Чтение онлайн

Из всех троих Дарнел был наименее устрашающим. Долговязый, тощий, смуглый, двадцати шести лет, он обладал от природы веселым нравом, перед которым мало кто мог устоять.

Сет понадеялся, что ему удастся вовлечь незнакомку в разговор.

Дэвид отрезвил его:

– Ну, давай выкладывай. Что ты узнал, чего никто еще не знает?

– Проницательный ублюдок, – проворчал Сет.

– До тебя мне далеко. Не томи.

Сет колебался. Было кое-что, что остальные не уловили. Кое-что, отчего он боялся, что, узнай они об этом, это заставит их отказаться брать Себастьяна живым.

– У Себастьяна зуб на Роланда. Причина мне не известна. Но он двести лет пытался настигнуть его, выслеживая и повторяя путь в каждый город, в котором тот останавливался.

– Роланд не знает, зачем?

– Нет. – Сет показал бумаги. – Риордан перечислил много стран, городов и городков, которые посещал Себастьян, вместе с датами… – Так не хотелось об этом говорить. – Он был в Шотландии в год, когда был убит Юэн.

Дэвид выругался.

Бессмертный шотландец был всеобщим любимчиком, и его смерть горько оплакивали.

– В его регионе тогда было всего несколько вампиров, и ни одного не удалось связать с убийством, – продолжал Сет. – Мы всегда недоумевали, как один из них сумел справиться с таким сильным стражем, как Юэн. Нам и в голову ни разу не приходило, что это мог быть другой бессмертный.

– Другим не стоит знать.

Сет был согласен.

– Даже если это была самозащита, они захотят его голову. – И на плечи Сета грузом легло знание, что его собственный прокол послужил всему виной.

Пронизывающий взгляд Дэвида видел гораздо больше, чем Сет хотел ему показывать.

– Ты должен перестать себя корить.

– Это моя ошибка.

– Нет, это не так. Ты не можешь быть повсюду одновременно. Не можешь быть всем для всех.

– Если бы я был там, чтобы помочь ему, Себастьян бы не страдал. Он не начал бы ненавидеть бессмертных и укрывать вампиров. А Юэн все еще был бы жив.

– Нет доказательств, что именно он убил Юэна. Лишь домыслы.

– До сих пор он предпринял три попытки убить Роланда. А если бы почувствовал необходимость, возможно, убил бы и Маркуса с Сарой.

Дэвид мог и не упрекать Сета в этом, но другие станут. Они не произнесли бы этого вслух и не признали умышленно, но все сказало бы их молчание.

Сет скривился. Он всегда поддерживал новых бессмертных после их превращения, а поскольку Себастьяну не помог…

– Разве они возражают против твоего намерения перевоспитать его? – спросил Дэвид, бросив старания облегчить чувство вины Сета.

– Нет.

– Когда выступаете?

– Завтра.

– Ты уверен, что хочешь, чтобы я остался тут? Пять против пятидесяти семи немного трудно.

– Уверен. Хочу, чтобы наша гостья все время была в безопасности, и знаю, что так и будет, пока ты здесь.

Одновременно они посмотрели на таинственную женщину и с удивлением встретили ее пристальный взгляд, словно она слышала каждое слово.

***

– Кто такая леди Бетани?

На рассвете Сара с Роландом лежали вместе в их спальне, лишь тусклый ночник рассеивал полнейшую темноту.

Оба были обеспокоены предстоящей битвой, и сон не шел.

Чтобы отвлечься от мыслей, что Роланд скоро столкнется с опасностью, Сара решила спросить о женщине, которую упомянул Этьен.

Лежа на спине и глядя в потолок, Роланд игрался с ее волосами, а она тесно прижималась к нему.

– Леди Бетани, графиня Вескотт. Также известна как Бетани Беннет.

– Она была женой Маркуса?

– Нет, но она была единственной женщиной, которую он когда-либо любил.

Сара вспомнила, какой скорбью светились глаза Маркуса, когда Этьен принес соболезнования.

– Она умерла?

– Не все так просто.

Что ж, снова загадка.

Передвинувшись, она сложила руки на его груди и опустила на них подбородок.

– Ты мне расскажешь?

Роланд с улыбкой провел костяшками пальцев по ее щеке.

– Не знаю, поверишь ли ты мне. История очень странная.

Сара улыбнулась:

– Более странная, чем про вампиров и бессмертных?

– Знаешь, да. Вот почему она известна каждому бессмертному. Даже менестрели моего времени не могли сочинить столь же печальное сказание.

– Вот теперь ты просто обязан рассказать.

Он кивнул, мыслями в прошлом, но все так же молчал.

– Ну? – подсказала она, ткнув его в бок.

Роланд дернулся и засмеялся, когда она попала в щекотное место, затем скоренько схватил ее за пальцы, чтобы не вздумала снова проделать такое.

– Сейчас. Я просто пытаюсь выбрать, с чего начать – с начала или с конца.

– С начала, – решила за него Сара.

– Как пожелаешь. – Он поднял голову и чмокнул ее в губы, затем откинулся на подушку. – Ты когда-нибудь видела те истории по телевизору о собаке, с которой жестоко обращались, и ее кто-нибудь забирал, хорошо с ней обращался, любил, и собака, как следствие, становилась преданной своему новому хозяину? Настолько, что готова была умереть, защищая или охраняя его?

Сара с любопытством разглядывала его.

– Да.

– Ну, нечто подобное случилось и с Маркусом. Урожденный Брайс, наследник графа Данненфорда, он появился на свет в конце XII века. Отец умер, когда он был еще мальчишкой, а мать быстро заставили снова выйти замуж. Отчим оказался конченым садистом и лупил Маркуса с матерью по малейшему поводу. Когда проявился дар Маркуса, он стал издеваться над мальчиком еще больше. Так продолжалось много лет, пока в конечном счете он не убил мать Маркуса, заявив, что она упала с лестницы.

У Сары стало тяжело на сердце от ужаса, а Роланд продолжал:

– Он и Маркуса прикончил бы, если бы тот не сбежал, не разыскал лорда Роберта, графа Фостерли – человека, которого, как он знал, боялся его отчим – и не стал его оруженосцем. Лорд Роберт был порядочным человеком и относился к Маркусу как к младшему брату, даря дружбу и любовь, которых он был лишен. Так что, естественно, Маркус любил его как отца или старшего брата, которого у него никогда не было, уважал больше всех и с радостью жизнь бы отдал, защищая его.