Чтение онлайн

Я сделал короткий шажок, пируэт, резко и сильно ударил. Шэд легко парировал, удачно ответил. Мое бедро онемело от боли. Пришлось отступить на три шага, нанести мечом несколько отвлекающих ударов и попытаться выкроить время. Младший мастер невозмутимо отбил все мои выпады, крутанулся на пятке, показал удар сверху... Я купился на ложный маневр. Пинок пришелся под дых. Ноги подогнулись, каменные плиты коридора неожиданно оказались перед самыми глазами.

– Неубедительно. Медленно. Ожидаемо.

Шэд бросил учебный меч в бочку. Я приподнялся, оперся спиной о стену. Сырой камень приятно холодил ушибы и ссадины.

– Делаю... что могу, - дыхание уже выровнял, отдышки, как ни бывало.

– Из-под левой руки пропускаешь все, что летит, - докончил мастер Кровлик.
– Ты собранный, достаточно проворный и яростный. Удар кинжалом крепкий, хорошо поставленный. Ногам, как правильно заметил уважаемый мастер Лурдверд, не хватает скорости, но это поправимо. Очень рваные, неряшливые связки; теряешь ритм во время с собственных атак.

– Он, в общем-то, не так уж плох, - подмастерье утер пот с лица чистой тряпицей.
– Хотя дар и невелик.

– Его почти нет, - усмехнулся теоретик.
– Удары мечом совсем неопасны и легко угадываются даже со стороны.

– Без меча я могу быстрее нападать и защищаться лучше!
– Слова мастера Кровлика задели меня за живое.

– Я без брони и оружия совсем неуязвимый, - хмыкнул Шэд.
– Бегаю как молоденький жеребец - хрен кто догонит. Только воину без меча не обойтись.

– Ты не прав, - ответил мастер Лурдверд задумчиво.
– Есть в нашей библиотеке такой трактат: "Сильные слабостью". Не вспомню уже, кто автор, но когда изучал основы тактики, очень многое взял именно оттуда. Моркос, советую его почитать! Много полезного узнаешь о сражениях, ведовстве и про ответственность тоже. Поможет сделать выбор.

Он был прав. Та замечательная книга в самом деле помогла определиться с тем, чего хочу... Нет, не так! Выбрать то, что принесет Каолиту большую пользу.

Я отказался от меча. Отказался от колец. Корд оставил при себе, чтобы продолжить тренировки с Шэдом. Грандмастер решил не изгонять меня из ордена, наоборот, даже пообещал, как только утихнут шторма, найти хорошего учителя-ведуна. Так что азы нового дара я постигал сам, просиживая вечера над большими фолиантами.

Выбор был сделан.

Человек, написавший трактат "Сильные Слабостью"... он заслуживает гораздо большего, нежели трех строчек в моих письменах. Поэтому я решил не говорить здесь о нем вовсе. Его история теперь есть в "Хроносе" и пытливый ум отыщет ее, если сочтет нужным.

Мелгер решил пройтись со мной до монастыря. Подмастерье второгодок был немного мягче Шэда и позволял своим подопечным значительно больше. Например, улизнуть с замковых работ...

Монастырь на острове выстроили небольшим, и выглядел он мрачновато.

Старый, из массивных глыб, окна закрыты мозаичными витражами, на маковке куполообразной крыши ветер игрался с флюгером. Флигели и служебные пристройки тонули во мгле наступающей ночи. Ни деревьев, ни кустов вокруг не росло.

Меня всегда интересовало происхождение монастырей. Первые появились задолго до Бури, когда в них и нужды-то не было.

Забавно, нынешние служители оказывают безвозмездную помощь всем нуждающимся, в то время как раньше, за услуги расплачивались серебром и медью. А все потому, что изначально монастырями управляли торговые объединения, но испепеляющая война многому научила людей. Например, что за помощь далеко не всегда следует платить и брать деньги...

Лестер сильно похудел. Лицо осунулось, глаза превратились в узкие щелочки. Кожа покрылась темно-синими пятнами, волос на голове почти не осталось. Три послушницы окружали его; две протирала терзаемое жаром тело влажными тряпицами, третья держала свечу в изголовье - больше источников света в комнатушке не было.

– К нему нельзя!
– строго заявила девушка со свечей в руках.
– Новомирье почти прибрало его душу, но тело не хочет умирать...

На стуле у изголовья кровати лежали сверток и нож. Доспехи грудой валялись в углу, там же последнее пристанище нашел великолепный меч. В комнате сильно пахло потом и камфарным лавром.

– Мы ненадолго.
– Мне и вправду не стоило здесь задерживаться. Жуткое зрелище представлял некогда могучий воин, смотреть на такое тяжело и страшно.

Сестры немного расступились, я приблизился к умирающему человеку...

И тут Лестер сел. Откуда у него взялись силы - ума не приложу! Только что лежал тряпкой, вдруг, словно ожил! Выставил перед собой тонкую руку. Мне показалось, что дрожащий палец бастарда указывает на меня - мол, вот он, виновник моей смерти! Но я ошибся.

– Ты... подойди ко мне.

За моей спиной глубоко вздохнул Мелгер.

– Чего ты хочешь?
– Он побледнел, словно почувствовал нечто неладное.

– Ближе... Ближе!
– прорычал умирающий бастард.

Мелгер сделал шаг. Он оказался возле кровати, присел на корточки. Их взгляды встретились. На какое-то время в комнатке повисло гнетущее молчание.

Губы Неста расползлись в улыбке.

– Да... да! Нашел, я нашел тебя.

Он потянулся и взял сверток. Прижал его к груди, затем, с какой-то необъяснимой ненавистью, сунул в руки Мелгеру. В следующий миг Лестер словно усох. Упал на подушку, пробормотал, закрывая глаза:

– Розы распускаются. Больше нельзя... на одном месте... Смерть... это надежда... Саргхулум... это надежда!

Он ухватил ошарашенного Мелгера за руку.

– Ищите розы. Ищите отгадку... они уже идут за тобой! Только... смерть. Только... Саргхулум!

Лестер замолк. Готов поклясться, что на губах его застыла улыбка.

– Ушел!
– едва ли не нараспев проговорила послушница.
– Он уже в Новомирье! Там всегда светло, нет страха и боли. Какое счастье!

В следующее мгновение девушка погасила свечу, и мы остались в полной темноте. Одежда моя пропиталась потом.

– Я сбит с толку.
– Едва мы оказались на улице, Мелгер развернул сверток. В нем оказалась диковинная шкатулка, с необычным рисунком на крышке, а к ней бечевой был примотан конверт из промасленной кожи.
– Как это понимать? Зачем он таскал с собой эту ерунду?