Чтение онлайн

Я подношу вилку ко рту, пробуя яйца Бенедикт, и стону от удовольствия от того, насколько они хороши на вкус. Лео ухмыляется мне, и я просто улыбаюсь, оглядывая отдельную столовую, которую он заказал в одном из самых дорогих ресторанов города. Если бы он только знал, что я собираюсь на него свалить, он бы не прошел через все эти неприятности.

— Ты заставляешь меня хотеть съесть тебя на завтрак.

— Держу пари. — Я улыбаюсь, хотя это и фальшиво. — Но не сегодня, у меня месячные.

Это не так, но я не хочу, чтобы он приближался к моей киске. Честно говоря, я не знаю, когда это произошло, но я не хочу никого, кроме Ника. Это крайне неудобно, учитывая, что я больше не буду трахаться с ним, но ничего не могу поделать с тем, что помню, как он съедал меня на той сцене. Это было похоже на представление другого типа, но, тем не менее, это было представление.

— Ты в порядке? — Спрашивает Лео, откусывая еще кусочек от своей еды. В уголках его светло-карих глаз появляются морщинки от легкой улыбки, а прямой нос раздувается от нетерпения. На самом деле он действительно красив, фактически, один из самых красивых мужчин, которых я когда-либо встречала. С его светло-каштановыми волосами, медово-карими глазами и мускулистым телосложением он мог заполучить любую женщину, какую только захочет. Только не меня.

— Да, — говорю я ему, придвигая к себе еду и промокая губы салфеткой. — Э-э, нам нужно поговорить.

Он переводит взгляд с тарелки с едой на мое лицо, затем решает тоже перестать есть. На его лице появляется легкая гримаса раздражения, и это на мгновение пугает меня, но затем я делаю глубокий вдох, когда он жестом предлагает продолжать.

— Я больше не могу тебе помогать, — говорю я ему самым храбрым голосом, на который способна. — Обманывать его становится все труднее с каждой минутой. Это слишком напряженно, Лео.

— Так ты, черт возьми, расслабься, — отвечает он с усмешкой. — Потанцуй или прими что-нибудь, что тебе поможет. Кокаин, например.

— Прошу прощения?

— Мы знаем, ты и я. — Он жестом указывает между нами. — Что у тебя проблема.

Он такой мудак.

Это задевает меня прямо за живое, но я не позволю ему нести чушь прямо сейчас.

— Дело не в моих наркотиках, Лео. Речь идет о том факте, что мне кажется неправильным лгать ему, независимо от того, убил он моего брата или нет. Он на грани того, чтобы понять это; он просто хочет от меня все большего и большего.

— Это хорошо, Камилла. Это значит, что мы почти поймали его. — Кажется, он сейчас на взводе, как будто может свернуть мне шею за то, что я дышу не в его сторону. — Ты будешь продолжать встречаться с Николаем Павловым.

— Это не очень хорошо для меня. Знаю, тебе на меня насрать, но он убьет меня, когда узнает, что я натворила.

— Нет, если я убью его первым, tesoro mio. — Я начинаю ненавидеть это дурацкое прозвище. — И поверь мне, я так и сделаю. Что касается тебя, милая, мне не все равно. Ты моя жена.

— Будущая. — Я фыркаю. — Просто не сейчас.

— Это мы еще посмотрим.

Да, посмотрим. Я откажусь. Я не собираюсь просто сдаваться ему, той судьбе, которая меня ожидает. Меня, брыкающуюся и кричащую, придется тащить к нему.

— Как я уже сказала, Лео. Я больше не помогаю тебе, так что ты должен это понять и просто смириться с этим так, как тебе нужно.

— Пойми это, Камилла. — Его ноздри раздуваются от едва сдерживаемой ярости. — Я найду способ убить его. Я просто надеюсь, что это не означает, что ты снова привязываешься.

Я смотрю на него широко раскрытыми глазами, не в силах скрыть своего удивления от его заявления. Вот что это значит? Что я привязываюсь? Должно быть, по крайней мере, немного. Я подползла к его заднице, а затем отсосала ему, едва он отдал команду. Черт возьми, я шлюха, именно так он мне и сказал.

— Я ни к кому не буду привязываться, — вызывающе отвечаю я. — Даже к тебе.

— Меня это не волнует, жена.

Я опускаю взгляд на свою восхитительную тарелку с едой и решаю съесть ее, хотя после этого напряженного разговора у меня может просто случиться несварение желудка. Еда немного холодная, даже когда я заставляю себя запихнуть ее в горло и продолжаю есть. Я медленно пережевываю, вспоминая зимний концерт и ту часть, в которой я пробуюсь весной, и мне хочется перестать есть.

— Ты боишься, что растолстеешь, Кэм? — Я поднимаю глаза и вижу ухмыляющегося Лео. Он злится. — Хотя, ты и так это знаешь.

— Да, может быть, — отвечаю я. — Увидимся позже.

Вставая со стула, я беру свою сумочку и ухожу, ни разу не удосужившись оглянуться. Иногда я действительно ненавижу его. Лео намеренно жесток, всегда ненавидит меня, когда не добивается своего. Должно быть, он ненавидит в ответ, если чувствует необходимость постоянно унижать меня, но прямо сейчас мне все равно. Прямо сейчас меня волнует только танец и то, чтобы раствориться в нем.

Я пользовалась Uber, как приехала сюда с Леонардо, и теперь еду на нем прямо в школу на бизнес-урок. Мне нужно идти в студию, чтобы попрактиковаться в роли, на которую я пробуюсь на этой неделе. Удобно, что я получаю степень в области танцев и бизнеса, потому что могу приходить в студию, когда захочу попрактиковаться, что должно быть сразу после моих занятий. Моя цель — когда-нибудь учить маленьких балерин, и, надеюсь, у меня получится сделать это, поскольку я не могу стать профессиональной танцовщицей из-за Лео.

Оказавшись в школе, я стараюсь сесть в самом среднем ряду, подальше от посторонних глаз, чтобы быть внимательной и не беспокоиться о том, что учитель смотрит прямо на меня. Я открываю свой блокнот, чтобы сделать заметки о лидерстве и коммуникации в организации, но на самом деле я даже не слушаю. Не тогда, когда Николай смотрит на меня с другого конца комнаты.

Не могу поверить, Лео говорит, что у меня проблемы с наркотиками. Я не употребляю кокаин регулярно, только на вечеринках. Если так, то по выходным. Это помогает мне набраться энергии на короткое время. Кайф едва держится. Какая, черт возьми, проблема, если это случается время от времени?

Ты сделала это на вечеринке по случаю помолвки.

Ник не осуждал.

Ник.

Отлично, теперь я снова думаю о нем. Я не знаю, почему так поступаю с собой, особенно зная, что больше не увижу его и не заговорю с ним. Неприятно это говорить, но мне почти больно это делать. Я не буду прощаться или давать объяснения, поскольку знаю, что он их не услышит. Вместо этого мне придется избегать его любой ценой и притворяться, что его не существует. Хотя я чертовски хорошо знаю, что это продлится недолго.