Чтение онлайн

– Когда? – спросил Джорон.

– Я уйду в море через два дня, – ответила Миас.

– Тогда я должен… – Он хотел выбраться из гамака, но она шагнула вперед и положила руку ему на плечо.

– Отдыхай, Джорон Твайнер, – вот что ты должен делать. Гаррийя сказала, что твоя рана снова открылась, пока ты находился на земле, а они давали тебе ядовитую и ослабляющую дрянь. Я хочу, чтобы ты пришел в себя к тому моменту, когда тебе придется командовать «Дитя приливов», так что до тех пор отдыхай.

– Но я…

– Таков мой приказ, хранитель палубы, – сказала она.

Он кивнул и лег, благодарный за ее милосердие. Однако тут же принялся размышлять о том, что будет делать все это время.

– Ветрогон без тебя скучал, – сказала Миас, и улыбка снова появилась на ее губах. – Более того, он все время портил мне жизнь и даже вынудил запереть его на несколько дней в каюте. Он ходил за мной по кораблю и каркал: «Где Твайнер? Где Твайнер?» Непрерывно бормотал каждые пять минут, словно за это время что-то могло измениться. – Теперь пришел черед Джорона улыбаться, ведь Миас говорила о ветрогоне с нескрываемой нежностью. – Я полагаю, он хотел бы тебя увидеть, если ты в состоянии вынести его общество. – Джорон кивнул, и Миас кивнула в ответ. – Я сообщу ему о твоем возращении, так что жди его в самое ближайшее время.

Она ушла, и уже через несколько минут снаружи послышался шум.

– Уйти прочь! Прочь! – Резкий голос ветрогона, который, очевидно, так и не смирился с обществом своего охранника.

Дверь распахнулась, и ветрогон вошел в маленькую каюту спиной вперед, останавливаясь после каждого шага и угрожающе ныряя головой вперед в сторону лишенного ветра, затем ногой захлопнул дверь и повернулся к Джорону, наклонив голову набок. Он выкрасил свою маску в более яркие цвета.

– Джорон Твайнер, – сказал ветрогон.

– Я рад тебя видеть, – сказал он, с трудом повысив голос чуть громче шепота.

Ветрогон опустил клюв, покопался внутри своего длинного одеяния, также ставшего более ярким – на нем появились длинные полосы розового и голубого цвета, как в волосах Миас. Вытащил что-то клювом, сделал несколько прыжков и положил подарок Джорону на грудь. Это была ракушка, спираль из белого кальцита, с изящными зелено-голубыми линиями, сходившимися в центре.

– Ракушка, – сказал Джорон.

– Хорошая ракушка, – сказал ветрогон.

Он почистил клювом перо на плече, потом слегка его приподнял, и Джорон залюбовался игрой красок.

То, что казалось белым, на самом деле было совсем иным; сотни цветов, все разные и очень красивые.

– Женщина корабля тебя послала, – сказал ветрогон.

– Это был мой долг, ветрогон, – ответил Джорон.

– Лучше послать меня, – хрипло сказал ветрогон.

– Я не думаю, что они стали бы с тобой разговаривать, – возразил Джорон.

– Убить их, – сказал ветрогон. – Боль Джорон.

– Если бы ты их убил, мы бы не получили нужную нам информацию.

– Плохие вещи. – Он прочертил линию ногой по костяному полу каюты. – Плохие вещи, – повторил он.

– Да, и Миас их остановит, – сказал Джорон.

– И Джорон! И ветрогон!

– Да, – кивнул Джорон.

– И Фарис, и Меванс, и Серьезный Муффаз, и Анзир, и… – Ветрогон принялся радостно перечислять имена членов команды, и Джорон не сомневался, что, если он его не прервет, тот назовет всех, кто находится на борту корабля.

– Да. Все мы, – подтвердил Джорон.

Говорящий-с-ветром прыгнул вперед, его маска уставилась на лицо Джорона.

– И даже спасем лишенных ветра?

– Да, – сказал Джорон, который почувствовал, что на него накатилась усталость, а голос заметно ослабел.

Ветрогон продолжал его изучать.

– Хм-мм, – сказал он, склонив голову. – Хм-мм.

– Они забрали мой поющий голос, ветрогон, – сказал Джорон, он дрогнул, и по его щеке скатилась одинокая слеза. – Раньше я пел с отцом и с тобой, мы пели кейшану, существу, которое нас спасло. Но они забрали мой голос.

Ветрогон продолжал смотреть на него сверху вниз, потом протянул крылокоготь, опустил маску и открыл огромные сияющие глаза, спрятанные под ней, – тайну, которую они разделяли. И вновь Джорон увидел в своих мыслях летящих аракесианов, но не как темную изящную резьбу – это были великолепные, сияющие, волшебные существа из легенды.

– Песня не в голосе, Джорон Твайнер, – сказал ветрогон, пусть и не своим обычным голосом, который Джорон обычно слышал. – Песня здесь. – Он вернул маску на прежнее место. Джорон почувствовал, как крылокоготь коснулся его груди. – Спать, Джорон Твайнер, – каркнул он. – Джорон Твайнер устать.

Он ушел, а Джорон погрузился в спокойный сон, и ему больше не снились кошмары, в которых он был заточен в ящике.

Дни проходили быстро. Сон и еда. Корабль потрескивал и стонал. Джорона навещали ветрогон, команда и Миас. Гаррийя приносила отвратительного вкуса снадобья, от которых, хотя они и вызывали тошноту, ему становилось лучше. Иногда он слышал голос Динила, который отдавал приказы на палубе, но ни разу его не видел, смотрящий палубы так к нему и не зашел. Некоторые раны невозможно вылечить лекарствами. Когда Миас наконец разрешила Джорону вернуться на палубу, чтобы получить шляпу с двумя хвостами, которую ему отдала, Динил даже не попытался скрыть своего отвращения, отвернулся и стал смотреть на море.

– Семь клювозмеев плывут перед нами, хранитель палубы, – сказала Миас.

– Да, – ответил он, – у меня такое ощущение, что мы движемся с хорошей скоростью.

Она кивнула, подошла к нему ближе и заговорила так, чтобы ее слышал только он.

– Присмотри за моим кораблем, хранитель палубы.

– Обязательно, супруга корабля.

– Я знаю, – сказала Миас. – Эйлерину известно, где меня встречать. Через десять дней.

Он хотел сказать: «А если тебя там не будет?» Но промолчал. Джорон не собирался привлекать внимание Старухи.

– А что будет, когда ты получишь нужную информацию, супруга корабля? – спросил он.

– Мы отправимся на поиски наших людей.

Он кивнул. У Миас все получалось просто.

Команда выстроилась на сланце палубы, заиграла волынка, и Миас покинула борт. Они смотрели, как флюк-лодка встает на крыло и ловит ветер, а потом становится все меньше, превращаясь в точку в бескрайних просторах океана. Когда Миас исчезла, проглоченная горизонтом, Джорон отдал приказ, команда поднялась на мачты, они поставили дополнительные крылья, веревки натянулись, и «Дитя приливов» заскрипел и застонал, ветер ударил в крылья, корабль стал постепенно набирать скорость.