Чтение онлайн

Таковы в кратких словах некоторые итоги работ Медико-генетического института, трудности, которые в процессе его роста возникли, пути преодоления этих трудностей и наши очередные задачи. Эти итоги отнюдь не стоят в стороне от общего развития советской науки: успешное развертывание антропо– и медико-генетической работы мы видим в клинике Давиденкова (Ленинград), в клинике Юдина (Харьков) и в других местах нашего Союза. Еще более замечателен расцвет общей генетики, который мы в настоящее время наблюдаем в нашем Союзе.

Наши достижения в этой, сравнительно узкой, области становятся более отчетливыми на фоне сравнения их с состоянием этой науки в странах капитала и в странах фашизма и с тем развитием, которое она там проделала за последнее время. Но раньше, чем говорить о каком бы то ни было сравнении, необходимо еще раз напомнить о той пропасти, которая лежит между нами и буржуазной наукой в вопросах антропогенетики вообще. Это относится по крайней мере к четырем существенным группам вопросов. Таковыми являются:

1. Вопросы психологических черт вообще и одаренности в особенности. Здесь речь идет о той точке зрения, которая превалирует в буржуазной науке и которая заключается в том, что цветные народы являются менее одаренными в сравнении с белой расой (а в представлении современных германских фашистов, – все вообще народы, не принадлежащие к «северной» [369] расе, уступают в этом отношении последней). То же относится к пролетариату по сравнению с буржуазией. Для «доказательства» этого положения служит явное преувеличение и ненаучное представление о роли наследственности в развитии интеллекта и игнорирование различий социальной среды, в которой живут сравниваемые группы населения. Именно эта точка зрения используется для обоснования национального и классового порабощения, грабежа колоний, захвата новых территорий, подготовки войны против СССР и т. п.

Нет нужды излагать здесь нашу оценку национальной и колониальной политики буржуазии, политики антисемитизма, линчевания негров и т. п. Здесь важно лишь указать на то, что бесчисленные утверждения и ничтожное количество «исследований», долженствующих доказать биологическую отсталость того или иного народа, совершенно игнорируют элементарное с точки зрения генетики требование, а именно учет условий жизни соответствующего народа. И это не какое-нибудь «мелкое» упущение. Каждый день героической жизни нашей великой страны приносит нам новые и новые доказательства мудрости гениальных указаний Ленина об имеющемся в народе непочатом роднике талантов, «которые капитализм мял, давил, душил тысячами и миллионами» [370] .

Эти слова Ленина относятся к началу 1918 г. А к десятилетию октября уже совершенно ясно определились итоги ленинско-сталинской национальной политики, разбудившей дремлющие таланты всех народов нашего Союза. Эти итоги классически сформулированы товарищем Сталиным:

«Раньше «принято было» думать, что мир разделен искони на низшие и высшие расы, на черных и белых, из коих первые неспособны к цивилизации и обречены быть объектом эксплоатации, а вторые являются единственными носителями цивилизации, призванными эксплоатировать первых. Теперь эту легенду нужно считать разбитой и отброшенной. Одним из важнейших результатов Октябрьской революции является тот факт, что она нанесла этой легенде смертельный удар, показав на деле, что освобожденные неевропейские народы, втянутые в русло советского развития, способны двинуть вперед действительно передовую культуру и действительно передовую цивилизацию ничуть не меньше, чем народы европейские» [371] .

Эти итоги подтверждаются всей логикой подлинно-научной (неизвращенной) генетики и вдребезги разбивают расистские утверждения фашистских и фашиствующих генетиков.

2. Вопросы патологии. В буржуазной антропогенетике нередко имеет место тенденция преувеличивать роль наследственных факторов в этиологии болезней и соответственно преуменьшать роль среды. Особенно усердствует в этом отношении фашистская антропогенетика Германии, а также школа Пирсона. Классовая природа этой тенденции ясна: пропаганда подобных взглядов призвана отвлечь внимание трудящихся от тех социальных факторов (эксплоатация пролетариата, нищета народных масс и т. п.), которые лежат в основе массовой заболеваемости и смертности трудящихся.

Нечего доказывать, что советской генетике принципиально чужда эта тенденция. Вместе с тем очевидно, что именно в Советском Союзе получает широкое развитие изучение генетики болезней человека, поскольку это изучение помогает медицине в деле выяснения этиологии, механики развития, диференциации, начальных форм болезней и др., что дает врачам действенное орудие, ничего общего не имеющее с фашистскими методами стерилизации и т. п.

Говоря об указанных выше двух реакционных извращениях генетики, необходимо особенно подчеркнуть то обстоятельство, что при постановке соответствующих исследований, долженствующих эти утверждения доказать (как и вообще в антропогенетических работах буржуазных ученых), упускается, между прочим, из вида то совершенно элементарное с точки зрения теоретической генетики положение, что соотносительная роль наследственности и среды конкретна в том смысле, что для разных популяций, в разных условиях их существования, роль наследственности и среды в изменчивости какого-либо признака не обязательно остается одной и той же, а может существенно меняться. Отказ от учета этого обстоятельства может привести (и на практике нередко приводит) к грубым искажениям действительности. И следует подчеркнуть, что не случайно именно на долю советской антропогенетики выпала задача разработки этой стороны деда.

3. Вопросы идеологии и содержания сознания вообще. Один из коренных пороков буржуазной антропогенетики заключается в том, что идеология также трактуется как биологическая resp. фенотипическая черта, причем ищут (и «находят») роль генотипа в ее формировании. Следует отметить, что это извращение науки свойственно не только заведомым реакционерам: нельзя обойти молчанием то обстоятельство, что даже сравнительно близкие нам ученые склонны иногда к подобного рода утверждениям.

Наша точка зрения по этому вопросу совершенно ясна: для нас ясно, что идеология целиком и полностью социально обусловлена, что она ни в какой степени не связана с наследственностью и что выводы о роли последней основаны на грубых ошибках в постановке соответствующих исследований.

4. Вопросы развития человеческого общества. Здесь пропасть между нами и буржуазными генетиками заключается в том, что последние нередко отводят естественному отбору решающую роль в развитии человеческого общества. В частности, это делается также для объяснения причин господства империалистических стран над колониями и буржуазии над трудящимися: в том и в другом случае естественный отбор и выживание наиболее приспособленных якобы явились причиной господства одних над другими. Не следует, впрочем, думать, что реакционные буржуазные ученые всегда последовательны в этом утверждении: когда, например, нужно доказывать необходимость стерилизации «неполноценных» людей и тому подобных мероприятий, тогда естественный отбор куда-то исчезает и появляются жалобы на то, что именно его отсутствие заставляет прибегать к этим мероприятиям.

Вряд ли есть необходимость детально излагать здесь нашу позицию в этом вопросе, поскольку это уже достаточно подробно освещалось в нашей литературе. Не приходится, конечно, сомневаться в том, что в крайне ограниченных пределах отбор имеет место и в современном человеческом обществе (уничтожение, например, летальных мутаций). Но думать поэтому, что естественный отбор есть хоть в какой-либо мере двигатель в развитии человеческого общества, – это значит устремить свое внимание на одно карликовое деревцо и не заметить всего леса в целом. Лучше всего наша точка зрения может быть выражена словами Энгельса: «Стоит только взглянуть на предыдущий ход истории как на непрерывный ряд классовых битв, чтобы понять всю поверхностность понимания этой истории как незначительной вариации проявлений “борьбы за существование”» [372] .

Из всего сказанного ясно видна та пропасть, которая отделяет нас от буржуазных генетиков в вопросах наследственности и среды. Ясно совершенно, что необходимым условием для развития советской антропогенетики является беспощадное разоблачение всех вышеизложенных теорий, поскольку хотя бы даже незначительная примесь их не может не являться тормозом действительного движения вперед.

Последние два-три года углубили пропасть между советской и частью буржуазной антропогенетики, той ее частью, которая, доведя до абсурда вышеуказанные извращения науки, сделала их главным теоретическим орудием для палаческой деятельности германского фашизма.