Записки следователя
Шрифт:
Так они провели несколько часов. Наконец, Тихон встал и взял Зосю за руку.
— Мне хорошо было с вами, — искренне сказал он. — Но когда-то надо и прощаться.
— Скоро опять приглашу. Тогда посидим подольше.
— Вот бы завтра? Я свободен. Можно?
— Нет-нет, только не завтра. Не вздумайте самовольничать. Нужно повременить. Это мое условие. Я вам сообщу…
— Зачем откладывать, почему? — упирался Тихон. — Ведь вы будете скучать в таком же одиночестве, как и я?
— Как раз нет. Я уезжаю к подруге. У нее останусь ночевать, — ответила Зося и опустила глаза. — Приглашу в другой день. Не смейте только приходить без приглашения. Обижусь! Запомните?! До встречи, по моей воле.
— Хорошо. Обещаю. До встречи, когда прикажете.
Тихон быстрой походкой удалился от дома молодой хозяйки. Хлопнула за спиной калитка палисадника.
Столицын знал теперь, что делать. Сто против одного: Зося не может быть сообщницей бандитов. Но что-то она знает. Нужно привлечь ее на свою сторону и все выведать.
26. Среди «серых волков»
Утром Тихон через связного передал все добытые за два дня сведения в управление милиции. Ждал до вечера указаний Рябова, и наконец получил записку:
«План одобряю. Действуй через Зосю. Рекомендуем сегодня вечером, несмотря на запрет, посетить ее квартиру. Дом взят нами под наблюдение. Будь осмотрителен».
Тихон вышел из гостиницы. Часы показывали девять часов вечера, было самое время отправиться к Зосе. Тихон тревожился. По словам певицы, ее сегодня не будет дома. А если она все же у себя и не одна?
Вот и дом. В одном из окон мелькнула полоска света, затем свет появился во втором окне и желтое его пятнышко упало на снег. Тихон нащупал холодную рукоятку пистолета и шагнул к крыльцу. У двери перевел дыхание. Прислушался, постучал в дверь. Сделал это сначала тихо, потом слишком громко. В доме продолжала стоять тишина, наполненная свинцовой тяжестью. Поскрипывал снег под ногами Тихона. Он еще раз долго и настойчиво постучал. Только теперь за дверью послышалось движение.
— Кто там? — тревожный голос принадлежал Зосе.
— Это я, Герман…
— Беккер, вы с ума сошли. Я же просила, — с испугом, почти простонала девушка. А за палисадником уже послышались шаги и приглушенные голоса.
— Входите же, быстрее, — зашептала, прерывисто дыша, девушка и за руку потянула Тихона в коридор.
Когда Столицын был уже в комнате, в дверь загрохотали. Тихон посмотрел на Зосю. Ее искаженное лицо выражало откровенный страх. Она, не выпуская руку Тихона, растерянно залепетала:
— Это ко мне. Спрячьтесь за дверь. Как только они войдут в комнату, уходите отсюда.
Девушка изменилась до неузнаваемости. Такой суетливой и беспомощной Тихон ее не видел.
— Ступайте же, — повторила она просяще. — Вы погубите меня и себя.
Тихон догадывался, какие «гости» пришли к девушке. Он притаился за дверью, ведущей из сеней в комнату. Зося открыла наружную дверь, вошел, тяжело дыша, гость. Через щель Тихон разглядел мордастого, крупного мужчину в заячьей шапке. Зося заискивающе лебезила перед ним:
— Проходи, Степан, проходи.
По тону девушки Тихон понял, что вошедший пользовался над ней огромной властью. Итак, на горизонте показалась первая «ласточка». И он, Тихон, конечно, ни за что не уйдет отсюда, что бы ему ни грозило. Наконец-то какая-то ниточка давалась в руки сотруднику МУРа.
— Ты одна? — пробасил вошедший.
— С кем же мне быть, Степа?
— Не отвечай вопросом на вопрос, — недовольно бросил гость, названный Степаном.
— Вы что, посадили меня в клетку? И познакомиться ни с кем нельзя.
Интонация Зоси насторожила гостя.
— Что, что? Ты, девка, не мудри. Со мной шутки плохи.
— Да это я к слову, успокойся, проходи. Одна я. Кому со мной быть?
Мужчина, снимая полушубок, осведомился:
— Как проводишь время?
— Ты о чем, Степа?
— Все о том же. Ишь, ягненок. Уголовный розыск арестовал многих наших. За нами с тобой очередь. Чай, в одной связке спутана.
Зося промолчала.
В комнате установилась зловещая тишина.
Тихон из-за двери мог наблюдать за обоими.
— Только меня не впутывай, — сказала тихо Зося. — Не в курсе ваших дел. Долго вообще не знала, кто вы? А теперь узнала и не по себе стало, Степа.
— И нам не сладко, — примирительно отозвался мужчина. — Тяжелые деньки наступили. Сильно потрошат нашу братву. А ты не вздумай трепаться о том, что знаешь. Язык вырву!
— Одни угрозы и слышу, — беззлобно отозвалась Зося. Она думала, что Тихон уже ушел. — Прекратите ко мне ходить. Оставьте меня в покое. Христом богом умоляю, Степа.
— Что-о! — мужчина положил на плечо Зоси сильную руку. — Это теперь-то?
— Степан! Больно! — вскрикнула девушка. — Что за глупые шутки.
— Еще пикнешь — могу и придушить. С кем встречаешься? Такая красотка одна не усидит. Кобелей на нашу сучку хватит. Днем с фраером променаж делала. Тебя видели с ним в ювелирном… Что за тип? Кто он?
— Ах, вот ты о ком… Сын дипломата. Здесь живет в гостинице. Ожидает визу на выезд в Австрию… Вы же его все знаете, он столовался в ресторане Слезкина.
— Вот ты каких жеребчиков ловишь! — насмешливо-хмуро заметил посетитель. — Видел его, помню. Маменькин сыночек. Слюнтяй, его бродие…
— С ним-то, надеюсь, можно встречаться, — просяще произнесла девушка. — Он скромный и порядочный студент.
— С ним-то и нельзя! — с ударением ответил бандит.
Тихон несколько минут думал, как ему быть, и решил объявиться, надо действовать! Он поправил в рукаве пистолет и шагнул из-за двери.
— Это со мной она встречалась. Я пришел к ней в гости. Лицо неприкосновенное. Пожалуйста вам мой паспорт.
Тихон понимал: наивно бандиту говорить об этом. Но рискнул дезориентировать противника именно своей наивностью: пусть думает — простодушный, самонадеянный дурачок.
Зося, казалось, потеряла дар речи. Она прижала руки к груди. Ее сковал страх. Она ждала, что предпримет бандит.
Степан при неожиданном появлении незнакомца, выдернул из-за голенища финку, однако, увидев, что кавалер Зоси показывает какой-то документ, усмехнулся:
— Бравый дипломат, рисковый. Красавчик. Пожелал мне вызов бросить. Защищает свою королеву. Может, она тебе жена?
— Если я пожелаю с Зосей встречаться, вы мне не помешаете, — резко заявил Тихон.
— Смелый малый! Олух царя небесного.