Чтение онлайн

Во время революции в Гоминьдан вступили многие «мандарины». Формально они считали себя последователями идей Гоминьдана, на самом же деле мешали партии работать. Нельзя возлагать на Гоминьдан ответственность за настоящее тяжелое положение Китая. Партия всеми силами стремилась добиться успеха, но внешние и внутренние причины всякий раз отбрасывали ее назад. В ходе первой революции народ поддерживал Гоминьдан, а теперь некоторые склонны обвинить нас в настоящем тяжелом положении Китая. Это говорит только о том, что наша партия не выполнила своей задачи и ответственность ее весьма велика.

Если мы посмотрим на Советскую Россию, победоносно осуществившую революцию, и сравним организацию Коммунистической партии большевиков с нашей, то наши недочеты и ошибки станут сразу понятны нам. Каждому будет ясно, что, если мы решили победить, нам необходимо реорганизовать партию. Советская Россия должна служить нам примером. Если мы сможем в наших условиях реорганизовать Гоминьдан по образцу правящей партии Советской России, положение Китая коренным образом изменится.

Нам нужно создать дисциплинированную партию, нужно дружно работать, отбросив все личные интересы, стойко переносить все невзгоды и посвятить себя одной цели — спасению Китая.

Окончив доклад, Сунь Ят-сен попросил секретаря зачитать выработанную ЦИК программу Гоминьдана, т. е. манифест, принципы Гоминьдана и три политические установки.

Затем Ляо Чжун-кай предложил поручить Сунь Ят-сену назначить комиссию из девяти человек для детального рассмотрения и внесения поправок и добавлений в проект программы.

Против новой программы никто не выступал, дебаты неожиданно разгорелись по вопросу о составе и количестве членов комиссии.

Сунь Ят-сен обещал представить список кандидатов на следующий день. Конгресс просил его сделать это немедленно. Сунь Ят-сен передал председательство Ху Хань-миню, а сам совместно с Ляо Чжун-каем, Ван Цзин-вэем и другими занялся подбором кандидатур в комиссию.

Между тем слово было предоставлено докладчику по вопросу об организации правительства Линь Сэню.

Доклад вызвал оживленные прения. Никто не высказался против организации правительства, дебаты шли лишь о своевременности его создания. Некоторые предлагали отложить вопрос, другие — реорганизовать Гоминьдан, а потом уже приступить к формированию правительства и т. д.

С большой речью вновь выступил Сунь Ят-сен. Он напомнил историю китайской революции и охарактеризовал роль, которую сыграл в ней Гоминьдан, рассказал о прежних попытках создания республиканского правительства.

«В революции, — говорил Сунь Ят-сен, — нужно действовать открыто, и она должна непременно иметь руководящий политический орган. Весь мир должен знать, за какое правительство мы боремся. В основу деятельности правительства будут положены принципы Гоминьдана. Мы развернем самую широкую пропаганду в массах, и тогда они сами потребуют создания нового правительства в противовес Пекинскому правительству милитаристов.

Посмотрите на Советскую Россию. Партия русских коммунистов осуществила революционные принципы и создала самую демократическую в мире конституцию. Молодая республика России была окружена врагами, но партия коммунистов в противовес контрреволюционным правительствам Колчака, Деникина и другим создала революционное правительство, вокруг которого объединился весь народ. Многие, вероятно, думают, что я слишком часто хорошо говорю о Советской России, выступаю против тех, кто не хочет брать ее за образец. Они, вероятно, думают, что я оставил путь Гоминьдана и хочу идти по пути «советизации». Мы живем в опасное время, мы должны учиться урокам истории, результаты же русской революции видны всем, и мы должны брать с нее пример, если желаем создать сильную, организованную и дисциплинированную партию».

Ван Цзин-вэй, открывая заседание на второй день работы конгресса, сообщил, что Сунь Ят-сен занят неотложными делами и присутствовать не сможет. Председателем был избран Линь Сэнь.

В этот день конгресс заслушал доклад Тань Пин-шаня о деятельности ЦИК и доклады местных организаций. Затем состоялось троекратное чтение по параграфам проекта манифеста Гоминьдана. Слово взял появившийся в зале Сунь Ят-сен.

«Чтение доклада о работе комиссии закончено, — сказал он, — но прежде чем приступать к голосованию, я хочу откровенно заявить, что этот вопрос требует еще многих разъяснений. В манифесте изложены принципы нашей партии, к ним нужно отнестись с большой серьезностью. Прежде всего необходимо выразить единодушное согласие с ними, и только после этого можно говорить о манифесте Гоминьдана в целом. Я знаю, что среди старых и новых членов партии многие не понимают наших принципов, и если они их не поймут и теперь, то в будущем неизбежны распри. Чтобы этого избежать, я хочу остановиться на этом вопросе подробнее.

Два года тому назад многие пекинские студенты, не понимавшие принципа народного благоденствия (социализма), увлеклись принципами коммунизма и начали вести коммунистическую пропаганду. Они были уверены, что коммунизм — это новое учение, а принципы Гоминьдана — старое. С другой стороны, многие гоминьдановцы старого поколения считают, что коммунизм — очень опасное учение, и поэтому ведут против него борьбу и не желают работать с коммунистами. Студенты, в свою очередь, отказываются работать с такими гоминьдановцами. Молодые члены Гоминьдана сначала увлекались новизной, они сочувствовали русской революции и коммунизму как самому последнему типу социализма. Они даже ездили в Россию, чтобы учиться коммунизму, но русские товарищи разъясняли им, что в Китае нужно вначале бороться за национальную революцию, т. е. выступать за национальное освобождение страны, и что коммунистам нужно работать совместно с Гоминьданом.

Убедившись в справедливости этих доводов, молодые товарищи изменили свое отношение к Гоминьдану и решили войти в нашу партию для совместной работы, но старые наши кадры все еще боятся, что вошедшие в Гоминьдан коммунисты взорвут его изнутри. К моему удивлению, эти товарищи совсем не понимают принципа народного благоденствия, да и понять его не хотят.

Недавно я получил несколько телеграмм от гоминьдановцев из стран Юго-Восточной Азии, в которых они спрашивают меня, не стала ли наша программа коммунистической. Если стала, то они грозят выйти из Гоминьдана. Именно эти телеграммы заставили меня сегодня прийти на конгресс.

Почему они посылают нам подобные телеграммы? Потому что они живут за границей, читают иностранные газеты, обмануты иностранной пропагандой. Иностранцы, живущие в колониях, озлоблены против Советской России. Они боятся, что пример России нанесет им сокрушительный удар, и ведут против нее самую ожесточенную пропаганду. Наши соотечественники в колониях дышат злобной по отношению к Советской России атмосферой. Они не понимают происшедших там изменений и поэтому думают, что реорганизация Гоминьдана на принципах Коммунистической партии для нас — смерть. Шесть лет тому назад положение революционной России было очень тяжелым, но теперь парламенты Англии, Франции и Японии готовятся признать Советскую Россию. Очевидно, Советское правительство не тигр и людей не ест. Все страны теперь не боятся Советской России, почему же мы должны ее бояться? Если бы наша партия восприняла принципы коммунистов, это было бы неплохо, но принципы Гоминьдана для Китая больше подходят, чем принципы Российской Коммунистической партии. Наши принципы вмещают в себя идеи социализма, коллективизма и коммунизма. Старым членам Гоминьдана нечего бояться принципов русского коммунизма.

Я надеюсь, что члены Гоминьдана поймут, что между нашими принципами и принципами коммунизма нет большой разницы, не станут предаваться пустым страхам, а будут упорно работать на пользу партии и родины».

Закончив под громкие аплодисменты свою речь, Сунь Ят-сен заявил, что за поздним временем голосование манифеста откладывается до следующего дня, и закрыл заседание.

В повестке третьего дня работы конгресса были следующие вопросы: 1) об уставе партии (докладчик Сунь Фо); избрание комиссии для разработки устава; 2) о партийной дисциплине (докладчик Ху Хань-минь); 3) о военном положении и о таможне (докладчик Ван Цзин-вэй).

Эти вопросы повестки активного обсуждения не вызвали.

***

На четвертый день заседание конгресса открылось с опозданием. Ван Цзин-вэй сообщил, что Сунь Ят-сен присутствовать не сможет. Председателем был избран Ху Хань-минь.

Конгресс заслушал доклад о пропаганде и прессе.

К концу доклада в зале появился Сунь Ят-сен. Он был явно чем-то встревожен, едва отвечал на приветствия делегатов. Заняв председательское место, Сунь Ят-сен по окончании доклада предложил избрать комиссию для разработки плана пропаганды и организации прессы. На этом утреннее заседание закрылось.