Чтение онлайн

– А даже если так, что с того? Ее бросят в психушку быстрее, чем она выговорит «Носферату».

– Если только она не приведет полицию сюда.

– Я уж прослежу, чтобы она не сумела. Она не видела, как мы сюда ехали, а на обратном пути завяжем ей глаза и вколем снотворное. А лучше всего, попросим Сета перенести ее.

Сара почувствовала, как Роланд почти дотронулся до ее лица, но отдернул руку.

– Что ты делаешь? – В его голосе слышалось удивление.

– Не даю тебе сотворить глупость.

– Маркус, отпусти меня!

Угроза, звучавшая в его тоне, опять напугала Сару.

– Сначала поешь, затем исцеляй ее.

«Почему он говорит об исцелении? В смысле - окажет первую помощь? Тогда почему так необходимо, чтобы он сперва покормился?»

Мисс Бингем вспомнила, как всего несколько секунд назад успокаивающее тепло проникло в грудь, как только Роланд коснулся ее ребер. Острая боль исчезла, а кости больше не ныли. И Сара снова могла глубоко дышать.

Что он с ней сделал?

– Я не хочу, чтобы, очнувшись, она первым делом заметила меня с пакетом крови у рта, - выдавил Роланд.

Вот черт, он действительно вампир.

– Тогда поспеши и поешь, пока она еще без сознания.

– Она уже почти пришла в себя, ее дыхание меняется.

Сара мысленно выругалась.

– Тогда поешь в другой комнате.

– А если она очнется одна? Нет.

Повисло натянутое молчание.

– О, старина, да ты к ней неравнодушен, - выдохнул Маркус.

Сара невольно открыла глаза, чтобы проверить реакцию Роланда.

Он стоял рядом с ней на коленях, с растрепанными и мокрыми от пота волосами. Ужасная рана на его шее закрылась, кровь остановилась. От мочки правого уха до подбородка - там, где противники пытались перерезать ему горло, но промахнулись, тянулся длинный порез. Такой глубокий, что Сара забеспокоилась: смой кровь – и будет видна кость.

Рубашка насквозь пропиталась красной жидкостью, а одежда порвана во многих местах. И еще Роланд прижимал к телу левую руку, вероятно, сломанную.

Избитый Маркус выглядел не лучше. Он торчал за диваном, держа в одной руке пакет с кровью, похожий на те, что используют в больницах.

Оба приятеля смотрели друг на друга, не обращая на Сару никакого внимания.

Маркус был обеспокоен, а его собеседник – расстроен.

– Я прав? Ты ведь к ней неравнодушен?
– добивался ответа Грейден.

Роланд поморщился.

– Разве это не глупо в такой ситуации?

– А что за ситуация? Та, что Сара умна, красива и умеет обращаться с оружием?

– Нет, - последовало полное сарказма возражение, – дело в том, что она бы наставила на нас пистолет, если бы не обещала этого не делать. Как только она очнется, то закричит и бросится к выходу.

Ладно, Сара была в курсе, что Роланд вроде как вампир, но чувствовала себя виноватой, потому что первым делом хотела так и поступить. И похоже, его бы ее поведение весьма расстроило.

Маркус задумчиво погладил себя по подбородку.

– Думаю, ты ошибаешься.

– Потому что ты настолько хорошо ее знаешь?

– Нет, потому что ты так озабочен ее ранами и возможным страхом, что пропустил кое-что важное.

Не сводя с друга глаз, Роланд провел рукой по волосам пострадавшей, невольно выражая свою нежность.

– И что же это такое?

Маркус самодовольно ухмыльнулся.

– Она очнулась сразу, как ты уложил ее на диван, но не убежала к выходу.

Уорбрук посмотрел вниз широко раскрытыми глазами, встретив взгляд Сары, а затем отдернул руку, будто опасаясь, что получит нагоняй за дерзость.

Шли минуты.

Молчание затянулось.

Сара кашлянула.

– Гм… привет?

Роланд нахмурился.

– А почему ты не кричишь?

И в самом деле, почему?

– У меня ужасная головная боль.

Это даже не ложь, ведь голова действительно невыносимо болела. Однако, по правде сказать, чем дольше Уорбрук не показывал свои клыки и не бросался к ее горлу, тем больше на смену страху приходило спокойствие.

У нее, возможно, сотрясение.

– Можно взглянуть? – нерешительно спросил Роланд.

Сара кивнула и тут же застонала от приступа боли.

Пальцы целителя коснулись ее лба.

– Думаю, что скорее беспокоит рана на затылке, - прошептала Сара, боясь говорить громче потому, что мигрень рвала ее на части.

Роланд помрачнел.

– Извини меня. Я не знал, что у тебя есть еще одна травма.

Он очень осторожно проник рукой между подушкой и головой, ероша волосы.

Сара дернулась и на мгновение испугалась, что ее стошнит от усилившейся боли.

– Прости, через секунду тебе станет лучше, - прошептал Уорбрук.

– Роланд, - предупреждающе проворчал Маркус.

– Ты почувствуешь мимолетное тепло, - продолжал бессмертный, не обращая внимания на друга.

Что он?..

Сара моргнула. Его ладонь опалила ее, а боль уменьшилась. Казалось, что Роланд приложил грелку к ране.

Задержав взор на неодобрительно хмурящемся Маркусе, Сара посмотрела на целителя.

Неужели он стал еще бледнее, чем минуту назад?

Уорбрук высвободил руку и дотронулся до пореза на лбу – результат удара о боковое окошко рядом с водительским креслом.

И снова Сара почувствовала странное тепло там, где он к ней прикасался.

Роланд опустил веки и стиснул зубы.

Боль ушла.

Сара собиралась поблагодарить его и спросить, что он сделал, но только удивленно вздохнула. На ее глазах на левой стороне лба Роланда рядом с корнями волос появилась ссадина. Она потемнела, расширилась, воспалилась. Открылся глубокий порез, а по щеке потекла кровь.

Чертыхаясь, Маркус потянулся и отвел руку приятеля от лица Сары.

Тот распахнул глаза и хриплым голосом спросил:

– Что произошло?

– Ты знаешь, что, - рявкнул Маркус, отпуская товарища.

Роланд пощупал свежую рану, изучил пальцы - мокрые от крови.

– Ох.

Он посмотрел на Сару, затем поспешно вытер ладонь об рубашку, будто надеялся скрыть все, что случилось.

Сара коснулась своего лба, чтобы подтвердить догадку.

Порез и воспаление пропали. Все исчезло.