Чтение онлайн

Из-за позднего выезда они остановились на ночь в гостинице севернее Уинчестера. Плата, как всегда в подобных местах, была невысокая, комнаты большие, чистые и удобные. Ларк и Агнес сразу после ужина отправились в свои комнаты. Выпив эля, Кинг тоже поднялся к себе. То, о чем нужно поговорить с Фритом, нельзя было обсуждать в общем зале.

Сбросив галстук и синий сюртук, Кинг, заложив руки за спину, шагал по восточному ковру, шока Фрит собирал разбросанные вещи. Даже пара кружек эля не помогла притупить остроту вопроса, Кинг едва сдерживался.

— Осторожнее, милорд! У нас утюга нет, — проворчал камердинер, когда светлый парчовый жилет, подброшенный мыском черного начищенного сапога, присоединился к груде валявшейся на полу одежды. — Нужно распаковать один из ваших чемоданов, — брюзжал Фрит, счищая с ткани приставшие шерстинки ковра. — Придется мне потрудиться над вашим сюртуком. Иначе вы будете похожи на чучело.

— Брось! — отрывисто сказал Кинг. — Приставшие нитки меня меньше всего волнуют, Я с этим покончил, Фрит, окончательно покончил, а они тянут меня назад, как окуня на крючке! Не удивлюсь, если они все знали и сделали это умышленно.

— О чем вы говорите, милорд?

— Им нужен «Корморант», черт побери. Мне дали лицензию на каперство.

— Вы ведь не хотите сказать…

— Именно это я и говорю! — рыкнул Кинг. — «Корморанту» дано разрешение захватывать вражеские суда в проливе и конфисковывать их грузы в казну. Торговля снова возродилась, и я оказываюсь перед необходимостью перейти дорогу всем нашим друзьям и соседям на побережье.

— Торговля всегда была жива, милорд. Вы владеете двумя третями судов на побережье, вам следовало ожидать такого поручения. Я говорил вам это, когда вы выкрутились в прошлый раз. Не надо вам было уходить из флота.

— Да, ну теперь ничего не поделаешь, дружище. Сейчас война сухопутная, и меня с почетом списали. Адмиралтейство не закрыло глаза… прости за каламбур, на мою… недееспособность.

— Вздор! Половина Корнуолла носит на глазу повязку. Ни один уважающий себя пират без нее не обошелся. Вы расплачиваетесь зато, что позволили им отправить вас в отставку. Поскольку вы не в армии, то не можете быть в курсе событий.

— Теперь это не важно. «Корморант» и «Хайнд» в море, а верховые офицеры береговой охраны должны положить конец торговле контрабандой на Корнуоллском побережье. Это смехотворно! Контрабандисты процветают там с семнадцатого столетия! Не понимаю, с чего в Адмиралтействе взяли, что я могу решить проблему?

— Они ведь не думают, что вы укомплектуете экипаж?

Кинг с негодованием посмотрел на камердинера.

— Именно этого они и ждут.

— О Господи, — вздохнул Фрит. — Ваш отец не хотел, чтобы вы пошли по его стопам, милорд, он был весьма непреклонен…

— Отцовское «наследство» оставляет мне небольшой выбор! — отрезал Кинг. — Я был здесь пятнадцать лет назад, когда лейтенант Гейбриел Брей проводил рейд на суше и на море. Он поймал четырех местных парней — все их знают, — я видел, как их уволокли за вооруженный разбой. Когда в следующем году «Хайнд» захватил «Лоттери», проклятого таможенника убили в драке. Я видел, как Тома Поттера казнили за это, я был там. Никто из команды не выдал, что «Лоттери» принадлежала отцу. Том унес тайну в могилу, иначе отец последовал бы за ним, это ясно как день. Все это происходило на твоих глазах, еще до того, как отец купил мне патент на военно-морскую службу.

Мне тогда едва исполнился двадцать один год. Я был совсем зеленый и горел желанием поучаствовать в войне. Давно это было, но я помню все, как будто это случилось вчера. А теперь я разрываюсь между долгом и честью. Все мужчины на побережье отрицали участие отца в контрабанде, некоторые жизнью пожертвовали. Как я могу предать их доверие? И как я могу отказаться от поручения Адмиралтейства, не навлекая позор на имя Кингстона и весь род?

— Да, трудная задача, милорд, но уверяю, что…

— Что занятый женитьбой, — перебил Кинг, — я сумел бы держаться подальше от этого. Но ведь отец этого не сделал, после того как я уехал? Он активно занимался торговлей, пока не умер, так?

— Да, милорд, — согласился камердинер, — но он не хотел такой жизни для вас. Он купил вам патент, чтобы уберечь вас от этого. Вы уже склонялись к этому пути, как говорится, «намочили ноги», если помните.

— Мать в курсе?

Кинг постарался игнорировать намек на свою причастность к пиратству во время бурной юности. Он этим не гордился, хотя должен был признать, что имел к этому влечение, и Адмиралтейство буквально только что выдало ему лицензию на каперство, позволив потворствовать своей склонности на пользу Короне. Это была соблазнительная перспектива.

— Насколько я знаю, графиня никогда этим не интересовалась, милорд, но нельзя сказать, что она находится в неведении относительно того, что происходит вокруг, — ответил камердинер, прерывая его мысли — Вы посвятите ее в новый поворот событий?

— Боже милостивый, я так далеко не загадываю, старина.

Фрит шумно прочистил горло.

— Подумайте об этом в дороге, милорд, — сказал он. — Нехорошо, если ее сиятельство узнает это из вторых рук Вы ведь знаете, как распространяются новости. Вы могли бы послать записку.

— Жаль, что я не уехал из Лондона прежде, чем они повязали меня, — пожаловался Кинг.

— Разве вы не могли отказаться, милорд? В конце концов, вас демобилизовали.

— Отказаться?! Фрит, никто не отказывается от предложения Адмиралтейства, не рискуя быть осужденным за измену.

— Вы преувеличиваете, милорд.

— Короне не отказывают, особенно теперь, учитывая шаткое положение правительства, с тех пор как безумие короля привело к регентству. В наши дни ждут всеобщей лояльности. Если бы я попробовал отказаться, то навлек бы на себя подозрение, а я не могу себе этого позволить.

— Я вам не завидую, милорд, — пробормотал камердинер. — Что вы станете делать? К тому же вы собрались жениться! С этим нельзя повременить?

— Нет. Брак — это ширма, которой я воспользуюсь, чтобы выйти сухим из воды. Моя женитьба вынудит мать перебраться в дом, составляющий вдовью долю наследства. Он достаточно далеко, чтобы держать ее в неведении относительно происходящего в Грейшир-Мэноре. Леди Энн не так умна, как мать. Тут никакой опасности нет. С другой стороны, мать…

— Значит, вы решили не говорить ее сиятельству, — вставил камердинер, отвечая на собственный вопрос.

— Я решил, Фрит, поиграть в игру, которую мне предложили. Все остальное — предположения.

Подходил к концу последний отрезок пути, а Ларк понимала своего странного благодетеля не больше, чем в тот день, когда он поднял ее из грязи во дворе Маршалси. Граф сидел напротив нее на роскошном бархатном сиденье и развлекал беседой, которая ничего не давала для понимания этого человека. Он часто спрашивал, удобно ли ей, и отвечал на банальные вопросы относительно корнуоллской погоды, которая интересовала Ларк, никогда не бывавшую на побережье. Грейшир рассказывал ей о шутках матушки-природы, когда все расцветало в иные сроки, чем в глубине страны, о непрекращающихся ветрах. Больше, всего очаровывали Ларк леденящие кровь рассказы о неистовых ураганах, терзающих побережье. Она вздрогнула от перспективы стать свидетельницей разгула стихии, который, как мрачно заметил граф, был неизбежен.