Чтение онлайн

Попал в сложное положение, в каптёрке пропали мои брюки от «парадки». Прошло полмесяца, пропажа не нашлась, отвечать за неё ни каптёрщик, ни старшина-хозяйственник не собираются. Хоть из дома запрашивай «отпускные-неуставные» брюки.

Стоит ужасная жара. Люди уже загорают, а мы до августа так и останемся «бледными поганками». Постоянно бегаем пить и остужаем свои головы холодной водой.

12 июня 1981 года

В мае на нашу группу выпало немыслимое количество нарядов, особенно по столовой. Перед заступлением в такой наряд 22 мая почувствовал нехорошую слабость, но в санчасть за освобождением не пошёл, дабы не выслушивать от Сотского «тонкие» намёки на симулянтство. Наряд отработал (как сказал сам Сотсков – «отстоял человеком»), а наутро «загремел» в санчасть с температурой 38,6°С. Опять ангина. Лежать пришлось больше недели. Спасибо ребятам, не забывали – часто проведывали. Олег Аганин каждый день в начале третьего приносил бутылку молока с сочниками или булочкой.

Занятия физкультурой на берегу водохранилища

Со мной в палате лежал курсант из 4-й роты, это выпускной пятый курс, у них через месяц – выпуск.

Николай Степанович всё резвится, на днях одного курсанта из нашей группы довел до того, что парень написал рапорт на отчисление из училища. Сотсков рапорт публично разорвал, теперь всем рассказывает, что ещё одного спас от опрометчивого шага.

Жара не спадает уже второй месяц. Летнее обмундирование у нас только называется ХБ, на самом деле оно на 60% состоит из синтетики, тело в ней не дышит. Душа с тёплой водой в казарме нет, да и с холодной – тоже.

Сейчас сдаём долги – зачёты. 18 июня экзамен по английскому языку, двадцать второго – защита курсовых работ. Моя курсовая называется «Распределение больших аэрозольных частиц в атмосфере над территорией СССР». Звучит просто, даже прозаично, но тема новая, интересная. Обычно все берут темы об облаках, грозах, инверсиях и т.д. Они повторяются из года в год, достаточно просто сходить в архив, взять и переделать прежнюю чужую работу под свои данные или просто перемешать отрывки из глав учебников типа «Физика атмосферы». А по моей теме литературы мало, материал только в брошюрах Главной геофизической обсерватории им. А. Воейкова или Всесоюзных совещаний метеорологов. Вот и приходится выбирать крохи из статей, вроде «Взаимодействие лазерного излучения с твёрдым аэрозолем в атмосфере». Но скорбный труд не пропадёт даром, курсовая будет написана и защищена.

29 июня 1981 года

Снова десять дней провалялся в санчасти, на этот раз с осложнением после ангины. Несколько дней практически не мог открывать рот и глотать. Кололи лошадиные дозы пенициллина, когда и это не помогло, что-то располосовали скальпелем в полости рта. Полегчало сразу.

Время в санчасти старался не терять, дописал свою курсовую работу. Оформил её так, что было любо-дорого посмотреть. Конечно, не картинками, рисунки и другие «украшательства» строго запрещены. Всё должно быть выполнено согласно ГОСТу по оформлению дипломных работ. Строго определённым шрифтом заголовки, листы белые, нелинованные, чёрные тушь и чернила. Проще говоря, курсовая работа – это уменьшенная в два-три раза по объёму дипломная работа. Ещё раз спасибо ребятам, которые всё нужное приносили мне в санчасть.

Да, удалось отсюда вырваться для сдачи экзамена по английскому языку, прохрипел на твёрдую «четвёрку».

24 мая «выпросился» у лечащего врача, начиналась полигонная практика по метеоизмерениям, за каждый день которой нужно было получить оценку, иначе он не засчитывается. Затем суммируются оценки за все пять дней, и средняя арифметическая выставляется в зачётку.

На полигонной практике: И. Переходнов, Е. Тепляков, О. Аганин

Сразу же за этой практикой следует такая же, но по предмету «Физика атмосферы». Полигонные практики важны так же, как экзамены, оценки за них заносятся в дипломную оценочную ведомость.

21 июля 1981 года

Сегодня сдавали высшую математику, или, как её нежно называют, «вышку». Какими усилиями это мне далось и сколько лет жизни стоило – даже трудно представить. Когда-нибудь я напишу об этом большой эпический роман. Из всей нашей группы только пять человек получили «отлы» и «хоры», ещё пятеро провалились, а я остался с молчаливым большинством.

Всё, прощай чистая математика! Теперь на этой железобетонной основе будет строиться здание специальных (прикладных) метеорологических дисциплин.

Впереди ещё два экзамена: 25-го – по физике атмосферы и космического пространства и 31-го – по метеоизмерениям и их обработке.

До отпуска десять дней, два экзамена и два караула.

Жара стоит ужасная. Горят леса. Сегодня даже прервали факультетское комсомольское собрание, две роты поехали тушить пожары. Сгорят они – пошлют нас.

Л етний отпуск после второго курса был ознаменован важным событием в жизни каждого из нашей школьной компании.

Наши родители (люди сверхответственные) наконец-то осознали, что мы стали совсем взрослыми и добровольно отпустили нас в длительное и несколько авантюрное путешествие на юг, на Кавказ – к Чёрному морю.

В последний момент в поездке не смогла участвовать Лена Масленникова, и мы отправились в путь впятером: Женя Суханова, Лариса Таскаева, Анатолий Козлов, Игорь Шургалин и я. То есть, два курсанта, из которых один учится помогать летать (ВВС), а второй – учится не давать летать (ПВО), студент – будущий переводчик, две студентки – будущий врач-лечебник и будущий химик.

Дорогу в оба конца мы проделали в обычных плацкартных вагонах без особых удобств и навязчивого сервиса: легко, весело, с юмором преодолевая досадные препятствия и мелкие неудобства. Добрались до Туапсе без особых приключений. Гоша Шургалин сдержал слово. Его сокурсник (из местных) подобрал и «забронировал» нам жильё в частном секторе.

Это были стандартные фанерные постройки в глубине двора, явно предназначенные для подобных неприхотливых постояльцев вроде нас. Быт, нравы и времяпровождение в подобном жилье подробно показаны в фильме «Будьте моим мужем». В нашем случае девушки жили отдельно в своём сборно-щитовом сарайчике, а юноши – в своём. Из удобств в них имелись железные кровати, электрические розетки и лампочки. Хорошо, что я взял из дома кассетный магнитофон, а Анатолий записал несколько кассет со сборниками зарубежных музыкальных новинок. Конечно, это был не тяжёлый рок.

Денежные средства мы объединили в «общий котел», который мы периодически пополняли.

День начинался с нехитрого завтрака, который девушки готовили прямо во дворе. Там же был кран с холодной водой, где можно было осуществлять утренний туалет и прочие омовения. Для курсантов такой аскетизм был привычен, а вот девушки, вероятно, испытывали некоторые неудобства.

После завтрака мы выдвигались в сторону моря. До него было, кстати, не очень и близко, хотя и «с горки». А вот обратный подъём доставил бы нам массу проблем, будь мы старше лет на тридцать.