Чтение онлайн

В Трули Мэдди постоянно сталкивалась с трудностями вроде этой. Люди либо не желали говорить о том, что произошло, либо уже были мертвы. Хорошо, что у нее хотя бы имелись заметки и рапорт офицера Типтона.

– Да, он попал в аварию на вездеходе в 1981 году. А убийства имели какое-то отношение к его уходу из участка?

Шериф Поттер отложил в сторону фотографии.

– Самое непосредственное. Грей и Лок крепко дружили, и картина убитого друга поразила его до такой степени, что он даже потерял сон. – Поттер поднял снимок, на котором Роуз лежала рядом со своим мертвым мужем. – Тогда мы впервые увидели нечто подобное. Я занимался массой автомобильных аварий, чертовски кровавых катастроф, но они не касались меня лично.

Поскольку описывать суд Мэдди не придется, девушка постаралась собрать как можно больше личной информации. А учитывая, что Хеннесси не желали идти на контакт, она вынуждена была полагаться на другие источники.

– Грею пришлось очень тяжело, и он решил уйти. Это лишний раз доказывает, что нельзя знать наперед, как ты поведешь себя в той или иной ситуации, пока непосредственно не окажешься по колено в крови.

Следующий час они обсуждали место преступления. Снимки и отчеты помогали понять «кто», «что», «где» и «когда», но вопрос «почему» все еще оставался без ответа. Мэдди сменила кассету в диктофоне, а затем спросила:

– Вы знали и Лока и Роуз. Как вы считаете, что случилось в ту ночь?
– В каждом подобном случае имеется катализатор. Стресс, который толкает преступника за грань.
– Судя по тому, что я слышала, связь с Элис Джонс не была единственной интрижкой Лока.

– Верно. Тот брак много лет напоминал американские горки. – Шериф покачал головой и снял очки. – Перед переездом в фермерский дом за городом, они жили у озера на Пайн-Нат. Каждые пару месяцев я получал звонок от соседей и вынужден был ехать к ним.

– И что вы находили по прибытии?

– По большей части крики и вопли. Несколько раз одежда Лока была разорвана, а на его лице красовалась красная отметина. – Билл засмеялся. – Однажды я приехал на место и увидел разбитое окно, а в саду лежала сковородка.

– А вы когда-либо забирали кого-то из них в участок?

– Нет. Потому как в следующий раз, когда мы видели эту парочку, они были влюблены и счастливы как щенки.

А когда влюбленность уходила, они втягивали посторонних людей в свой испорченный брак.

– Но когда они переехали в фермерский дом, звонки в участок прекратились?

– Да. Но, знаешь ли, вокруг не было соседей.

– А где сейчас тот фермерский дом?

– Сгорел… - Билл задумчиво замолчал, и его лоб прорезали глубокие морщины. – Должно быть, около двадцати лет назад. Однажды ночью, кто-то пробрался туда, облил дом бензином и сжег до основания.

– Кто-нибудь пострадал?

– В то время там никто не жил. – Шериф нахмурился и покачал головой. – Того, кто сделал это, так и не нашли. Хотя у меня всегда были кое-какие подозрения.

– И кто же это по-вашему?

– Лишь у пары человек было настолько сильное желание уничтожить этот дом, что они готовы были проделать такую работенку. Детки, которые просто балуются спичками, не поджигают жилища подобным образом.

– Мик?

– И его сестра, хотя я никогда не мог этого доказать. Да и не особо хотел, если уж говорить откровенно. В подростковом возрасте Мик всегда был проблемой. Постоянная заноза в заднице, но я сочувствовал ему. У него была по-настоящему тяжелая жизнь.

– Множество детей теряют родителей, но не становятся поджигателями.

Шериф наклонился вперед.

– Да, но не все вынуждены мириться с жизнью, которую Роуз Хеннесси оставила своим детям.

Это было правдой, но Мэдди сама знала немного о такой жизни. Она перевернула страницу в своем блокноте и проговорила:

– Элис Джонс жила в Трейлерном парке. Вы не знаете женщину по имени Трина, которая могла жить там по соседству в 1978?

– Хммм, имя мне не знакомо. – Он раздумывал одну минуту, а затем наклонился вперед. – Возможно тебе стоит поговорить с Хэрриет Лэндерс. Она жила там много лет. После

продажи земли застройщику, ее пришлось практически связывать и выносить на руках.

– А где она сейчас?

– Ливана, - позвал Билл жену. Когда женщина появилась из задней части дома, он спросил: - Где сейчас Хэрриет Лэндерс?

– Кажется на «Вилле Самаритян». – Ливана посмотрела на Мэдди и добавила: - Это дом престарелых чуть в сторону от Уайттейл и Пятой улицы. Сейчас у нее проблемы со слухом.

– Что? – закричала Хэрриет Лэндерс из инвалидного кресла. – Говори громче, ради бога.

Мэдди сидела на старом железном стуле в маленьком саду «Виллы Самаритян».

По внешности пожилой женщины сложно было определить ее возраст. Мэдди предположила бы, что она уже одной ногой в могиле и почти превратилась в ископаемое.

– Меня зовут Мэдди Дюпре! Скажите, могла бы я…

– Ты та писательница, - перебила Хэрриет. – Я слышала, что ты здесь для того, чтобы написать книгу о Хеннесси.

Вау, новости быстро долетают даже до частной лечебницы.

– Все верно. Мне сказали, что вы когда-то жили на Трейлерном парке.

– Я прожила там около пятидесяти лет. – Хэрриет потеряла почти все свои седые волосы и большую часть зубов, сейчас на ней был надет розовый халат с белым кружевом и застежками. Однако не создавалось впечатления, что с ее головой что-то не в порядке.

– И представления не имею, о чем бы я могла поговорить с тобой.

– Например, о жизни там?

– Хмм. – Хэрриет подняла свою узловатую, сучковатую руку и отмахнула пчелу от лица. – У меня мало тех историй, которые захотели бы услышать посторонние люди. Народ считает, что те, кто живет в трейлерах – мусор, но я всегда любила свой дом на колесах. Мне нравилось, что при желании я могу собраться и переехать. – Она пожала тонким плечом. – Хотя, я никогда так этого и не сделала.

– Люди могут быть очень жестокими и поверхностными, - проговорила Мэдди. – Когда я была маленькой, мы тоже жили в трейлере, и мне он казался просто прекрасным. – И это было правдой, но по большей части, потому что трейлер был намного лучше тех мест, где Мэдди с матерью жили прежде.– И мы точно не были мусором.

Впалые голубые глаза Хэрриет взглянули на нее оценивающе.

– Ты жила в трейлере?

– Да, мэм. – Мэдди подняла магнитофон. – Вы не возражаете, если я запишу наш разговор?