Чтение онлайн

— Так я и думала. Блас жил в Талагрее последние три месяца перед своей смертью. Что, конечно, имеет смысл. Командир инженерного подразделения должен проводить чертовски много времени в городе, который поддерживает в рабочем состоянии морские стены до наступления сезона дождей. — Она ткнула пальцем в раскрытую книгу Геннадиос. — Но визиты Бласа в поместье Хаза были очень беспорядочными. Последний раз он приезжал сюда с тринадцатого по пятнадцатое число месяца эгин. Я предполагаю, что он просто ускользал, чтобы порезвиться с очаровательными девушками. Это означает, что вы определенно не могли знать, когда он появится, если только не находились очень близко к нему. Так что убийцей должен быть кто-то, кто наблюдал за коммандером в гораздо более крупном городе, расположенном примерно в шестидесяти милях к югу отсюда, вдоль дорог, по которым нам, вероятно, запрещено передвигаться, даже если нас пригласят для расследования! Чего может и не быть! Этот ублюдок умен, вот что я тебе скажу. Он позаботился о том, чтобы сделать это до того, как начнется сезон дождей, чтобы он мог свободно передвигаться по дорогам.

— И что мы будем делать, мэм?

Она на мгновение нахмурилась.

— Ну... Думаю, мне лучше написать несколько проклятых писем. — Она схватила пергамент и перо.

— Кому?

— В офис Юдекса в кантоне Тала, — ответила она. — Я сообщу им о том, что мы здесь обнаружили, и попрошу разрешения прийти и опросить всех свидетелей. Хотя я, вероятно, не буду упоминать, что Блас развлекался с проститутками. Это было бы крайне бестактно. Я даже заплачу целое состояние, чтобы их послать письмо-ястребом. Тогда им придется обратить на это внимание!

— Вы хотите отправить меня в Талагрей, мэм? — Я вздрогнул.

— Черт возьми, нет. Ради чего-то подобного я бы поехала с тобой. В любом случае, я не уверена, что мы получим какой-либо ответ в течение нескольких месяцев. Сезон дождей просто слишком хаотичен. Никому не будет дела до одного убийства, даже если это был чертов инженер, умерший от инфекции. Только не в то время, когда левиафаны шныряют по морским стенам. — Она заметила мое разочарование. — Что с тобой, ребенок?

— Я думал, мэм, что, поскольку мы раскрыли убийство, по крайней мере, что-то должно произойти.

— А чего ты ожидал? Увеличения жалованья или повышения по службе? Или того, что сам император пришлет тебе любезную записку вместе с труппой шансонеток, которые будут плясать, пока ты будешь наслаждаться изысканными блюдами?

— Труппу... кого, мэм?

— Шансонеток, — сказала она. — Придворных танцовщиц. Дам, чье воздействие феромонами настолько усилено, что одно их присутствие сводит мужчин с ума от возбуждения. Клянусь Святилищем, этот кантон действительно такой нецивилизованный? В любом случае, Дин, мы не раскрыли убийство. Скорее, мы все еще расследуем убийство. И мы вообще не раскроем его, пока вы не отправите это проклятое письмо!

Она отдала мне письмо, и я отправил его по почте. После чего, я думал, несколько дней не будет ничего происходить.

| | |

Я ЛЕЖАЛ НА своей койке и дремал, слушая, как полдюжины других сублимов храпят на своих простынях. Я никого из них не знал: я был слишком стар, чтобы быть учеником, и, следовательно, слишком стар для общежития сублимов, поэтому мало общался с ними; но я привык спать в окружении незнакомцев. Я почти находил этот звук успокаивающим.

Я слушал, как дождь барабанит по нашей фретвайновой крыше, а затем услышал отдаленные раскаты грома.

Гром продолжался, все громче и громче. Он трещал, а затем странно щелкнул. Потом еще и еще.

Я сел на своей койке, осознав, что слышу вовсе не гром.

Я вскочил и крикнул:

— Вылезайте из постели! Сейчас же!

— Какого черта? — пробормотал один из парней. — Что с тобой такое?

— Это огонь бомбард, черт возьми! — закричал я и побежал к двери. — Наружу, сейчас же, сейчас же!

Я выбрался под проливной дождь и обнаружил, что я не один: сырая ночь наполнялась людьми, выбегавшими из своих квартир, и все мы направлялись к земляным укреплениям на восточной стороне города. Мы взбегали по склонам холмов, хватаясь за траву, чтобы подтянуться повыше на скользких склонах, пока, наконец, не добрались до восточной стороны и не посмотрели на юг.

Я прищурился. В сверкающей дождливой темноте было трудно что-либо разглядеть, но мне показалось, что я различил на южном горизонте какие-то отблески, вспышки желто-белого света. Огонь бомбард, яркий и сверкающий.

— Не может быть, — произнес голос рядом со мной. — Мы слишком далеко, чтобы услышать или увидеть бомбарды...

— Если только это не тяжелые орудия, — сказал кто-то еще. — Тогда, кто знает?

— Или они могли стрелять внутрь с морских стен, — тихо сказал другой мальчик. — Но это означает...

Дождь хлестал по нам все сильнее и сильнее, заливая наши головы и увеличивая лужи у наших ног.

— Если это пролом, — сказал я, — мы бы увидели маяк. — Я почувствовал, как у меня затрепетали глаза, и вызвал карту региона, которую однажды видел. Я указал на темную полосу. — Это должно быть там.

Больше вспышек света, еще больше треска бомбард. Мы стояли на земляном валу, прислушиваясь к тому, как просыпается вся Даретана, к отдаленным приказам и визгу, ржанию лошадей, хлопанью множества дверей.

И вот он появился, мерцая в темноте: одинокий, узкий язычок трепещущего желтого пламени.

— Маяк зажжен, — хрипло сказал я. — Титан прорвался сквозь стены...

Затем кто-то закричал:

— Это пролом! Пролом, пролом, это пролом!

И тут весь мир погрузился в хаос. Зазвонили набатные колокола — рвущее череп кланг-кланг. Люди пытались зажечь факелы или зажечь свои мей-фонари. Запечатлители среди нас оказались полезными: мы помнили правила, куда идти и что делать, и вскоре все остальные сублимы, войска и все, кто был в наличии, собрались в полях к северу от Даретаны, ожидая под проливным дождем.

Ожидание, казалось, длилось бесконечно. Я услышал шепот под дождем, возможно, всхлипывания. Я взглянул на высокую, безупречную осанку одного сублима и увидел, что его глаза плотно закрыты, а губу он прикусил так сильно, что пошла кровь.

Затем, наконец, прибыл коммандер Легиона — в свете фонаря было видно, как блестит его шлем с гребнем, — и старшие офицеры отдали приказы: всем инженерам и офицерам Легиона было приказано немедленно собраться и двинуться на юг, в Талагрей. Все остальные солдаты должны были помочь им собрать вещи, насколько это возможно, а затем остаться и подготовить Даретану к немедленной эвакуации, если потребуется.

За этим последовал безумный, грязный хаос. В город с грохотом въехал багажный поезд, и мы все заполонили дороги, помогая загружать мешки и сундуки на высокие тележки, хватая снаряжение у инженеров или легионеров, когда они спешили уложить свои личные вещи. Было странно видеть нас всех такими преображенными, такими торопливыми и мрачными, спешащими подготовить этих людей — знакомых, друзей, возлюбленных, врагов, незнакомцев — к выходу во тьму и встрече лицом к лицу с неизвестностью. Я искал своих друзей, которых завел во время обучения на сублима, но из-за дождя, полумрака и потока выкрикиваемых слов было невозможно кого-либо опознать.