Чтение онлайн

В части 1 ст. 200 АПК РФ также содержится оговорка «если иной срок не установлен федеральным законом». Однако федеральными законами иные правила не установлены. Об этом говорится и в письме ВАС России от 25 мая 2004 г. № С1-7/УП-600 «О федеральных законах, применяемых арбитражными судами в соответствии с содержащимися в АПК РФ отсылочными нормами» [34] .

В соответствии с ч. 2 ст. 200 АПК РФ арбитражный суд извещает о времени и месте судебного заседания заявителя, а также орган или должностное лицо, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), и иных заинтересованных лиц. Неявка указанных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела, если суд не признал их явку обязательной.

В части 3 ст. 200 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд может признать обязательной явку в судебное заседание представителей государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, принявших оспариваемый акт, решение или совершивших оспариваемые действия (бездействие), и вызвать их в судебное заседание.

Представляется целесообразным привести правовую позицию КС России, выраженную в определении от 24 января 2006 г. № 8–0 [35] в отношении нормы ч. 3 ст. 200 АПК РФ:

решение вопроса о необходимости явки в судебное заседание представителей государственного органа, должностного лица или иного органа или лица, указанного в ст. 200 АПК РФ, принявших оспариваемый ненормативный правовой акт, решение или совершивших соответствующее действие (бездействие), относится к компетенции арбитражного суда и осуществляется на основе анализа оспариваемого ненормативного правового акта, решения или действия (бездействия) государственного органа, должностного лица, органа местного самоуправления, иного органа или должностного лица и содержания иных представленных заявителем документов;

признание арбитражным судом явки указанных лиц в судебное заседание обязательной или необязательной зависит от обстоятельств, которые судья арбитражного суда на стадии подготовки дела к судебному разбирательству сочтет имеющими значение для правильного рассмотрения и разрешения дела;

закрепление подобного права судьи в нормах АПК РФ вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Как установлено в ч. 4 ст. 200 АПК РФ, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании:

осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту;

устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие);

устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Следует иметь в виду, что суды не уполномочены проверять целесообразность решений налоговых органов (их должностных лиц), которые действуют в рамках предоставленных им законом дискреционных полномочий. Об этом говорится, в частности, в определении КС России от 16 марта 2006 г. № 70-0 [36] . Как указал КС России, вместе с тем необходимость обеспечения баланса частных и публичных интересов в налоговой сфере как сфере властной деятельности государства предполагает возможность проверки законности соответствующих решений, принимаемых в ходе налогового контроля.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Однако там же, в ч. 1 ст. 65 АПК РФ, а также в ч. Зет. 189 АПК РФ, в качестве общей особенности рассмотрения дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, установлено, что обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Соответственно, в ч. 5 ст. 200 АПК РФ на основании данных норм закреплено, что обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В части 6 ст. 200 АПК РФ предусмотрено, что в случае непредставления органом или лицом, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), доказательств, необходимых для рассмотрения дела и принятия решения, арбитражный суд может истребовать их по своей инициативе.

Необходимо также учитывать, что в п. 7 ст. 3 НК РФ установлена презумпция невиновности налогоплательщика: все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сборов).

КС России в определении от 16 октября 2003 г. № 329-0 [37] указал, что по смыслу положения, содержащегося в п. 7 ст. 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством. Изложенные правовые позиции нашли отражение в сохраняющих свою силу решениях КС России (определения от 25 июля 2001 г. № 138-0 [38] и от 4 декабря 2000 г. № 243-0 [39] ). Разрешение же вопроса о добросовестности либо недобросовестности налогоплательщика при исполнении им налоговых обязанностей как связанное с установлением и исследованием фактических обстоятельств конкретного дела относится к компетенции арбитражных судов или судов общей юрисдикции.

В определении от 18 января 2005 г. № 36-0 [40] КС России указал на недопустимость универсализации выводов, содержащихся в определении КС России от 25 июля 2001 г. № 138-0. В этом определении КС России, констатировав, что в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков, указал следующее:

исходя из этой презумпции в п. 3 мотивировочной части Постановления КС России от 12 октября 1998 г. № 24-П [41] специально подчеркивается, что конституционные гарантии частной собственности нарушаются повторным списанием налогов в бюджет с расчетного счета только добросовестного налогоплательщика;