Чтение онлайн

Группа направилась к видневшемуся в четырехстах метрах забору. На ровной травянистой лужайке белели мишени. От них до крытой тентом деревянной площадки шла полоса препятствий: врытые в землю столбики, дощатые стенки, подвешенные на Г-образных перекладинах канаты, затопленный водой ров. Слева на сваях лежали щиты, на которых солдаты раскладывали оружие. Здесь были автоматы, гранаты, пистолеты, гранатомет и даже нунчаки и ножи.

Со стороны блестевшей вдалеке реки к площадке мчалась машина с фургоном.

Сергей задержал взгляд на странном сооружении справа от полосы, к которому от вышки тянулся по поверхности толстый желтый кабель. На металлических треногах были установлены аппараты, напоминавшие гигантские телекамеры. Возле сооружения суетились люди в штатском — переключали тумблеры, меняли положения рычагов фидерных устройств, сверяя с приборами и негромко переговариваясь.

Из подъехавшего фургона вывели с десяток молодых парней, одетых в пятнистые комбинезоны и обутых в высокие шнурованные ботинки. Хмурые, высокорослые, обритые наголо, все они, очевидно, были наделены недюжинной физической силой. Каждому было выдано оружие. По команде майора-десантника восемь человек рассредоточились по полигону, двое остались стоять друг напротив друга неподалеку от площадки. К ним подошел лейтенант, объяснил что-то и отскочил в сторону. В ту же секунду двое сцепились в рукопашном бою.

Сергей подумал, что, вероятно, присутствует на показательных выступлениях какой-то зондеркоманды, но то, что происходило перед ним, не только не производило впечатления, но даже в известной степени обескураживало. Двое дрались не очень умело, приемы их были примитивны, бой походил на обычную драку, в которой ставка делается не столько на мастерство, сколько на грубую физическую силу. Вконец запыхавшись, они упали на землю, зарычали, барахтаясь и перекатываясь, затем один все же одержал верх, применив к сопернику болевой прием, и подскочивший лейтенант развел их в стороны.

Майор-десантник командовал остальными. Первая же автоматная очередь прошла мимо мишени. Граната упала, не пролетев и тридцати метров, заставив всех разбежаться врассыпную и залечь. После взрыва бойцы рванули по полосе препятствий. Майор побежал к очередному квадрату и бросил в него горящую спичку. Щедро политый какой-то горючей жидкостью квадрат тут же вспыхнул, и черный чад заклубился, устремившись по ветру на восток. Боец, балансировавший на сваях, оступился, больно ударился грудью и скорчился у дощатой стенки. Двое раскачивались на канатах, с незавидной ловкостью добираясь до перекладины. Из семи пуль, на бегу выпущенных из пистолета одним из бойцов, цели достигло только две. Парень, которому надлежало проскочить сквозь пламя, сделал шаг в огненную глубину, отскочил, отмахиваясь от языков пламени, как от роя пчел, обогнул горящий квадрат и устремился ко рву. Бросившись в воду, он проплыл вдоль его русла, выкарабкался, добежал до вертикальной стены и, уцепившись за верхнюю раму, тяжело перевалился на ту сторону.

Сергей покосился на штатских и офицеров под тентом и с удивлением отметил удовлетворение на их лицах. Бойцы, по-видимому, были новичками и на определенном этапе тренировки отсутствие мастерства не смущало их командиров.

От того, что его вывели наконец наверх, от соседства с начальством и общего бодрого настроения, не предвещавшего неприятностей, на сердце вдруг полегчало и даже мелькнула надежда, что все это опять-таки проверка, что он ничего не называл, и не было никакого допроса и никакого «Кода», а протокол заполнен теми, кто был в курсе дела. Он, Сергей Крильчук, находится сейчас на территории какой-то секретной базы по подготовке спецподразделений в составе Минобороны или ФСК. Его отобрали для выполнения особого задания, а перед этим ему придется пройти испытание на выносливость, силу духа и преданность Родине…

Всякий раз после разговора с коллегами Филонова на душе у Петра оставался неприятный осадок. Каждый, с кем он беседовал, глядел на следователя с неприязненно-высокомерной усмешкой — знаем, дескать, вашу «ситуэйшн», лицемеры… Крутитесь, крутитесь, а мы вам за это платим… Казалось, расследование только нарушает их планы, выбивает из-под ног и без того зыбкую опору, лишая козырей оппозиционеров и заставляя сторонников напрягать извилины в поисках новых аргументов в пользу избранного курса: захлестнувшая страну преступность была выгодна и тем, и другим, а юстиция в лице следователя Швеца становилась камнем преткновения на пересечении их шляхов.

Сразу после разговора с Двинским-младшим Петр встретился с председателем депутатской Комиссии по экологии Мироном Балюцким. «Если святой отец поведал Филонову об исчезновении своей малой родины и заражении приднепровской территории, то сделал это явно в приватной беседе, — рассудил Петр. — Тайну полигона никто не обнародовал, расписка Двинского оставалась в силе, и едва ли священник обращался к нему официально. Тем более что компенсацию от государства получил с лихвой. Да и в отношении полузашифрованной записи в депутатском блокноте Каменев, пожалуй, прав: похоже, Филонов знал, чем пахнет подобный интерес к аварии, а может, отец Василий просил не упоминать его, опасаясь за судьбу детей. Кто-то очень не хочет огласки той аварии, раз пошел нва крайние меры…»

Мирон Балюцкий, неприятный тип с бородкой клинышком и дон-кихотскими усами, всем своим видом и манерой общения воплощал высокомерие.

— Это что. допрос? — поспешил он поставить следователя на место («Куда ты в калашный-то ряд со свиным рылом, ищейка?» — прочитал его мысли Петр).

Секретарь комиссии Бибирев угодливо хихикнул, давая понять следователю, что это всего-навсего шутка,

— Это вопрос, — с неподдельным спокойствием ответил Петр.

— За то время, что ездите сюда задавать свои вопросы, могли бы уже найти убийц Филонова, — Балюцкий повернулся к Швецу спиной и стал перелистывать бумаги.

— А почему вы разговариваете со мной таким тоном? — сдержанно спросил Петр. — По-моему, я не нахожусь в вашем подчинении и выполняю свою работу с санкции исполняющего обязанности Генерального прокурора, в рамках законов Российской Федерации.

Глазки Бибирева забегали.

— Я вам уже отвечал, — присмирел Балюцкий, — что никакого запроса от депутата Филонова относительно аварии 1974 года в Днепровском регионе и исчезновении хутора Елахов в Комиссию не поступало. Что еще?

— Вы еще мне не отвечали. Эти сведения фигурируют в деле об убийстве Филонова с сегодняшнего дня.

— А вы задавайте свои вопросы в письменном виде, — посоветовал Бибирев. — Мы вам пришлем официальный ответ в установленном порядке.

Петр встал. Демонстративно подвел стрелку на часах.

— Что ж, — сказал он, — в таком случае потрудитесь представить копии запросов депутата Филонова за период работы Комиссии, к семнадцати ноль-ноль, в Следственное управление Генеральной прокуратуры, — и, не прощаясь, покинул помещение.

Через сорок минут на пересечении улицы Чехова и Бульварного кольца поравнялись два легковых автомобиля. Бибирев, сидевший за рулем красной «девятки», опустил стекло.

— Передай Большому: они вышли на Елахов, — сказал он пассажиру синего «форда».

Человек с перебитым носом молча кивнул. Включился разрешающий сигнал светофора.

— Аморфа, я — Зубр, — заговорил в микрофон водитель «форда», направляясь в сторону Малой Бронной…

«Девятка» стремительно ушла по Кольцу в противоположном направлении.

Бойцов поставили на колени в метре от гофрированного серебристого экрана. Они оказались спиной к аппаратам на треногах. Один из сотрудников вышел вперед, продемонстрировал позу, которую им надлежало принять: руки положить на затылок, затем свести локти и наклониться, уперевшись ими в бедра, а потом сесть, коснувшись ягодицами пяток. Выполняя команду, десять пятнистых комков максимально сжались, скрючились между батареей аппаратов непонятного назначения и экраном. Выдвинулись телескопические стержни треног, аппараты, управляемые с дистанционного пульта, наклонились, и тонкие, будто копья, лазерные лучи протянулись из отверстий под «объективами» к головам бойцов. Несколько офицеров укрылись за тыльной стороной экрана. Все это время солдаты готовили полигон: восстанавливали опрокинутые выстрелами мишени, заливали горючим новый квадрат, протягивали от него к площадке тонкие проводки, раскладывали на настиле оружие, разбирая его и перемешивая детали. Когда приготовления были закончены и все покинули полосу препятствий, лейтенант приказал взводу обслуживания погрузиться в фургон, который тут же покинул расположение полигона. Полковник посмотрел на часы и взмахнул рукой. Вспыхнули ярким светом линзы аппаратов, и по лазерным направляющим пробежал разряд. Сергей вздрогнул — подумал вдруг, что это изощренная форма казни, и бойцов хотят истребить ударом электрического тока на расстоянии. Но ни один из них на разряд не отреагировал, все оставались в той же согбенной позе еще несколько секунд, пока экраны продолжали светиться. Сотрудники заняли места на площадке под тентом.