Чтение онлайн

— Стоять, — рычит один из амбалов.

Сергей выходит из-за горы наваленных машин. Он выглядит спокойным, как будто пришел не на встречу с психом, а на обычную работу.

Он смотрит на меня, и мне становится легче. Он здесь. Ради меня.

К нему сразу же направляются два амбала, один хватает за плечо, второй – за руку. Их движения резкие и грубые.

Сергей не сопротивляется, позволяет им так себя вести. Его разворачивают, с силой прижимают к машине. Металл глухо звенит. Руки жестко заламывают за спину.

Я вздрагиваю.

— Осторожнее! — вырывается у меня.

— Тихо, — шипит на меня Кардинал.

Я кусаю губу и наблюдаю, как Сергея грубо обыскивают, без церемоний проверяют все. Даже не скрывая, что наслаждаются процессом. И он терпит. Ради меня.

Я вижу, как напрягаются его плечи, как сжимаются мышцы. Но он не дергается, не дает повода.

И от этого мне хочется кричать.

— Чистый, — бросает один.

Кардинал делает шаг вперед.

— Ну, вот мы и встретились, — спокойно произносит он.

Сергей поднимает голову, без страха смотрит на него.

— Как-то нерадушно ты меня встречаешь, — с насмешкой произносит Юшков. — Не мог выбрать место получше?

У меня внутри все обрывается. Кардинал замирает. Его лицо на секунду кривится.

— Заткнись, — рычит он.

Сергей едва заметно усмехается.

— А то что?

Один из амбалов тут же дергает его за руки сильнее, Сергей морщится.

— Хватит! — вырывается у меня.

Кардинал переводит взгляд на меня.

— Ты забываешься, Мэри.

Я тяжело дышу, стараюсь взять себя в руки.

Кардинал снова смотрит на Сергея, изучает его.

— Я ожидал другого, — говорит он. — Больше страха. Больше понимания ситуации.

Сергей смотрит на него в ответ.

— А я ожидал кого-то поумнее.

Юшков специально его провоцирует. И это часть его плана.

Кардинал делает еще шаг ближе, теперь они стоят почти лицом к лицу.

— Ты не в том положении, чтобы играть, Юшков, — тихо говорит он.

Сергей чуть наклоняет голову.

— А ты не в том положении, чтобы расслабляться.

Он отступает на шаг и кивает своим людям.

— Держите его крепче.

ГЛАВА 37.

Сергей

Я стою и не двигаюсь. Руки заломаны за спину, меня держат крепко, но без фанатизма, они уверены, что контролируют ситуацию.

Пусть, так даже лучше.

Я перевожу взгляд на Машу, она стоит в стороне. Глаза огромные, она испугана, но держится.

Умница моя. Она отработала идеально.

Я едва заметно качаю головой: «не смотри так, все идет по плану».

Она ловит этот жест, и понимает меня без слов.

Хорошо.

Я перевожу взгляд на Кардинала. Точнее, на Альберта. Так его зовут в реальности.

Он стоит напротив, изучает меня с интересом. Он явно ждал этого момента слишком долго.

— Не таким я тебя представлял, — спокойно произносит он.

Я усмехаюсь.

— А ты вообще не представлялся.

В следующую секунду мне в лицо прилетает резкий и точный удар, прямо в челюсть. Голова уходит в сторону, в ушах звенит, во рту сразу появляется вкус крови.

Я закрываю глаза на долю секунды и сжимаю челюсть.

Рефлекс один: развернуться и вбить его в землю, пересчитать зубы. Делать это медленно и с чувством.

Но я стою, глотая кровь.

Все потoм.

Я медленно возвращаю голову в исходное положение. Спокойно смотрю на Альберта, как будто ничего не произошло.

Он наклоняется ближе и произносит тихо, но с нажимом:

— Это тебе за моего брата.

— За Леонида? — спрашиваю так же тихо.

Он на секунду замирает.

— Не ожидал, что ты догадаешься, — говорит уже иначе.

Я чуть наклоняю голову.

— Работа такая.

Я чувствую, как усиливается хватка за моими руками. Его люди тоже понимают: что-то пошло не так.

— Ты зря это затеял, Альберт, — говорю спокойно. — Твой брат сам выбрал свою дорогу.

— Закрой рот! — рявкает он.

Я усмехаюсь.

— Нет.

Маша делает резкий вдох, я не смотрю на нее. Нельзя.

— Он нарушал закон, — продолжаю ровным тоном. — Работал не с теми людьми. Знал, на что идет.

— Он не должен был умереть! — кричит Альберт так, что слюни летят.

— Твой брат умер не из-за меня, — делаю акцент. — Он умер из-за своих решений.

И в этот момент он снова бьет меня по лицу, только теперь жестче.

Моя голова снова уходит в сторону, губа рвется. Кровь уже не просто вкус, она тстекает тонкой струйкой по подбородку.

— Легче стало? — хрипло спрашиваю я и сплевываю кровь на землю.

Он тяжело дышит. Ноздри раздувает, как разъяренный бык.

— Ты его сломал, — тихо говорит Альберт. — Ты посадил его, а потом отвернулся.

Я качаю головой.

— Я сделал свою работу. А вот ты сейчас делаешь не ту работу, которую должен.

Он щурится.

— Что ты имеешь в виду?

Я чуть улыбаюсь, не смотря на кровь, не смотря на боль.

— Ты пришел за мной, — говорю медленно. — Но полез к тем, кто не имеет к этому отношения. Ты полез к Маше, ты полез к ее младшему брату. Значит, ты уже не мстишь, Альберт. Ты просто сломался.

Я знаю что делаю: провоцирую зверя. Но мне нужна его реакция, нужен всплеск, жестокость.

Он делает шаг ко мне.

— Осторожнее, — тихо говорит он. — Ты сейчас живешь только потому, что я этого хочу.

Я наклоняюсь вперед, насколько позволяют руки, и смотрю ему в глаза.

— Нет. Я жив, потому что ты уже проиграл.

Он тянет руку себе за спину, я внутреннее усмехаюсь. Как же банально. Он достает пистолет, глушитель черным пятном вытягивает ствол.

Альберт направляет дуло на меня, прямо между глаз.

Я не двигаюсь, продолжаю смотреть на него. Хотя внутри все уже собрано в ту самую точку, из которой либо выходишь, либо…