Чтение онлайн

Сперва ему показалось, что девчонка расплачется из-за нахлынувших чувств, однако Эйлит и тут удивила его. На мгновение ее глаза расширились не то от ужаса, не то от удивления, губы сжались в тонкую ниточку.

– Как давно вы об этом узнали? – процедила она сквозь зубы, словно едва сдерживала крик.

– Знал с самого начала. Шакал мне рассказал, он был там.

– Почему он ничего мне не сказал? Почему соврал, когда я спрашивала?

– Потому что таков был приказ. Поймите, Эйлит, такого еще не случалось, чтобы дочь амата становилась магом. Вы уверены, что Эйдин – ваша родная сестра?

Вопрос задел ее так сильно, что она бросила собранные ракушки и побежала прочь. Атис не стал ее догонять.

Сразу после беседы с Эйлит он написал письмо для Леди-Канцлера, в котором рассказал о «некоторых трудностях» и о том, что «некоему доверенному лицу есть что рассказать». Лорианна знала о совместной работе наместника и графа фон Байля, так что сразу поймет, к кому обратиться. Если же письмо перехватят, вряд ли верно истолкуют его содержание. Он отправил послание сперва ястребиной почтой на сторожевой пост «Косый», а затем летуном Лорианне лично в руки, так что оставалось надеяться, что оно быстро найдет получателя.

После они ночевали в одной из таверн, пропахших пивом и соленой рыбой. Хотя после спального мешка и набитый опилками матрас казался королевской периной, Атис снова не мог заснуть. Он много думал о грядущем.

Впрочем, также жалко было расставаться с Акабой, все же там был его дом. Всю свою жизнь он старался не вспоминать о том, что случилось с ним в тот ужасный год, а теперь история и вправду повторялась – Атиса Аль-Амана снова посадят за решетку. Для него все началось с клетки, на ней все и закончится.

Что Атис чувствовал? Наверное, сожаление. Он знал, что должен быть там, в Храме, с ними, но в то же время не мог себе этого позволить. На крохотном аркелле людям негде укрыться от обезумевшего мага.

Хотя он и не питал иллюзий насчет своего исцеления, какая-то часть его все равно продолжала надеяться. Он не верил, просто не верил, что все завершится именно так.

За два часа до рассвета по коридорам стали ходить люди графа, собирающие необходимые вещи. Эйлит уже давно сидела на отсыревшем деревянном балконе, загаженном чайками, и пила дымящийся чай из лимонника, для бодрости. Судя по ее утомленному лицу, она тоже мучилась от бессонницы этой ночью.

Когда сборы были окончены, граф и трое его людей отправились на пристань. Над портом стояла прохладная утренняя дымка. Первые аркелли уже отходили на раннюю рыбалку. Море, такое же серое, такое же безжизненное, вдалеке сливалось с небесной хмурью. Ветер доносил крики голодных чаек и шум волн, мерно разбивающихся о берег. Казалось, там, за рогатыми скалами, лишь неживая картинка, а не воспеваемый в песнях моряков морской простор.

Аркелль тихо покачивался на волнах, словно мертвец, угрюмые арки сидели рядом на бочках и играли в кости. Теодор отдал им первый взнос, после чего хозяин удалился для пересчета.

– Вы помните о своем обещании? – поинтересовался граф невзначай.

– Разумеется. – Атис протянул ему запечатанное письмо. – Там все инструкции. Вскроете, когда вернетесь с Искрой.

– Это уж как получится, – на этих словах граф взошел на борт и подал руку Эйлит.

Уже оказавшись на скользкой деревянной сходне, девчонка обернулась на Атиса и бросилась к нему, будто что-то забыв.

– Минейр. – Она протянула тонкую, словно кукольную руку. – Удачи.

– И вам. Нам обоим она пригодится. – Наместник улыбнулся и пожал ее кисть. – Я должен вам еще кое-что рассказать, пока не поздно. Та вещь, которую вам предстоит найти… Это ключ к исцелению аматов. Надеюсь, вы понимаете всю важность своей миссии.

Эйлит на мгновение задумалась, затем кивнула и одарила Атиса скромной улыбкой. Несмотря на все горести, что ей пришлось пережить, она не держала на него зла.

Атис немного постоял на берегу, наблюдая за тем, как уходит аркелль, а затем вернулся в таверну. Там он попрощался с Айрой, недовольным местным сеном, подготовил шамшир и написал короткую записку, в которой все пояснял. Затем скрепил конверт печатью наместника и сунул во внутренний карман куртки. Если все пройдет гладко, его найдут вечером, а может, и на следующий день. Это уже не имеет значения.

Пришло время умирать.

Он выбрал самое крепкое дерево, с толстыми извилистыми сучьями и красно-оранжевым стволом, таким большим, что сам наместник едва бы смог обхватить его руками. Атис нашел его на окраине Бисной гавани, на одном из холмов, открывающих вид на море. Дильхеймская сосна, самое живучее дерево северной провинции, способное выдержать и бурю, и ураган, и вес повешенного.

Он все подготовил и с присущей ему аккуратностью разложил перед собой. Жесткий кожаный ремень с пряжкой, шамшир, письмо, надежно спрятанное в кармане куртки. Меч он воткнул в землю и повесил на него кушак. Затем снял сапоги и плащ – не хотелось их портить.

Покрытая желтой хвоей земля слегка покалывала ступни. В самых темных лесных местах уже застыл ночной снег: в Дильхейме скоро начнется зима. Над Бисной гаванью висела рваная грязно-серая туча, как предвестник бури. Накрапывал дождь, и его мелкие ледяные капли впивались в морду, будто иглы.

Что ж, пора. Иначе растеряет все мужество.

Атис снял с ремня пряжку и закинул его на толстую ветку. Затем завязал узел и проверил, влезает ли морда. Идеально. Все готово.

Глядя на свисающую с дерева петлю, похожую на черную змею, он впервые за очень долгое время ощутил липкий ужас, ползущий по позвоночнику, словно паук. Правильно ли это? Несомненно. Но едва ли легко.

За годы жизни Атис не раз видел тот предел отчаяния, который ломает человека или мага, как сухую тростинку. Сводит с ума или превращает в пустую оболочку, лишь тень его самого. Атис и сам стоял сейчас у границы черной, непроглядной тьмы и готов был вот-вот шагнуть в нее, но все же что-то удерживало его здесь. Страх? Гордость? Быть может, остатки здравомыслия?

Как бы то ни было, это лучшее решение. Для всех.

Стоял он довольно долго, так что ноги уже окоченели, даже кончик хвоста замерз в стылом воздухе. Дождь усилился, стуча по макушке и стекая с носа крупными каплями. Набрав в грудь побольше воздуха, Атис залез на приготовленную колоду и надел петлю. Скрип, острый запах кожи, давящая хватка на шее. И один-единственный шаг, который разделял Атиса Аль-Амана по кличке Варан, сына акабского палача, наместника гнева Альхорова, от небытия.

Он занес ногу и поднял глаза на серый горизонт. Где-то там плыл аркелль «Средний палец», на мгновение даже показалось, что он видит удаляющуюся черную точку. Это вселяло немного надежды. Затем он закрыл глаза.

…Запах. Пряный запах лоснящейся шкуры. Кровь, сладкая свежая кровь. Лань, в глубине леса, в ста или ста пятидесяти шагах. Если пойти сейчас, охота будет удачной. Он подкрадется, ударит ее лапой, сломает хребет и…

Нет, нет, нет, нет! Только не сейчас! Когти зудели. Зубы ныли.