Чтение онлайн

Песок на пляже разительно отличался от того, что в пустыне. Здесь он был белым, как мрамор в местных дворцах. Море - светло-голубое, чистое, непривычное взгляду северянина. Волны медленно накатывали на песок, обдавая пеной и солеными брызгами стайки игравших у воды детишек. Родители сидели под широкими зонтами и степенно попивали вино или же ели большие полосатые ягоды в твердой кожуре. Бросалось в глаза, что одиночек на пляже почти не было.

Раскатав коврик, я лег на спину и закрыл глаза. Солнце припекало, но приятный ветерок, дувший с моря, уносил зной в сторону городка.

Кажется, я задремал.

– Кокосовое масло?

Возле меня стояла девушка - судя по оливковой коже и темным глазам, родом из Халифата. В ее угольно-черные волосы был вплетен белоснежный цветок с алой сердцевиной. Короткое белое платье с цветной вышивкой на груди. На шее - ожерелье из ракушек и мелких драгоценных камней.

– Ты сгорел, - девушка забавно сглатывала окончания слов, говорила торопливо, и понимать ее удавалось с трудом.
– Возьми. Лучше тебе на солнце не сидеть. Прячься под зонтом или купайся вечером. Как только садиться солнце - на пляж сбегается молодежь. Приходят музыканты, мы пьем вино и пляшем! Приходи, если хочешь, будет весело.

Улыбнувшись, она неспешно пошла дальше по берегу, весело разбрасывая песок ногами. Я взял глиняную банку, а взгляд не отрывался от оливковой кожи и белого платья...

– Северянин!
– Теперь возле меня выстроилась целая куча каких-то парней и девушек. Все они были смуглыми, глаза горели весельем - в воздухе висел легкий запах вина и фруктового табака.

Впереди всех стоял паренек лет двадцати. Может, немного старше. На шее толстенная цепочка с медальоном, а на указательном пальце медное кольцо. Смутно знакомое.

– Да вы поглядите!
– пропищала какая-то рыжая деваха, с толстым слоем румян и пудры на щеках.
– Он ведь белый, как сметана! Ой, теперь весь красными пятнами пошел!

Ее шутка показалась спутникам удачной и все просто покатились со смехом. Вот еще не хватало! Чтобы юнцы надо мной потешались.

– Не вижу ничего смешного. Шли бы вы отсюда?

– Ого, да у него и выговор не наш, - удивился курчавый парень с медным кольцом.
– Ты северянин? Откуда?

– Ромбад...

Договорить мне не дали. Просто засыпали вопросами:

– Твой папа лорд?

– Вы уже вступили в Каолит?

– Никогда не видел настоящего северного лорда!..

– А правда, что у вас до сих пор молятся забытым богам, а женщин перед сном бьют?

– Я не лорд! Не бастард. Не дворянин. Не сын купца... Нет, и сам не торгую мехами и медом! Вас не касается ни мое прошлое, ни будущее. Но, чтобы вы отвязались поскорее, скажу, что еду в университет.

Ну да. Не смог сдержаться. Похвастался. Но оно того стоило - мои собеседники удивленно замолчали. Лишь курчавый усмехнулся и спросил:

– Дар? Какой?

– Зов стали.

– Правда? Интересно. У меня тоже. К слову, я - Мелгер.

Отделаться от назойливой компании так и не удалось. Они толклись вокруг меня весь день, а вечером затащили в Сады солнца, где танцевали разряженные в пух и прах девицы, пели менестрели, было много, много и еще раз много вина, сладостей, перченого мяса, свежих соков и красивых женщин столько, что голова кружилась.

Я плюнул на все условности. Никогда так не веселился! Правда, вечер омрачило одно происшествие - когда на сцену выбрались темнокожие певцы и жонглеры с далеких островов, столбы и каркасы беседок, которые оплетали виноград и вьющиеся розы, как по команде обрушились. Никто серьезно не пострадал, но веселье было испорчено. Потом нагрянули хранители и перевернули все вверх дном, разыскивая следы возможного саботажа. Насколько мне известно - не нашли ничего.

Утро застало меня врасплох. Обожженная кожа зудела, сильно хотелось пить, а ноги болели так, словно провел весь день в седле. Одевшись, я выхлестал кувшин шербета и отправился на прогулку. Но далеко, впрочем, не ушел.

Меня будто порыв ветра подхватил. Закружил, развернул и впечатал во что-то твердое с такой силой, что сознание на мгновение погасло. Пробуждение было не из приятных.

"Почему стало темно? Голова болит... Не могу пошевелиться..."

– Не дергайся. Станет хуже. И смотри на свет - быстрее проморгаешься.

Верно. Помогло. Правда, боль в голове не исчезла, зато я мог видеть, кто меня так ловко приложил. Напротив стояла женщина в серых бесформенных одеждах. На голове вязаная шапка, из-под которой выбивались сальные русые локоны. Взгляд пронзительный, зрачки черные-черные. В руках - тяжелый фонарь.

Я прижимался спиной к холодной стене.

Попытался добраться до спрятанного в рукаве корда, но не смог даже руку поднять - тело словно веревками опутали.

– Мать твою...
– прошипел я.
– Это ты меня так по башке огрела, курва?

– Выбирай выражения, северянин, - проговорила незнакомка. В проулке запахло дождем. Меня еще сильнее вжало в кладку. Голос у девки был на удивление низким и хрипловатым.

Сказать, что я испугался - ничего не сказать. Даже стая месшифов и беспокойные души мискарелльских воинов не произвели на вашего покорного слугу такого впечатления!

– Перестань ерзать! Представь, что ты в трясине. С каждым движением тебя все сильнее затягивает вглубь.

Послушно замер, прикидывая, как бы слинять от этой стервы, но ничего дельного на ум не приходило. Пришлось дальше играть в покорность.

– Я тебя внимательно слушаю.

– Замечательно. Люблю умных мужчин. Чтобы избавить себя и тебя от лишних разговор - вот.
– Она сняла с шеи деревянный медальон. На нем была изображена пятиконечная звезда. В каждом луче - символ пяти основных элементов. Знак ментальной магии - человеческий элемент, как называют его ученые, - мерцал.

– Орден магов. Понял, - кивнул я и тут же пожалел. Невидимые ремни врезались в кожу.
– Может, отпустишь все-таки? Слово даю - мстить не стану.

Незнакомка пожала плечами. Меня обдало морозом, воздух вновь наполнился запахом дождя, и путы звонко лопнули.

– Знаешь, можно было бы просто подойти, похлопать по плечу и поздороваться, - сказал я, лежа на земле.

– Извини. Не хотела испугать.

– В следующий раз лучше пугай... В чем дело? Это какой-то ритуал, которым приветствуют новичков?

– Нет, - мрачно усмехнулась девушка.
– Отчаянная мера. Меня, к слову, зовут Райвелин.

– Моркос. Так что за мера такая? В чем трудности?