Чтение онлайн

Вокруг кишела разношерстная толпа, которая толкалась и пихалась локтями в ожидании, пока откроют двери. В толпе бегало несколько уличных мальчишек, продававших горячие пирожки и булочки с больших деревянных лотков. Китти покрепче прижимала к себе свою сумочку каждый раз, как они пробегали вплотную к ней. Она заметила еще нескольких торговцев, таких же простолюдинов, как она сама, одетых в свои лучшие костюмы, бледно-зеленых от переживаний. Но в основном толпа состояла из озабоченных и деловитых волшебников, облаченных в великолепные костюмы с Пиккадилли или официальные плащи и мантии. Китти обводила взглядом их лица, ища мистера Тэллоу, но его нигде видно не было. Вокруг толпы стояли на страже крепкие парни из ночной полиции.

Наконец двери открылись, раздался свисток, и толпа хлынула внутрь.

Посетителей встречал служащий в алой с золотом форме. Китти назвала свое имя. Служащий заглянул в список.

– Зал номер двадцать семь, – сказал он. – По левой лестнице до самого верха, и там направо, четвертая дверь. Поторапливайтесь!

Он подтолкнул Китти вперед, она миновала служащего, прошла высокую каменную арку и очутилась в прохладном мраморном фойе Дома правосудия. Из ниш в стенах бесстрастно смотрели каменные бюсты великих людей; молчаливые люди торопились туда-сюда. В воздухе висела серьезность, тишина и отчетливый запах хозяйственного мыла. Китти поднялась по лестнице, прошла по многолюдному коридору и нашла зал номер двадцать семь. Снаружи стояла деревянная скамья. На двери висело объявление, в котором говорилось, что посетителям следует сидеть и ждать, пока их вызовут.

Китти села и принялась ждать.

В течение ближайших пятнадцати минут у дверей зала мало-помалу собралась небольшая группа задумчивых людей. Они молча сидели или стояли, погруженные в свои мысли. Большинство из них были волшебниками. Они рылись в ворохах юридических документов, написанных на бумаге, разукрашенной звездочками и замысловатыми символами, и старались избегать взглядов других волшебников.

Дверь зала номер двадцать семь отворилась, и оттуда выглянул молодой человек в изящной зеленой шапочке и с деловитым выражением лица.

– Кэтлин Джонс! – провозгласил он. – Здесь ли Кэтлин Джонс? Она следующая.

– Это я.

Сердце у Китти колотилось, и запястья покалывало от страха.

– Хорошо. Джулиус Тэллоу здесь? Он тоже нужен.

Из коридора никто не откликнулся. Мистер Тэллоу не пришел.

Молодой человек сделал гримасу:

– Ну, не ждать же его! Нет так нет. Мисс Джонс, не будете ли вы так любезны…

Он впустил Китти в зал и мягко прикрыл за ней дверь.

– Вот ваше место, мисс Джонс. Суд вот-вот начнется.

Зал суда оказался квадратной комнаткой довольно скромных размеров, залитой унылым разноцветным светом из двух огромных сводчатых витражных окон. На обоих витражах были изображены доблестные рыцари-маги. Один, облаченный в доспехи, пронзал мечом брюхо какой-то огромной демонической твари, сплошь состоящей из когтей да бугристых зубов. Другой, в шлеме и белом одеянии, более всего напоминающем длинную ночную рубашку, изгонял кошмарного гоблина, который проваливался в квадратную черную дыру, разверзшуюся в земле. Прочие стены комнаты были обшиты темными деревянными панелями. Потолок тоже был деревянный, но покрытый резьбой, которая долженствовала напоминать каменные своды церкви. Весь зал выглядел ужасающе старомодно. Китти ощутила благоговение и собственную неуместность – возможно, на то и был расчет.

Вдоль одной из стен тянулось возвышение, на котором стоял длинный стол и высокий деревянный трон. К краю стола примыкал еще небольшой письменный стол, за которым трое секретарей в черных костюмах деловито печатали на компьютерах и листали кипы бумаг. Китти прошла вдоль возвышения, туда, куда указал молодой человек, к одинокому стулу с высокой спинкой, черный силуэт которого вырисовывался на фоне окон, и села. У противоположной стены стоял еще один похожий стул.

У четвертой стены стояла пара скамеек для публики, отделенная от зала латунными перильцами. К удивлению Китти, там уже собралось несколько зрителей.

Молодой человек взглянул на часы, вздохнул поглубже и завопил так громко, что Китти подпрыгнула на стуле:

– Всем встать! Встать перед госпожой Фицуильям, волшебником четвертого уровня и судьей Дома правосудия! Всем встать!

Скрип стульев, шарканье подошв. Китти, клерки и зрители поднялись на ноги. Тут за троном, в стене, обшитой панелями, распахнулась неприметная дверца и вошла женщина в черной мантии с капюшоном. Женщина села на трон и откинула капюшон. Она оказалась довольно молодой, с короткими каштановыми кудряшками и слишком густо накрашенными губами.

– Спсибо, леди и жентельмены, спсибо! Прошу всех садиться.

Молодой человек отвесил поклон в сторону трона, отошел и скромно сел в уголочке.

Судья с холодной улыбочкой обратилась к собравшимся:

– Доброе утро всем. Начнем мы, я так понимаю, с дела Джулиуса Тэллоу, мага третьего уровня, и Кэтлин Джонс, простолюдинки из Белема. Мисс Джонс, я вижу, явилась на суд. А где же мистер Тэллоу?

Молодой человек вскочил на ноги, точно чертик из коробочки.

– Его нет, мэм!

Он отвесил изящный поклон и снова сел.

– Это я и сама вижу. Так где же он?

Молодой человек снова вскочил на ноги.

– Не имею ни малейшего понятия, мэм!

– Ну что ж, очень жаль. Секретари, запишите мистеру Тэллоу замечание за неуважение к суду, с отсрочкой. Ну что ж, начнем, пожалуй…

Судья нацепила на нос очки и несколько секунд проглядывала бумаги. Китти сидела, вытянувшись в струнку, окаменев от напряжения.

Наконец судья сняла очки и взглянула на нее.

– Кэтлин Джонс?

Китти вскочила.

– Да, мэм?

– Сядьте, сядьте. Мы тут стараемся поддерживать максимально неформальную обстановку. Так вот, поскольку вы молоды… Сколько вам лет, мисс Джонс?

– Тринадцать, мэм.

– Понятно. Так вот, поскольку вы молоды и явно из простых – я вижу, что отец ваш – продавец, а мать – уборщица, – судья произнесла эти два слова с легким отвращением, – вся эта торжественная обстановка вас, возможно, угнетает. – И судья указала на зал. – Но я уверяю вас, что бояться вам нечего. Это – храм справедливости, и вход сюда открыт даже наименее равным среди нас, с условием, что они говорят правду и только правду. Это понятно?

У Китти стиснуло горло, и она лишь с трудом сумела выдавить:

– Да, мэм.

– Очень хорошо. Тогда мы выслушаем вашу точку зрения. Прошу вас, изложите свое дело.

В следующие несколько минут Китти довольно осипшим голосом излагала события со своей точки зрения. Начала она довольно неуклюже, но постепенно разошлась и стала рассказывать более связно, настолько подробно, насколько могла. Суд слушал молча, в том числе и судья, которая бесстрастно созерцала Китти сквозь очки. Секретари деловито стучали по клавишам.