Чтение онлайн

– Раньше ты не был настолько одержим…. Ты лишь помогал Деону. Да, вы оба ненавидели ferus, но в глазах твоих не было столько злобы, столько ожесточения и кровожадного огня.

Лисандр помедлил, но все же отошел к окну, к легчайшим белым занавескам.

– Ну? – поторопила Брина.

– Что «ну»? – откликнулся Лисандр.

– Что мы хотим получить от этой вражды теперь, Лисандр? – устало пояснила Брина, безошибочно определив потаенные желания брата. И объяснения из серии «многовековая война не забудется, и ни одна из сторон не пожелает мира», представлялись ей неубедительными. У Лисандра, несомненно, имелись свои мотивы поддерживать данный конфликт.

Брина знала брата лучше всех. Даже не так: она единственная его знала, – вот как.

Лисандр, до того внимательно разглядывавший свои уличные владения, обернулся и посмотрел на Брину странно-отстраненным взглядом.

– Сейчас мы хотим получить все то же, милая – смерть всех ferus. Только способы, коими мы добьемся желаемого, изменились. Если раньше мы охотились за мелочью и упускали из виду главное, то теперь мы поступим иначе. Теперь мы сосредоточимся на главным – на лидере ferus, на Александре.

– И, думаешь, ferus тебе позволят? Александр тебе позволит?

– У Александра кризис власти, – Лисандр помедлил… – и я планирую его усугубить. – Он загадочно улыбнулся.

Повисла пауза, в течение которой Брина разглядывала профиль брата: прямой красивый нос, чуть прищуренный, целеустремленный взгляд…

– На какой стадии находишься ты, Лисандр? – спросила Брина.

Лисандр оглянулся, ожидая пояснений.

– Маниакального состояния? На какой стадии маниакального состояния находишься ты?

Лисандр улыбнулся. Медленно так, по-доброму, даже с нежностью.

– Предэйфория. Готовлюсь бегать по ромашковому полю.

Брина поднялась. Она хотела закончить этот явно ненормальный разговор, от него ей становилось не по себе.

– Я устала и хочу отдохнуть. Надеюсь, завтра ты все же расскажешь, зачем просил меня вернуться, и я смогу отсюда уехать.

– Я уже сказал тебе.

– Правду. Я хочу услышать правду. – Брина поспешила покинуть гостиную.

– Ты так и не поприветствовала своего брата, – донеслось ей вслед. Брина остановилась. – Мы ведь не виделись…сколько мы не виделись?

– Не помню, – солгала Брина.

– А я помню. Сто два года один месяц и пять дней. – Брина чуть обернулась – Лисандр, не отрываясь, смотреть в окно. – Неужели за все эти годы ты ни разу обо мне не всплакнула? Не погоревала о моей участи? Не пожалела меня? Я полагал, что был твоим любимым братом, а ты моей любимой сестрой.

«Да, которую ты предал», – подумала Брина, однако вслух того не сказала. Как не высказала чувств, испытанных ею после его исчезновения – все, что он перечислил, было в их числе.

Брина простояла спиной к Лисандру некоторое время, но, так и не придумав, что бы ответить, покинула гостиную. Ее мучили противоречивые чувства, она уже не знала, чего в ней больше: любви к Лисандру или ненависти.

Уже поднимаясь по изящной лестнице, в обнимку с поднятой с полу сумкой, Брина ощутила некоторое неудобство, ее пронзил внезапный дискомфорт.

Она не сразу догадалась, что это вибрирует у нее в кармане.

Телефон. Это был телефон. Но не свой – его она забыла в машине.

Брина полезла в узкий кармашек и достала мобильный: мобильный, который одолжила у мужлана в баре.

Телефон продолжал звонить. На дисплее высвечивалось «Дей».

Значит, «Дей»…барному хаму звонил некий Дей. Занятно…

Брина отвечать не планировала: неприятностей ей не нужно, уже имеющихся хватало с лихвой.

Брина отключила звуковибрацию и вернула телефон обратно. Она ознакомится со смартфоном позже. Ради интереса и занятия времени. А пока…пускай звонит.

Некоторое время Лисандр оставался неподвижен, продолжая любоваться красотой и ухоженностью придомовых окрестностей, а затем достал телефон и позвонил Азарию, своей правой руке.

– Ты связался с ним?

– Нет, Лисандр, он не выходит на связь, – послышался прокуренный голос помощника. – До сих пор не выходит.

– Гаденыш. – Лисандр стиснул зубы. – Он играет с нами – играет со мной.

– Этого и следовало ожидать. Было ясно с самого начала, что играть по нашим правилам он не будет.

– Да, следовало. Но не прекращайте попыток. Я хочу, чтобы этот ублюдок в ближайшее время стоял передо мной.

Лисандр отключился. Он получил не очень-то хорошую новость, однако нельзя сказать, что неожиданную. Он предполагал, что подлая тварюга может выкинуть что-то подобное – так оно и вышло.

А вот встреча с Лиси, любимой «лисичкой», прошла не настолько плохо, как могла бы пройти, но и не так хорошо, как хотелось бы. Она собиралась уехать. Снова. Скверно. Но не смертельно. Вскоре ей предстоит узнать не особо приятную правду – никуда она не уедет. Она приехала к нему, приехала домой – здесь и останется. С ним. В Радлесе. Навсегда.

Ролан прошел через массивные двустворчатые двери, защищенные древними, резными символами, преодолел стальную автоматизированную дверь, с разрешенным всем ferus на время свободным доступом, и оказался внутри светлого, песочных оттенков пространства. И тут же остановился, так как стал свидетелем неприятной картины, которую наблюдал который день подряд.

– Ты не будешь там появляться! – не сдерживая ярости, говорил Александр, следуя за «подругой сердца», Нелли.

– Буду, – отвечала шатенка, поднимаясь по железной лестнице.

– Нелли, – с угрозой прорычал Александр и стал подниматься следом за ней.

Картина называлась «Александр запрещает – Нелли протестует». Вот уже третий день Ролан приходил в этот славный лофт, и вот уже третий день он наблюдал одно и то же разве что в разных инсценировках. Например, вчера данный спор происходил на улице, прямо перед входом в некогда фабричное здание.

А спорила пара все о том же – о посещении Нелли бара «Красная метка».

Три недели назад в жизни Нелли произошла трагедия. От рук догмар, их злейших врагов, погиб ее друг, учитель, наставник, человек, заменивший ей, беглянке из Салехарда, отца – погиб Зойл. Не каждый согласился бы приютить у себя неизвестную потерянную девицу без документов и внятных объяснений о том, кто она и откуда появилась. Однако Зойл не просто согласился и дал ей работу, мужчина стал для Нелли именно той опорой и поддержкой, которых ей жизненно не хватало. Он защищал ее, наставлял, давал советы, учил драться и обороняться, да и попросту жить, выживать в мире, так внезапно ставшем для нее чужим, населенным неведомыми сверхъестественными существами. Но Зойла убили, убили одни из тех самых сверхъестественных существ, нанеся ей глубокую душевную травму. Однако наследие Зойла осталось – бар Зойла остался и законным образом перешел в руки Нелли. Вот такая вот щедрость человеческой души. Зойл позаботился о Нелли, завещал ей «частицу своего сердца», как не раз повторяла Нелли, но тем самым, пускай ненамеренно, насолил Александру. Александру, полагавшему, что Нелли лучше жилось бы в лесу.