Чтение онлайн

Не в силах больше крепиться, Роланд отодрал бумажное полотенце и, не обращая внимания на боль, как мог вытер грязь и кровь со своей груди. Бросив использованный обрывок в умывальник, он слегка замешкался, а затем притянул нечаянную соратницу в свои объятия и неловко похлопал по спине.

– Осторожнее с больными ладонями, – предупредила Сара, слегка дрожа, прижимаясь лицом к его груди и обнимая руками за талию.

Невероятно. Даже поливая его кожу слезами, эта женщина заботилась о нем.

О нем. Совершенном незнакомце.

– Я беспокоюсь больше о вас, чем о своих руках, – признался Уорбрук.

– Я в порядке. Просто пережила очень… нервозное утро.

Он обнял ее крепче.

– А еще нет даже семи утра.

Сара застонала.

– Вот я и говорю: что-то не так.

Закрыв глаза, страж оперся подбородком на макушку Сары и позволил своим органам чувств насладиться близостью спасительницы. Ее ароматом – приятной смесью запахов женщины, детского талька и крема от загара. Теплым телом, которое казалось хрупким по сравнению с его собственным, массивным и сильным.

Пусть и тоненькая, но не такая, как эти истощенные модели и актрисы, которых по необъяснимой причине предпочитали другие мужчины. Ладные, аккуратные ноги в поношенных спортивных штанах в обтяжку не походили на спички. Груди, прижимающиеся к его торсу, были соблазнительно полными, талия – тонкой, а бедра – маняще округлыми. Поэтому сердцебиение бессмертного все никак не успокаивалось.

Ее маленькие, словно детские, ладошки лежали на его спине, будто Сара боялась движением причинить ему боль.

Скорее всего, так и есть. Там достаточно ссадин и синяков, как и на остальном теле. У нее просто пока не хватило времени заметить другие повреждения, кроме пронзенных палками рук.

Страж радовался, что новая знакомая об этом не знает, иначе бы не стискивала его с такой нежностью и доверием. Когда в последний раз к нему вот так прижималась представительница прекрасной половины человечества?

Кажется, прошли века. Ощущение было… непривычным.

Пережив множество предательств, Роланд давно поставил крест на личной жизни. Когда целибат становилось сложно выносить, он просто искал проституток или женщин на одну ночь, позволяя им утолить его желания.

Те любовницы никогда его так не обнимали. Лишь от двух особ слабого пола он чувствовал такую нежность. И ему не хотелось вспоминать о них сейчас.

По правде говоря, Роланду вообще становилось все труднее думать. Каждая клеточка тела ныла, саднила, пульсировала или горела. Голова кружилась, а зрение начало затуманиваться. Желудок скрутило.

Как ни странно, присутствие Сары и уют ее объятий помогли Роланду отвлечься от всего этого.

Постепенно ее дрожь и слезы сошли на нет.

Вздохнув, Сара разжала объятия и отступила на шаг.

Когда бессмертный отнял свои большие, наспех перевязанные руки, то покачнулся и понял к своему смятению, что она его поддерживала, помогая устоять на ногах.

Несколько длинных прядей ее волос зацепились за щетину на его подбородке. Дотянувшись, Роланд осторожно высвободил их.

– Простите, я не хотела расклеиваться перед вами, – повинилась Сара, вытирая мокрые от слез щеки.

Он покачал головой, встревожившись, что даже от такого движения кухня вокруг него покачнулась и завертелась.

– Это мне нужно приносить извинения. Мне жаль, что втянул вас во все это.

Сара кивнула, с тревогой изучая его.

Уорбрук обхватил руками девичье лицо, гладя большими пальцами мягкие влажные щеки.

– Я никому не позволю навредить вам, Сара, даю слово.

С колотящимся сердцем, спасительница посмотрела в его серьезные глаза. Прикосновения и близость Роланда совершенно неожиданно разволновали ее. Он стоял перед ней, демонстрируя роскошное тело, покрытое жуткими ранами, и она только и думала о том, как он целуется.

«Что со мной не так?»

Что-то темное промелькнуло в его взгляде. Один большой палец скользнул по щеке и погладил уголок ее рта.

Роланд склонил голову. Сара перестала дышать из-за растущего предвкушения.

Ее губы находились всего в миллиметре от его, когда она услышала шуршание и едва слышный шлепок. Сара глянула вниз, затем быстро подняла глаза, осознав, что полотенце, обернутое вокруг его талии, свалилось на пол.

Вздохнув, Роланд опустил руку.

– Ну что за невезуха, – пробормотал он с такой вымученной печалью, что хозяйка дома невольно улыбнулась.

Наклонившись за полотенцем, «цэрэушник» покачнулся и упал бы, если бы не схватился за имеющуюся живую опору. И как только он резко коснулся ее плеча, то взвыл и отдернул ладонь. И потерял равновесие.

Вскрикнув, Сара обхватила Роланда руками и постаралась удержать.

Но он зашатался и потянул «опору» за собой.

Боже, да он весит целую тонну! Ростом под метр девяносто и килограммов девяносто сплошных мышц. Если такой субъект брякнется в обморок, то ей уж точно не удастся поднять его с пола.

Подпирать раненого стало намного сложнее, когда он мотнулся в противоположную от Сары сторону, так что, притянув его тело к себе, она задействовала весь свой вес, чтобы сохранить Роланда в вертикальном положении.

Получилось! Они оба устояли.

На этот раз Уорбрук обнял ее, стараясь не касаться ладонями.

– Сара, – выдохнул он.

– Да?

Бессмертный сильно заморгал и уставился рассеянным взглядом куда-то за ее плечо.

– Если я вырублюсь, а вы не сможете до меня достучаться… - Вот хрень! – …за час до заката позвоните Маркусу.

– А нельзя сейчас?

– Нет, он не… – Черные глаза Роланда закатились.

– Нет, нет, нет! Не теряйте сознания! Нам надо довести вас до дивана!

Он медленно смежил веки, когда собеседница потрясла его.

Поспешно поменяв положение так, чтобы стать спиной к дивану, Сара начала двигаться туда, таща за собой раненого.

Роланд сделал шаг, другой, третий, затем его колени подогнулись, и он всем весом опустился на помощницу, пригибая к полу.

Ругаясь и не в состоянии удержаться на ногах, Сара извернулась и со всей силы оттолкнула тяжелое тело прочь от себя. И не слишком управляемое падение закончилось, когда передвигаемый субъект оказался на спине на диване, а его ноги большей частью свисали с ближайшего к Саре металлического подлокотника.