Чтение онлайн

– Проблемы?

Он отрицательно помотал головой. То, что началось двадцать семь лет назад и худо-бедно продолжалось до сегодняшнего дня, проблемами можно было назвать лишь условно. Беда в том, что он и дня не жил своей жизнью и даже не представлял себе, что это такое. И сегодня этот чужой двадцатисемилетний марафон достал его окончательно.

– От тебя можно позвонить? – внезапно осипшим голосом поинтересовался он.

– Хочешь заказать ещё одну девушку? – попробовала пошутить она.

– Хочу услышать голоса старых друзей, – сказал он.

Женщина принесла телефонную трубку и села рядом. Кутасов набрал номер.

Резкий мужской голос произнёс:

– Слушаю?

– Узнаёшь? – спросил Кутасов.

– Думаешь, это трудно?

– Прошло полтора года, мало ли.

– Что, надоело бегать?

– Надо потолковать.

Какое-то время в трубке не было слышно даже дыхания. Потом всё тот же голос хрипло произнёс:

– Диктуй координаты.

Кутасов спросил у женщины адрес и продиктовал.

– Жди. Минут через пятнадцать такая возможность у тебя появится.

В трубке зазвучали гудки отбоя.

– Сколько я тебе должен? – спросил Кутасов.

Женщина бросила на него обеспокоенный взгляд:

– Что-то не так?

Он успокаивающе погладил её по плечу:

– Даже лучше, чем я думал, – успокоил он. – Наконец-то у друзей нашлось для меня время.

Женщина натянуто улыбнулась:

– Надеюсь, мне не придётся танцевать с ними «Ламбаду»?

– Не придётся, – Кутасов вытянул из кармана пухлый бумажник и протянул женщине. – Без сдачи.

– И много их там? – поинтересовалась она.

– Десять тысяч.

– Рублей?

– Долларов.

Глаза женщины округлились.

– Сумасшедший миллионер?

– Если тебя это напрягает, то можешь считать остатками гонорара.

– Певец капиталистического строя?

– Скорее, анархии.

Женщина с таким чувством выдохнула из лёгких воздух, что её полные губы захлопали, словно простыни на ветру:

– И что я за эту сумму должна сделать?

– Станцевать для друзей «Хабанеру»

– Шутишь?

– Закрыться в гостиной и ждать, пока мы не закончим разговор.

– А если я против?

Кутасов сдержанно прочистил горло:

– На твоём месте я бы не стал на этом настаивать.

– Хочешь, чтобы я растеряла клиентов?

Мужчина невесело улыбнулся:

– В России ты можешь их растерять только в одном случае: если завтра решишься на операцию по смене пола, – он вышел из комнаты и плотно прикрыл за собой дверь.

В ванной было не повернуться. От комнат размером два на два метра его тошнило с детства. Он мельком глянул на своё отражение и присоединил к пистолету глушитель. Во рту пересохло. Он жадно припал к крану. На секунду он вспомнил о женщине. Нет, сейчас она была явно не тем, о чём следовало помнить.

В дверь позвонили.

Держа пистолет стволом вниз, Кутасов прошёл в прихожую. В гостиной вовсю гремела музыка. Встав у порога, он отомкнул замок и распахнул дверь. Стоявшему на лестничной площадке парню было лет восемнадцать-двадцать. Кутасов выстрелил ему в лоб и, шагнув за порог, успел пальнуть ещё раз. Ему дружно ответили. Кутасов упал. С верхнего этажа быстро сбежал мужчина и, направив на танцора пистолет, дважды нажал на курок. Несколько секунд – и в подъезде снова повисла тишина.

Услышав шум, женщина сунула бумажник Кутасова под диван, допила оставшийся в рюмке ром и, пригладив волосы, вышла в прихожую. Из дверного проёма несло пороховой гарью. По тому, как на лестничной площадке лежали тела двух мужчин, она сразу поняла, что ей снова «повезло». Она закрыла ладонями рот и на секунду застыла. «Так они не договаривались». Она хотела выматериться, но не смогла. Этажом выше хлопнула дверь. Она метнулась к телефону и, лихорадочно тыча на кнопки, стала набирать номер дежурной части.

С реки, напоминая об общечеловеческих ценностях, ненавязчиво дул лёгкий ветерок. Я дал закрыться за собой дверям РУВД и с удовлетворением отметил, что за те несколько часов, которые я потратил на опрос участников драки, душный знойный полдень успел плавно перейти в тёплый летний вечер. Когда тебе двадцать восемь, ты здоров и тебе кажется, что весь мир существует лишь для того, чтобы ты не чувствовал себя одиноким, дефицит в общении с женщинами ощущается особенно остро.

Я достал мобильный и сообщил о своей проблеме Ирине.

– Позавчера ты уже обещал рождественскую сказку, – вяло откликнулась она.

Рождественской сказкой были два билета на спектакль столичных гастролёров, на который из-за напряжённой криминальной обстановки в районе мы так и не попали.

– Они об этом ещё пожалеют, – опрометчиво пообещал я, имея в виду своих подопечных.

– Отработать такое количество обязательств не удавалось даже Хоттабычу, – строгим голосом напомнила Ирина. – Ты заигрался, мент!

– Такое один раз случалось даже с Юлием Цезарем, – не стал отрицать я.

– В отличие от тебя, он не тратил личную жизнь на борьбу с криминалитетом!

– Памятуя о том, как он закончил, в этом не смог бы усомниться только наш суд, – сказал я.

– В таком случае я с ним полностью согласна.

По-видимому, сегодняшний вечер мне снова предстояло потратить на очередную реабилитацию.

– Через пятнадцать минут мы с Юлием попробуем доказать тебе обратное, – сладким голосом пообещал я. – Ожидайте, мой конь уже грызёт удила.

Я заехал в универсам и купил две бутылки красного, килограмм маринованной свинины, флакон гранатового соуса, несколько пучков зелени, пару помидоров, плитку шоколада и баллон брусничного морса. В-общем, обычный реквизит массовика-затейника – если, конечно, бутылку красного вовремя заменить бутылкой водки.

Я попытался вспомнить, когда последний раз мы с Ириной выбирались за город. Получилось, что давненько: на Пасху. Да, убедить общественность, что личная жизнь моей дамы переполнена увлекательными событиями, не смог бы даже такой виртуоз пропаганды, как Геббельс. В старости я, вероятно, об этом вспомню и даже попробую что-нибудь по этому поводу прошамкать. Вот только интересно, что?