Чтение онлайн

Она устало вздохнула:

— Да, Дин?

— Что случилось с кантоном Ойпат? Тем, который был уничтожен яблонетравой?

— О... Апоты и инженеры пытались придумать способ спасти его, насколько я помню. Но они слишком долго колебались. К тому времени, когда они выработали план действий, было уже слишком поздно. Апоты применили ожог — не обычный, а ожог пальмовым маслом. Тот, который они используют, чтобы избавиться от трупов левиафанов. Весь кантон сейчас непригоден для проживания, он оцеплен инженерами, и жители кантона стали беженцами. Они живут среди нас то тут, то там, в небольших поселках и кланах. И, я полагаю, у них, должно быть, есть какие-то сложные вопросы на уме.

— Что вы имеете в виду, мэм?

— Я имею в виду... Империя тратит бесконечное количество крови и сокровищ, защищая целый континент от морских чудовищ размером с небольшие горы. Но не может спасти кантон от одного проклятого растения? — Она склонила голову набок, когда позади нее раздался слабый перезвон: ее сейсмоприемник снова зазвонил. — Но пока нас защищала только Империя. Всегда наступает новый сезон дождей, Дин.

Она со стуком закрыла дверь.

| | |

Я ВЕРНУЛСЯ В поместье Хаза в последний раз, чтобы забрать материалы у Геннадиос. Она поманила меня в свою комнату, чтобы передать их — тайком, с чувством вины, — и я взял это у нее и внимательно рассмотрел.

Это был маленький тонкий томик в красном кожаном переплете. Я открыл его и, прищурившись, вгляделся в буквы. Как и в любом другом тексте, который я видел, буквы, как правило, колебались, тряслись и танцевали, но я был уверен, что все это было написано сокращенно, например, CV.-4.1127 и тому подобное.

— Это код? — спросил я у Геннадиос.

— Это даты! — рявкнула она на меня. — Если ты настолько глуп, что не можешь это прочитать, то твой расследователь должна уметь! Она попросила у меня книгу, и теперь книга у нее.

Она захлопнула дверь, и я решил побродить по имению. Там целая толпа апотов осушала котел и обыскивала сточные канавы, все они носили кожаные защитные шлемы и костюмы — оберегающее снаряжение, разработанное их иялетом для предотвращения заражения.

Один апот увидел меня издалека и помахал рукой. Он неуклюже подошел и снял защитный шлем, открыв раскрасневшееся, потное лицо принцепса Отириоса.

— Нашли, сэр! — сказал он. Он мотнул головой в сторону водостоков. — Тонкий стебелек травы. Его смыло в канализацию, как и предполагала ваша расследователь.

— Насколько большим он был? — спросил я.

Он развел руки в стороны примерно на восемь малых спанов.

— Совсем небольшой. Странно думать, что такая мелочь может так ужасно убить человека. Но это, должно быть, другая порода, возможно, измененная или привитая. Обычно яблонетрава распространяется повсюду, и, если она все-таки попадает в людей, то растет только небольшими скоплениями.

— Что вы предполагаете?

— Пока не могу делать выводов, сэр. Но если бы я рискнул высказать предположение, я бы сказал, что это растение было изменено таким образом, чтобы выделять плодородные споры только при контакте с горячей водой, а затем эти споры могли расти только при попадании в живую ткань, человеческую или иную. Более того, растение, которое произрастает из этой ткани, не способно к образованию спор. В противном случае весь дом был бы мертв, а папоротниковая бумага почернела бы до последнего кусочка. Все это выглядит очень целенаправленно.

— Вы хотите сказать, что кто-то превратил инфекцию в оружие?

— Это кажется весьма вероятным. Созданное для того, чтобы убивать одним быстрым ударом. В Империи такое случается не в первый раз. Я смогу рассказать вам больше, как только мы на это посмотрим. — Он снова надел шлем на голову. — А пока, сэр... возможно, вы захотите посоветовать всем, кого вы знаете, тщательно осматривать их ванну, прежде чем запрыгивать в нее. Если, конечно, они вам нравятся.

Я вышел через боковой вход. Проходя мимо хижины садовника, я задержался, чтобы взглянуть на ее стены, оклеенные папоротниковой бумагой. Все они были почерневшими и облепленными плесенью, на стенах виднелись густые темные пятна. Они, казалось, увеличивались у меня на глазах. Я тщательно запечатлел это зрелище в своей памяти — одну из многих неприятных вещей, которые теперь хранились в моей голове, — и ушел.

| | |

Я ДУМАЛ, ЧТО дело коммандера Бласа изменит мою жизнь в Даретане, но вскоре выяснилось, что я ошибался. Следующие тринадцать дней прошли в отупляющем оцепенении.

Начался сезон дождей, принесший с собой невыносимую влажность. От этого не было спасения, если только вы не были достаточно богаты, чтобы купить гриб кирпис и найти какое-нибудь изолированное место, где он останется сухим. Единственным интересным моментом было то, что я наконец получил ответ от секретаря коммандера Бласа.

— Ее зовут Рона Аристан, — сказал я, стоя в комнате для встреч у Аны. Я притворился, что читаю письмо вслух, но на самом деле я потратил двадцать минут, вглядываясь в него и запоминая каждое слово, когда впервые получил его от Стефиноса на почтовой станции. — Она говорит, что была шокирована известием об убийстве коммандера. Она знала, что он нашел личное время, чтобы посетить Даретану, но утверждает, что ничего не знала о характере этого визита, мэм.

Насмешливое фырканье.

— Действительно, — сказала Ана. — Продолжай.

— Она пишет, что очень хотела бы прийти и засвидетельствовать перед вами его передвижения, но с приближением сезона дождей...

— Всем членам Инженерного иялета приказано оставаться на местах, — глухо сказала Ана. — Это и есть мера ограничения?

— Правильно, мэм.

— Типично, — сказала она. — Дороги в кантоне Тала настолько забиты телегами и фургонами, когда приближаются левиафаны, что, я уверена, у них нет ни одной лишней пары рук.

— Она прислала расшифрованную копию расписания коммандера, — сказал я, вытаскивая его. — Это касается его перемещений за последние четыре месяца.

Ана выхватила его у меня из рук и, прищурившись, прочла. Затем она прикусила губу и выплюнула:

— Дерьмо!

— Я думал, это поможет, ма...

— Это поможет чертовски все усложнить! — Она подняла маленькую книжку в красной обложке, которую мы получили от Геннадиос. — Потому что, если эта книга точна, то я почти уверена, что ассасин находится в Талагрее или около него.

— Почему?

Она опустила книгу Геннадиос, затем взяла в руки письмо секретарши, как будто в нем содержалось какое-то ужасное обвинение.