Запретная для авторитета. Ты будешь моей

– Нашел кого-нибудь?
– спросил Герман серьезно.

Олег покачал головой.

– Камеры мельком засекли какого-то парня. Может, это он и сдал тебя Агате. Возможно, вы захотите прийти и посмотреть на запись.

Я схватила Германа за руку.

– Я тоже хочу посмотреть.

– Даже не сомневался, - проворчал он.

Оставив свой галстук, он взял меня за руку и вывел из кабинета. Олег следовал за нами, пока мы спускались по железной лестнице.

Я мельком взглянула на Лику, стоявшую у бара. Очевидно, она уловила напряжение Германа, потому что выражение ее лица прояснилось, и она направилась к нему. Я напряглась.

Она успела перехватить нас и положила руку Герману на плечо. Эта сучка так и хочет получить по роже.

– Что случилось?
– спросила она Германа.
– Скажи, чем я могу помочь.

– Не твоя забота, Лик, - отрезал он, при этом не пытаясь быть грубым.
– Иди и наслаждайся вечером.

Она растерялась.

– Ты знаешь, где я, если понадоблюсь. Или я могу составить компанию Агате, - предложила она.

Хрен тебе. И мне не понравилось, что она предложила это ему, а не мне, как будто я тут не имею никакого значения.

– Агата пойдет со мной, - сказал ей Герман.

Ее лицо разгладилось, превратившись в пустую маску.

– Понятно, - очевидно, ей не понравилось, что Герман ее отшил.

Добро пожаловать в мой мир, рыжая.

Наверное, следовало бы посочувствовать ей. Но мне стало легче от осознания того, что она не была каким-то особенным близким человеком для Германа. Или, по крайней мере, он не считал ее таковой. Возможно, она считала по-другому.

Я слабо улыбнулась ей, когда мы прошли вслед за Олегом в комнату возле лифта, которая оказалась офисом службы безопасности. На стене висели десятки и десятки мониторов, каждый из которых показывал разные части «Убежища». Я заметила, что ни на одном из них не было видно подвала. Если на каком-то из них и была подача сигнала из «В3», то я не могла определить, на каком именно. Черт, что же там у них происходит?

Олег слегка постучал по одному из экранов, перематывая запись.

– Вот. Смотрите, - запись начала воспроизводиться, и я увидела человека в черной одежде, который крутился вокруг частного гаража. Казалось, он ищет вход.

Я наклонилась к монитору, чтобы получше рассмотреть его, и сердце заколотилось у меня в груди сильнее.

– Это не Роман Теряев.

На несколько секунд в воздухе повисло напряженное молчание.

– Ты уверена?
– спросил Герман.

Я повернулась к нему лицом.

– Сто процентов. Это Никита Литвинов. Тот самый журналист, который хочет написать книгу об Андрее. Он выслеживал меня, все вынюхивал какую-то информацию и просил меня об интервью.

– Я его не знаю. Может, это он звонил тебе?
– Герман внимательно изучал фигуру на экране.

– Возможно. У него есть мой номер, - я зажала нижнюю губу между большим и указательным пальцем.
– Но голос вообще был не похож на него, правда, мне показалось, что звонивший пытался изменить свой голос.

– Значит, он не хочет, чтобы ты узнала его.

Олег шагнул вперед.

– Босс, может, объяснишь, что происходит? И кто такой Теряев?

Герман вкратце объяснил Олегу ситуацию, умолчав лишь о том, что я пишу книги, а затем снова обратился ко мне.

– Что именно тебе сказали по телефону?

После того, как я быстро пересказала разговор, Олег прищурился и сказал Герману:

– Думаешь, это был водитель серебристого седана, который преследовал нас на прошлой неделе?

Герман потер челюсть ладонью.

– Возможно. Ты не замечала поблизости серебристый седан, Агата?

Я покачала головой.

– Но в последнее время он, кажется, не следил за мной. Он видимо переключился на тебя.

Взгляд Германа на несколько мгновений затуманился, он о чем-то напряженно размышлял.

– Как часто Литвинов связывался с тобой, просил об интервью?

– Он оставил несколько голосовых. Лично я видела его только дважды - один раз возле автосервиса, а другой - возле библиотеки, где работает моя мама. Я думала, он ждал там, надеясь подкараулить ее, когда она пойдет на обед.

– Но может он приехал туда за тобой.

Я кивнула.

– Андрей сказал, что Литвинова интригует психология его ситуации. Он хочет составить профиль меня, моей матери и Андрея. На самом деле он не видит в нас людей. Просто объекты для наблюдения и изучения.

– Так может быть он видит в этом какой-то эксперимент? Может, он пугает тебя, чтобы посмотреть, как ты себя поведешь; посмотреть, как Андрей отреагирует на то, что ты стал мишенью.

Я на мгновение задумалась.

– Это возможно, наверное. Но как будто бы слишком надуманно. Я ставлю на Рому. Литвинов мог следить за мной здесь и, возможно, даже в библиотеке, но это не значит, что он виноват во всем остальном.

– Человек, который тебе звонил, видел происходящее и точно был поблизости. Ты действительно думаешь, это совпадение, что Литвинов был там?

Нет, не думаю. Но это был Рома. Должен быть он. Или я все это время думала не на того человека.

Олег заговорил с Германом:

– Этот человек - Теряев, Литвинов, кто бы он ни был, - хочет, чтобы ты исчез, потому что хочет добраться до Агаты.

– Тут нечто большее, - сказала я ему.
– Если это Рома, то для него это личное. Он меня ненавидит. И хочет причинить боль мне и только мне. А если это Литвинов с каким-то экспериментом - в чем я совсем не уверена, - он не захочет, чтобы на меня влияли другие «факторы». И в этом случае, ему мешает именно Герман. И, возможно, именно тебя он хочет убрать, потому что ты мешаешь делать то, что он делает.

Как только я произнесла это вслух, я поняла, что ни один из этих сценариев меня и близко не устраивает.

– Проснись, детка.

Мои веки дрогнули, когда чей-то палец нежно прошелся по моему уху. И я поняла, что лежу на заднем сиденье машины Олега, а моя голова покоится на коленях Германа. Я приподнялась и по-кошачьи потянулась. Выглянув в окно, я нахмурилась: машина остановилась у высокого стеклянного здания.

– Где это мы?