени Юген Дайто. Я также получил карт-бланш в смысле содержания, техники и направленности моих номеров, которые каждый вечер менялись.

В мой арсенал трюков входило, например, метание Дайто как бумеранга с тем, чтобы он срезал по дороге высокую шляпу подсаженного в качестве зрителя Филиппе, а на обратном пути разрезал 10 зажжённых свечей без падения последних. Завершающим трюком было продольное разрезание чугунного копья, которое с особым и понятным удовольствием и с разной степенью точности бросал в меня с трёх метров всё тот же метатель чайников, который с моим приходом в труппу остался не у дел.

Прошло пару лет. Странное дело – публика всё меньше обращала внимание на мои фокусы. Люди стали приходить не за развлечением. Действительно, помимо предсказуемых бесконечных разрезаний и продырявливаний, я, вспоминая мой кливлендский опыт, параллельно старался с помощью Дайто избавить кого-нибудь от болезней и немощей, избавляя людей от неоперабельного рака, душевной болезни или придавая уверенности перед предложением руки и сердца.

В какой-то момент я понял, что все эти человеческие недуги являются просто проявлением мирового Зла, как такой же категории по другую сторону спектра, как и Юген. Мне всё чаще вспоминались слова сенсея Гэнкито Кондзё:

– Дайто может всё, не на всё способен его хозяин!

Я был готов к новому шагу по пути в направлении к Югену – надо же было, в конце концов, как-то оправдывать мой цирковой псевдоним! Я должен был замахнуться на ЭТО.

В одно из выступлений я встал в боевую стойку самурая и долго стоял в ней, готовясь к последнему удару. Шла аккумуляция энергии Сендзюцу ( 44 ). Стояла ледяная тишина: все понимали серьёзность происходящего и настраивались в лад с ним. Потом я применил технику молниеносного удара Иайдо ( 45 ) в воздух… или почти в воздух… Дело в том, что на мгновение мне показалось, что я изрядно поранил странного субъекта со злобными глазами, длинными седыми волосами и в ковбойской шляпе. Задним числом я теперь понимаю, что это был не кто иной, как главный служитель Зла виконт Кардельо Монстриозо, который с тех пор затаил на меня сердце и поклялся отомстить. Воистину, блаженны незнающие ( 46 )!

Что же заметного случилось после этого? Да ничего особенного, не считая того, что мой верный Дайто превратился в Сёто ( 47 ), а я поседел, как лунь. Судя по всему, я был на правильном пути к Югену, который так верно предсказал сенсей Гэнкито Кондзё! Зло же, конечно, осталось, но понесло большие увечья, которые заставили его отойти, по крайней мере, от присутствовавшей публики, которая на много лет избавилась ото всех проблем в жизни.

Самым забавным последствием моего последнего циркового выступления было то, что, наконец, знаменитейший Филиппе Константини и впрямь стал попадать своим глупым чайником в мишень, тем самым немного приблизившись к своей цели…

Это и был мой Юген, или по-японски:

Настала пора упомянуть о моём современном понимании того обстоятельства, что этот рыцарский Орден FIF фактически следит за соблюдением законов истории, природы и всего мироздания, в частности, нейтрализуя деструктивное поведение как отдельных сильных мира сего, так и целых государств с помощью Ордена The Quarter Ltd. Издревле предполагается, что всё вокруг принадлежит Богу, но некоторые государства и их лидеры с этим не согласны и хотели бы владеть всем. Именно в этом видится главная причина падения Римской Империи, вскоре после самого сурового гонения на христиан в Римской Империи ещё при Римском императоре Диоклетиане в 313 году разделённой на Западную и Восточную в период правления Императора Феодосия в 395 году, а потом внутреннее разложение и Византии, наследницы Восточной Римской Империи через десять с небольшим веков. Заслуживает внимания тот факт, что именно в те века активность Ордена FIF достигала своего исторического максимума в эпоху до нового времени…

Характерен в этом смысле и состав Ордена FIF, точную дату возникновения которого установить не удаётся – такое впечатление, что он существовал всегда! Как и во все времена, в него традиционно входили потомки разного рода Великих Магистров, как например Иоаннитов (Гийом де Шатонёф), Тамплиеров (Арман де Перигор), Тевтонского Ордена (Генрих Вальпот фон Бассенхайм), весьма старинного Вифлеемского Ордена, рыцарского Ордена Алькантара (основанного братьями дон Суэро и дон Гомес Фернандес Баррьентос в XII веке), католического военного Ордена Калатравы и т.д.

Забегая немного вперёд, скажу, что ваш покорный слуга, потомок легендарного самурая Ходзё Удзицуна, обосновался после своих приключений и работе сначала в Ордене The Quarter, а потом в Ордене FIF, в небольшом домике на берегу безымянного ручейка, протекающего через живописный посёлок староверов «Восточный лес» в Забайкалье, и решил написать воспоминания. Об этом меня попросил мой говорящий монгольский кот Манул с круглой физиономией и прелестной клинообразной бородкой, а также, конечно, старший брат старообрядцев Савелий. Надеюсь, что мои откровения об Ордене FIF не принесут последнему сколько-нибудь заметного урона. Впрочем, он настолько хорошо защищён и скрыт, что мои описания, по аналогии с применением микроскопических доз яда в гомеопатии, окажут только целебный эффект! Как писал Омар Хайям:

«Яд, мудрецом тебе предложенный, прими,

Из рук же дурака не принимай бальзама!»

Итак, напомню, что я в течение 10 лет состоял братом Ордена The Quarter Ltd. и с особым удовольствием вручил монетку в 25 центов или quarter двадцати пяти политическим деятелям, дельцам разного грязного калибра и даже некоторым лидерам стран в качестве знака их несоответствия должности. Потом пару лет я развлекал публику в цирке-шапито Дона Чезаре, где я сдуру попытался как-то замахнуться на само Зло, как я его тогда понимал… Я был наивен, храбр и безрассуден, но чистосердечен, поэтому выжил, и, пройдя через Юген, поседел, а мой Дайто превратился в Сёто.

Очнулся я ровно через месяц после этого события на самой удобной подстилке в мире – Татами ( 48 ) – в родной обители у сенсея Гэнкито Кондзё в школе боевых искусств Тэнсин Сёдэн Катори Синто Рю. Учитель и все ученики школы сидели в позе Сэйдза ( 49 ) у моего изголовья. В ответ на мой вопросительный взгляд он сказал:

– Великая книга Хагакурэ ( 50 ) говорит, что самурай, обнаживший свой Дайто на самого Аку ( 51 ), если не умирает сразу, то придёт в себя ровно через месяц. Свидетели этого события, да будут благословенны!

Так сказал учитель и после этого склонился передо мной впервые в поклоне Сэнсэй-ни рэй ( 52 ), тем самым признавая меня за равного себе.

В молодости я бы, наверное, лопнул от гордости, но тут мне стало просто светло, спокойно и весело, как бывает, когда вспоминаешь о своём детстве. Наверное, в этот момент я тоже стал учителем или перешёл на некий новый уровень понимания жизни.

Я провёл у моего учителя пару недель, гуляя в одиночестве или порой вместе с ним вдоль горной реки. Мне надо было понять, что со мною происходит, и откуда вдруг взялось это новое чувство счастья и состояния радостного покоя, как будто я на всё, в том числе и на себя самого, смотрю глазами внешнего наблюдателя. Действительно, было приятно порой наблюдать себя как бы со стороны и ощущать разделение тела и духа… Мне захотелось проверить, сохранится ли такое чувство не только при покое, но и при боевой ситуации. Поэтому я молниеносно выхватил свой Сёто и пролетавший по своим нехитрым делам жук лишился обоих крылышек, а на стоявшем на пути удара камне появился оплавленный тончайший разрез, напоминающий улыбающийся рот кота. Вдруг мелькнули ещё несколько молний Итторю-Иай, и на той же скале появился вырезанный учителем образ монгольского кота Манула. Мы оба рассмеялись легко, как братья, и крепко обнялись!

Конец ознакомительного фрагмента.