Чтение онлайн

Рылин мог бы рассказать мне о своих отношениях с Хабаровым многое. Освободившись из колонии, он несколько дней ждал Хабарова во Владивостоке, а затем в Комсомольске-на-Амуре с украденными им для «главаря» документами на имя Стрельцова Виталия Савельевича. А дождавшись, они вдвоем «направили стопы» к Шевчуку — их дружку, освободившемуся годом раньше. Во всем была четкая договоренность.

Добравшись до крупной станции, они дали Шевчуку телеграмму о времени приезда.

Рылин в вагоне познакомился с Антониной, ехавшей от находившегося на Севере мужа, и та немедля променяла «кукушку» на «ястреба», доставила Рылина к себе в комнату. С Шевчуком, встречавшим их, пошел Хабаров.

И если бы я заинтересовался и дальше, а Рылин был бы таким простаком, что продолжал бы рассказывать свою «эпопею», он мог бы поведать сразу, не дожидаясь допроса, как в первую же ночь он и Хабаров подошли к городскому музею и, пока Антонина была в ночной смене, принесли к ней в квартиру малокалиберную винтовку, отпилили ствол, сняли ложе и сделали маленький, удобный для ношения в кармане брюк пистолет.

Затем бы он рассказал, как жену и ребенка Шевчук отправил на неделю в деревню, готовясь для приема, по их расчетам, на десять тысяч товара, похищенного из намеченного универмага на ст. Елецкая. Эту станцию выбрал Хабаров по двум причинам — прежде всего, это в другой области, а воровской закон велит, не живи, где воруешь, и не воруй, где живешь, и, во-вторых, невдалеке от этого места живет сестра оставшегося еще в заключении Тананыкина. Имя той женщины Рылин, по своему обыкновению, забыл, но главарь шайки делал на нее большую ставку. Через нее он должен был познакомиться с «подельником» Тананыкина, шофером Киселевым, и тот на машине будет надежным их транспортным агентом по переброске шерстяных и шелковых рулонов ткани к месту сбыта. Сейчас нужны были, как никогда, деньги. Наладить их «производство» обещал высокомерно Хабаров, и только на них — Цыганка и Шевчука — цыкал:

— Планы проверены, возражений не должно быть, делайте точка в точку, как я велю, а теория о неотвратимости наказания — это пыль в глаза для слабонервных.

Многое мог рассказать, не дожидаясь следствия, наклонившийся над фужерами и тарелками Рылин. Мог он поведать то, что я и те, кто принимал участие в этой «операции», узнали только потом из его показаний… Единственное, чего не знал в ту пору Рылин, — что одного из соучастников — Шевчука — уже не существует, и опаленный пламенем прах его развеян по ветру.

Трусливый Рылин ни к кому не шел первым после «мокрого дела». Возможно, он и сделал бы шаг к этому, но мое вселение к нему и компанейское развлечение несколько облегчили одиночество, он не замечал, как быстро шли дни. Этого-то не мог сказать о себе Хабаров, ежечасно то выезжая из города, то приезжая на встречу, заранее обусловленную с Рылиным.

Я все время думал, где я мог видеть Хабарова, вспоминая нарисованные нашим художником Ильей Петраковым черты его портрета. И вдруг вспомнил: да я ведь столкнулся с ним, что называется, лицом к лицу на месте происшествия, осматривая погибшего Киселева.

События, установленные впоследствии, о которых уже можно поведать читателю, развивались так.

Хабаров от Зинаиды направился в деревню Поземки, к Киселеву. Там, в селе, поймал встречного мальчонку и попросил сходить в гараж, передать Киселеву, что его ждут в школе.

— Новый учитель, — уточнил мальчику Хабаров.

Киселев не замедлил явиться и тут, почти в середине села, жители которого так гордятся, что чужой человек у них, как на ладони, встретил Хабарова.

Бандит шел размашистой походкой к нему навстречу, не забывая озираться краем глаза на обе стороны. Рецидивист был с чисто выбритым лицом, аккуратно причесан, в темно-коричневом костюме из дорогого трико «ударник», в импортных, начищенных до зеркального блеска, несмотря на деревенскую пыль, туфлях. Кому могла прийти в голову мысль, что эта отяжеленная, квадратная, обрюзгшая личность ежеминутно, ежесекундно готова уничтожить любого, кто станет на его пути?

— Я сведу с тобой счеты, если ты не явишься для серьезного разговора с Зинаидой Александровной, — медленно, с расстановкой, сразу же после первых слов знакомства и передачи привета от «подельника» Тананыкина, процедил сквозь плотно сжатые зубы Хабаров.

— Что ей от меня нужно?

— Малого.

— Если вы не оставите меня в покое, я сообщу куда следует, — нервничал и неуверенно говорил Киселев.

— Попробуй, — сказал Хабаров и показал рукоятку пистолета. — Да или нет? Приговор тут же приведу в исполнение. Ты обидел Зинаиду. У нее от тебя… ребенок.

— Вздор, брехня, очумела.

— Разбирайтесь сами, мое дело доставить тебя на место. Бери недельный отпуск, проси машину за дровами, торфом, куда угодно, и айда за ней в Крапивную. За сутки обернемся. Жду ответа вечером у моста…

Первое намерение, какое было у приступившего к честной жизни Киселева, идти все рассказать — жене, председателю, милиционеру Квартальному. Широким шагом, возбужденно, не замечая встречных односельчан, он направился в правление колхоза.

— Иван! — окликнул его завгар. — Куда торопишься, к председателю? Решил…

— Что решил? — побледнел Киселев. — «Неужели уже все знают?»

— Решил, говорю, ехать за шифером?

— За каким шифером? Ты о чем?

— Как, разве ты не в курсе? Пришла разнарядка ехать в соседнюю область за шифером. Поедешь? И оплата побольше, а что дома высидишь?!

Киселев плохо поначалу разобрался, растерянно потер руки о пиджак:

— Могу поехать, — неуверенно выговорил он, а сам подумал: «Возьму этого типа, заеду к Зинке, раз и навсегда развяжу узел. Ребенок… Идиотка взбалмошная. Свидания просто захотела…»

Так утром на следующий день оказался у него в кузове под брезентом Хабаров. Киселев не мог тогда предполагать, что везет человека самого мерзкого, каких он только знал и о каких только слышал.

По договоренности Хабаров стукнул по кабине в нужном месте на дороге. Киселев остановил машину и должен был ждать. Хабаров сделал ему «услугу». «Незачем тебе показываться в Крапивной. Зинка на такси сюда подъедет, все и решите. Я буду считать, что свою миссию выполнил». Сказав так, непрошеный попутчик часа на два отлучился.

Частная «Волга» (хозяин решил подзаработать) с Хабаровым подъехала, как мы знаем, поздно ночью, но без Зинаиды. Планы у него были совсем иные: завербовать Киселева снова на преступный путь. В «Волге», кроме Хабарова, были Шевчук с «ТТ», хранившимся десяток лет в земле, и Рылин с самодельным пистолетом Хабарова. Они предложили Киселеву ехать за ними.

Шофер «Волги», позже установленный, Павличенков Федор Федорович, считал, что вез веселую компанию, подгулявшую на свадьбе, слушал их болтовню, сосредоточив внимание на автостраде. Ему в голову не приходило, что в своей автомашине он подвозит опасных преступников.