Чтение онлайн

Как человек может перестать существовать? Разве это возможно?

Может быть, ветрогон прав, а женщины и мужчины – лишь часть вечного цикла, они рождаются снова и снова, но так ничему и не учатся? Возможно ли, что богов не существует? А Скирит никогда не летала? И вовсе не глаз богоптицы согревает его кожу?

Джорон слышал подобные разговоры. Он сомневался, что Индил Каррад в это верил, но тогда почему он совершал столь ужасные поступки, если знал, что наступит день, когда Старуха будет его судить? «Дитя приливов» содрогнулся, когда в него ударила поперечная волна, корпус заскрипел, и Джорону пришлось схватиться за костяные поручни, чтобы сохранить равновесие. Нет, он не станет игнорировать Старуху, Мать или Деву. Разве он мог, если у него на глазах ветрогон лишь силой мысли менял ветер? Ведь он слышал песнь ветрошпилей и видел величие аракесианов, пробуждавшихся ото сна? Иногда он чувствовал себя игрушкой духов архипелага: слишком часто его бросало от одной опасности к другой, словно он был частью какого-то великого плана. А если нет – зачем тогда все это?

– Джо-рон Твай-нер. – Он обернулся, услышав свое тихо произнесенное имя.

Джорон увидел Ветрогона, и, несмотря на великолепные одежды, она выглядела несчастной, а сияющие глаза были наполовину закрыты. Рядом с ней стоял Мадорра, лишенный ветра, гордый и довольный собой. А чуть дальше, на палубе, собралась толпа его сторонников. На «Дитя приливов» Мадорра хорошо питался, и бока у него заметно округлились. И хотя он уступал в размерах Ветрогону, Мадорра казался более сильным и агрессивным. Его единственный глаз сиял.

– Твайнер, – сказал Мадорра, и уже то, как он произнес его имя, прозвучало вызовом, словно лишенный ветра не сомневался, что Джорон будет неизменно стоять между ним и Ветрогоном. – Чего хочешь, Твайнер? Заняты. Мы заняты. Делаем дела ветрогонов. Почему мешать? Почему, почему?

Джорон оттолкнулся от костяных перил. За спинами двух ветрогонов Фогл и Беарна продолжали заниматься дуголуком, прислушиваясь к разговору Джорона с ветрогонами. Он оглядел корабль. Команда напряженно работала. Шесть больших дуголуков, все, кроме Серьезного Муффаза, были аккуратно связаны. Три толстые мачты. Большой кабестан, центральный люк, ведущий на нижние палубы и в трюм. Другие люки открыты, чтобы проветривались нижние палубы. Далее – корма. Там стояла Миас вместе с Эйлерином и Фарис. Фарис указала на песочные часы и что-то произнесла, Миас кивнула. Джорон гордился девушкой, она исполняла свои обязанности всего лишь через день после того, как Миас намеревалась приговорить ее к смерти.

Но смерть ждала всех. Почему Фарис должна огорчаться, если она прожила большую часть жизни на этом корабле, под постоянной угрозой смерти? Он снова посмотрел на Мадорру и тут заметил, что корабельный Ветрогон хромает. Сланец под ней окрасился кровью из раны, которой Джорон не видел, и он почувствовал, как его охватывает гнев. Он заставил себя его обуздать, сказав себе, что сейчас не время. Быть может, гнев был результатом гнили, заявлявшей о себе становившимся все сильнее зудом, и будь он здесь один, он пустился бы в пляс, пытаясь почесать все части тела.

Однако он сдержался и сосредоточился на капавшей на палубу крови. Выбросил мысли о чесотке. У него был долг. Ему следовало защитить корабль. И позаботиться о друге.

– Мадорра, кажется, у Ветрогона идет кровь? Если это так, я бы хотел, чтобы ее раны осмотрела Гаррийя.

– Ее раны, мужчина корабля? – переспросил Мадорра, и Джорон подумал, что мог совершить ошибку, показав, что знает, кто из ветрогонов «она», а кто – «он». Впрочем, теперь это уже не имело значения. – Ветрогон в порядке. Несчастный случай. Мадорра поправит.

Ветрогон печально кивнула.

– Мадорра поправит.

– Мадорра, я отвечаю за то, чтобы обо всех членах команды хорошо заботились. Гаррийя присматривала за Ветрогоном до того, как ты появился на борту, она хорошо разбирается в самых разных ранениях. Пожалуйста, отправляйся в каюту, а я отведу…

– Нет, – заявил Мадорра и встал между Ветрогоном и Джороном. Его ноги щелкнули по сланцу, и, хотя он не стал расправлять крылья, Джорон заметил, что на ногах появились длинные боевые когти. – Люди, не вмешиваться, – прошипел он.

Казалось, ветер налетел на «Дитя приливов», наполнив воздух словами противостояния, и Джорон заметил, что на них смотрит вся команда. Люди поворачивали головы, о чем-то шептались, словно дети палубы почувствовали угрозу насилия как приближающийся шторм.

– Таков мой долг, – начал Джорон, но в этот момент Ветрогон отпихнула Мадорру в сторону и, по-прежнему не поднимая головы, шагнула вперед медленно и осторожно, словно опасалась, что Джорон может ее атаковать.

– Нет, Джорон Твайнер, нет, – сказала она. – Нет проблем. Все хорошо. Все хорошо. Глупая Ветрогон сама себя ранила. Все хорошо уже.

– Ветрогон… – начал Джорон.

– Нет. Нет. Все хорошо. Пожалуйста. Пожалуйста, – взмолилась она.

Джорон почувствовал, что начал терять контроль над ситуацией. Ему требовался Гавит с яйцом, чтобы освободить Ветрогона от власти Мадорры. А до тех пор его связывал очевидный ужас перед Мадоррой. Он потерял Серьезного Муффаза и уже не сомневался, что Мадорра не боялся использовать силу против Ветрогона, но он не мог потерять и ее.

Она сделала шаг к нему.

– Не приносить огонь, – едва слышно прошептала она только для Джорона. – Не Ветровидящая для Мадорры. Сначала умереть. Будь в безопасности, Джорон, отступи.

Она сделала шаг назад, повернулась и направилась к корме и нижней палубе. На мгновение Джорон не мог пошевелиться, страх Ветрогона посеял в нем сомнения. Что, если он только ухудшит положение? Что, если его план приведет к тому, что Мадорра станет еще сильнее давить на Ветрогона, чтобы она действовала как Ветровидящая и начала делать то, что необходимо для исполнения ужасного пророчества, в которое Мадорра верил? Что, если лишенный ветра убьет Ветрогона, когда увидит, что она ему не подчиняется?

Джорон смотрел им вслед. Ветрогон споткнулась и едва не упала – но не это заставило Джорона принять решение. Причина состояла в том, что Мадорра не обратил на нее ни малейшего внимания. Он даже не попытался ей помочь, лишь продолжал идти дальше. Когда Ветрогон сумела вернуть равновесие и захромала дальше, кто-то из детей палубы попытался ее поддержать, но Мадорра злобно на него зашипел.

«Нет», – подумал Джорон и решительно направился к ветрогонам.

– Мадорра! – раздался крик Миас с кормы. Теперь противостояние стало неизбежным. Лишенный ветра повернулся. Ветрогон также остановилась и повернулась. – Чем вы там занимаетесь?

– Пожалуйста, Джорон Твайнер. Пожалуйста, нет. Останови женщину корабля, – взмолилась Ветрогон, и Джорон понял, что больше не может ждать.

Он слишком долго терпел, пока Мадорра контролировал его друга. Сегодня он станет действовать не из-за пророчества и не ради того, чтобы поднять настроение на корабле. Просто так будет правильно.

– Я не разрешал тебе уйти, Мадорра, – Джорон говорил так же резко, как Миас, и привлек внимание всей команды. – Будь добр, останься на палубе, я полагаю, что супруга корабля намерена обратиться ко всей команде. – Миас смотрела на него с кормы, а возле нее начала собираться команда.