Чтение онлайн

– Я не знала, что едем за город сегодня, - заметила удивленно, подходя к его автомобилю. Темный, тонированный внедорожник. Надежный и опасный. Папино влияние так и ощущается, хотя папа нынче больше предпочитает пикапы.

??????????????????????????

– Ты слишком много работаешь, милый ребенок. Канун Нового года же, - улыбнулся Тимур, кивая, чтоб ныряла в салон.

Я бросила взгляд на мигающие огоньки и меня осенило. Действительно же. Тридцатое. Вся эта неделя пролетела как день.

– А за Костей заедем?
– спросила, пристегиваясь.

– Костя уже на месте. Поехал раньше, повез Глеба и Марину. Я задержался по делам и сын доверил мне самое ценное, - Тимур посмотрел на меня и улыбнулся такой улыбкой, что мои щеки самовольно зарделись, и я застенчиво потупила взгляд.

Я не знаю, как мама могла противостоять ему. Он всю жизнь со всеми разговаривал, как будто флиртуя. Даже с папой и дядей Глебом.

– Нужно было ему позвонить и предупредить, я бы не задержалась.

– И оставила этого бедного песеля без помощи перед праздниками? Нет, мэм, я не так хладнокровен. И не спешил, так что... Единственное, что мне не нравится, это синяки под глазами на этой божественно красивой мордашке.

– Вы точно знаете, как заставить девушку краснеть, - хмыкаю, второй раз вспыхнув, а он смеется на весь салон в ответ.

– Даже не пытался, - качает головой.
– К тому же, ты прекрасно знаешь о моих возвышенных чувствах к тебе, будущая мать моих внуков...

Серпом по яйцам. Я не заметила, как у меня нервно дернулась скула. А он заметил.

– Цветочек?

Я делаю глубокий вдох, а затем максимально ровно выдыхаю.

– Я задел оголенный нерв?

– Вам бы в полицию, к Глебу, преступления раскрывать, - говорю негромко, пальцами постучав по ноге.

На какое-то время повисает молчание. При всей его наблюдательности, его тактичность никуда не делась. Он не бьет неудобными вопросами в лоб, как это делает папа. Он дает мне время заговорить самой.

– Если тебе неудобно, мы можем ехать в тишине или включить радио, - говорит в конце концов, но я вижу, как напряженно его пальцы при этом стиснули руль.

Это действительно неудобно. Странно. И неуместно наверное. Но я вдруг чувствую, что меня вот-вот прорвет. Я не знаю, в чем дело. Наверное в том, как бесконечно добр и терпелив он всегда был ко мне.

– Мы пытаемся завести ребенка. И у нас ни черта не получается. Вот, сказала.

Сказала. И закусила губу от досады.

– Знакомо, - голос отца Кости звучит медленно, спокойно и сопереживательно.
– Мы прошли немало неприятных моментов, пытаясь понять, что не так, когда пытались завести второго ребенка.

– Вы узнали?
– повернула я голову к нему.
– Почему не получилось?

Мужчина смотрит перед собой, усмехается, но усмешка совсем невеселая.

– Знаешь, когда мы стали узнавать, почему не получилось, у нас скорее возникли вопросы, каким чудом у нас получилось зачать Костю.

Я удивленно приподняла брови, не понимая. А он чертыхнулся.

– Признаться, никогда не думал, из всех людей, что буду вести подобную беседу с тобой.

– Если вам некомфортно...

– Цветочек, - усмехается, стрельнув взглядом в меня.
– Мне нормально. За твою тонкую душевную организацию переживаю.

– Уверяю, не стоит, - я выдавила из себя циничную усмешку, - ничего тонкого там не осталось. Ошметки обросли броней.

– Плохо, - комментирует тут же, бросив еще один внимательный взгляд на меня.
– А что хуже всего, что мы все это пропустили. Права была Марина, не нужно было вас в город отпускать.

– Город не при чем. Напротив. Так проще... Все клиники под носом. Все плохое случилось задолго до переезда. Теперь это лишь... борьба с последствиями.

– Плохое случилось?
– уточняет, насторожившись.

– Выкидыш, - говорю как есть.

– Блядь.

Снова повисает тишина, которую прерывает лишь легкий шум зимних шин, выполняющих сцепку с заснеженной средне-расчищенной дорогой.

– До Марины у меня был... скажем так, богатый сексуальный опыт, - нарушает первым тишину.
– Жена привыкла вкалывать с молодого и ты сама видела ее в баре. Ей если ящик предложишь поднести, она оскорбляется. Все сама. Не лучшая комбинация, правда?

Я киваю. Да, тетя Марина такая, как он описывает.

– А Костик... продукт бутылки шотландского виски и пьяной ночи на усадьбе. Твой папа был в больнице, Маргарита под присмотром бабушки Елены в городе, мы поехали проверить, как дела на усадьбе с нашим отъездом, и несколько увлеклись. Столько всего тогда навалилось, и хотелось отключиться и забыться. Не думать ни о чем. Ну и...

– Судя по всему, получилось, - улыбнулась я уголками губ.

Я благодарна той бутылке виски. Благодаря ней у меня есть лучшая половинка.

– Второй раз такой трюк не сработал, - говорит он тут же.
– Да и вообще, не знаю, хорошая ли идея напиваться в таком важном процессе.

– Не напиваться, - улыбнулась я.
– Расслабиться. Я не могу. С тех самых пор, как...

Я не вдаюсь в подробности, да и вижу по тому, как сошлись его темные брови, что не надо.

А я тем временем начинаю понимать. Вспоминать и понимать. Мы с ним оба не могли понять, как умудрились зачать, а ответ был на поверхности. Тогда мы умели расслабляться и наслаждаться друг другом. Период... когда мама и Катя уже родили, все как-то забылось, выдохнулось, страх залететь отступил. Ночи с кричащими младенцами дома закалили, и приезжая в город мы просто отключались от всего. Оставались вдвоем. И наслаждались друг другом. Занимались любовью всю ночь напролет. Не сдерживая желаний, рыков, стонов.

А потом возвращались к будням. Учебе и работе. И даже не подозревали, что там уже был он, безбилетник вроде моего Котика. И я на учебе и в конюшне с ведрами с водой, кормом и прочим, а потом еще и верхом на лошадях, которая не дала ему шанса даже зацепиться внутри.

Права была изначально. Я виновата. Этого не перепишешь. Но и казнить себя до конца дней глупо. Застряв в прошлом не будет будущего. Меня вдруг как ото сна встряхнули.

– Тимур?
– позвала я и улыбнулась, когда он бросил на меня взгляд.
– Спасибо.