Чтение онлайн

Бобр даже решил сделать привал в сгущающихся сумерках, чтобы затем идти всю ночь. Так незаметно сталкер понял что он теперь ночное существо, теперь он ближе к Зоне, чем к большинству людей в ней, «зато ночью можно такое посмотреть, что никто не видел» — грустно успокоил он сам себя, переживая свою вынужденную обособленность от сталкеров, и остро чувствуя необходимость хотя бы с кем-нибудь поговорить. «Хоть бы излом какой попался, что — ли» — поймал себя на мысли Бобр, но тут же отмахнулся от нее, «чего с ними разговаривать? У них же своего нет, только то, что подслушали, да и это не нужно… а вот так чтоб по душам… эх, как там мой друг Древень? Целую вечность мы с ним не говорили, теперь бы я точно мог бы ему больше рассказать» — мечтательно думал сталкер, сворачивая с небольшой подлесок, издалека приметный как гиблый и не хабаристый для обычного сталкера.

Множество мелких, но смертельных гравитационок, несколько пятен зыби, шириной не более метра, грибы-невидимки, тускло светящиеся в недоступном для человеческого глаза спектре, в общем, заходить сюда нечего, а зайдешь, не выйдешь. Именно поэтому сталкер свернул сюда, где быть не может людей.

Но на то она и Зона, чтобы всегда иметь свои планы на все и вся, находящихся в ее пределах. В чаще находились люди, не какие-то обычные, а долговцы, девять человек. Разглядев красные долговские шевроны на бронекостюмах и окаменев от неожиданности, заодно потеряв дар речи Бобр встал, хватая ртом воздух, ошалело пытаясь понять как же это он мог проворонить такое? Но прошла минута, две, три, ничего не происходило, люди занимались своими делами, что-то подбирали с земли, что-то делали, костра не разводили, не разговаривали. Спустя еще несколько минут, Бобр с болью в сердце разглядел скрывавшийся среди обычных битых Зоной и мутировавших деревьев, дерево-кукловод. Его кожистые листья темно-зеленого, ближе к синему окраса, покрытые сверху серым налетом, приглушающим цвет листвы, прорисовывались среди листвы обычных деревьев. Ноги Бобра подкосились, он сел на землю, девять человек! Девять человек просто зашли в лес и не вышли, что они здесь искали?! Мутанта, хабар, тайник??? Молча наблюдая за картиной, пародией на живую жизнь, он только теперь разглядел, что движения у тел дерганные, а сам процесс просто повторяется. Вот тот сидящий на бревне с равными промежутками времени тянется к грудному карману, словно за пачкой сигарет, но ничего не достает, вот там два других ходят по кругу, время от времени наклоняясь к земле, еще несколько человек мелко шевелятся, создавая иллюзию осмысленной жестикуляции. «Минутку!» — вскинулся Егор, «я же видел это дерево!». Бобр однозначно вспомнил, что когда-то на границе Пустоши и Диких территорий, тогда он видел это же дерево, и девять тел в земле неподалеку от него же, на глубине метра, человеческих и здоровых. Он мог поклясться, что это то же самое дерево, но место другое, и те девять тел, которые были в земле, которых то ли выращивало, то ли питало дерево-кукловод… остались на прежнем месте, вылупились и ушли? Ведь здесь он воочию видит долговцев! «А как же долговцы не вытащили своих по сигналам ПДА?» — внезапная догадка мелькнула в его сознании — «их не нашли потому что у них нет ПДА, а ПДА у них нет, потому что это дезертиры, а дезертиры они потому что не долговцы, а засланные с Большой Земли той самой трехнутой организацией спецы. Так вот вы кто…» — кивая самому себе проговорил сталкер.

— Не ушли от Зоны, ребятишки? — спросил он их в полголоса, медленно вставая и осторожно приближаясь к дереву, граница влияния которого начиналась с нескольких белых корешков торчащих из земли в десятке метров от дерева как постовые. «А вот твои глаза и уши — подумал он сталкер — глядя на медленно обращавшиеся к нему несколько сантиметровые выросты, — или это просто уши, а глаза …» — почему-то Егору не очень захотелось продолжать эту мысль, поскольку дерево с глазами даже для него было чересчур. Стараясь не делать резких движений, он снова пересчитал и рассмотрел людей. Да, несомненно, это были долговцы, явно не новая бронька, с редкими местами пулевых попаданий, несколько разрывов на голенищах, тушканы или кто там еще и подбитые кислотами берцы, выдавали в них загоняемых людьми и мутантами путников. — Минутку, так вас же десять было? — снова обратился к ним сталкер, а где десятый? Ушел или погиб? Хм… а куда те девять из могилок подевались? — спросил уже у дерева сталкер, неуютно чувствуя себя от дергающихся и кривляющихся поблизости тел, в уши которых, матово поблескивая в сумерках, входила тонкая словно леска нить дерева, управляющая телами. Внезапно один из стоящих и якобы разговаривающих с другими долговцами человек дергано развернулся и ломанной походкой медленным шагом направился к сталкеру. Бобр замер. Не дойдя до него несколько метров, остановившись ровно между двумя торчащими из земли корешками он повернул свое ободранное и начавшее покрываться плесенью лицо к сталкеру. Отрыв ранее полуприкрытые глаза, тело начало гримасничать и шипеть, подкрепляя свои попытки разговора разводящимися и сводящимися руками. Внезапно сталкеру показалось, что долговец не мертв, или точнее, что часть его сознания высосанная деревом вновь вернулась в тело, но тело уже стало непригодным для использования и дух самого человека вернувшись в тело осознал эту картину. Немая горечь и боль утраты мелькнула в глазах мертвеца, гримасничая и однообразно разводя и сводя руки мертвец вновь впал в небытие, его взгляд потух, сталкер на шаг отступил от мертвеца. — Я, пожалуй пойду, — сказал он глядя в никуда. — Да. Наверное, мне пора.

Развернувшись, Бобр побрел вон из леса с ее немыми обитателями и зловещим хозяином. Потребность в привале отпала сама собой. К этому времени сумерки уже достаточно сгустились, и он направился в сторону Темной долины, чтобы уже через нее выйти на территории близкие к кордону. Уверенно двигаясь по Дикой Территории, сталкер обходил заброшенные и разрушенные здания, депо, стараясь держаться вдоль наезженной долговцами тропы. Несколько раз в самом начале почти нос к носу он сталкивался с кровососами, те почувствовав нечто, исходившее от человека в комбинезоне Сева с открытым забралом, старались скорее уступить дорогу, в прочем не входя в режим невидимости. Это привело сталкера в веселое расположение духа. Несколько сутулых мутантов, похожих на распаренных бородачей выскочили из полуразрушенной баньки в какой-то разрушенной деревне и гуськом перебежали в соседний дом, не хватало разве что тазика и веничка, прикрывающих причинные места сзади и спереди. «Ну-ну — подумалось сталкеру — баба на поветрии, от нее даже мутанты бегут!». Легкомысленно присвистнув им вслед, чем заставил последнего из трех забегающих в дом кровососов высунуться наружу и выжидательно уставиться на человека, сталкер спешно замотал головой, отказываясь от контакта. Рыло мутанта исчезло в домике. Но видимо что-то такое исходило от сталкера, идущего оттуда из глубокой Зоны, что побуждало всех местных мутантов, не показываться ему на пути. Еще пару часов никто не пересекался с ним, хотя в кустах вдоль дороги и вообще повсеместно слышны были движения, рыки и топот. Несколько раз ночь нарушали автоматные очереди, заставлявшие сталкера вздрагивать и оглядываться. Наконец около трех часов ночи он увидел близкий костер, недалеко от какого-то заболотившегося озерца, еще не входя в прямой визуальный контакт, он распознал двух молодых человек, мужчин. Оба не спали и тихо разговаривали, прикрыв костер с двух сторон бревнами, чтобы приглушить отсветы, судя по всему, настроены они были миролюбиво. Поколебавшись, Бобр ругнулся про себя на свою начавшуюся шизофрению по страху людей и нарочито кашлянув и хрустнув ветками вышел к костру с незакрытой бревнами стороны. Так чтобы его можно было сразу разглядеть. При первых же нарочито издаваемых шумах оба тела прыгнули за бревна и, ощетинившись дробовиком и АК, встретили гостя.

— Здорово, мужики — растерялся Бобр, глядя на два зрачка вороненой стали смотрящих на него из — за баррикадки.

— Стой, не шевелись, руки в стороны — раздалось из-за бревна испуганный голос, желавший казаться мужественным и смелым.

— Не шевелюсь, ребята. — согласно ответил Егор, внутренне ругая себя, теперь уже за то что вообще сунулся к костру. Хотя судя по пси фону, обоих человек, стрелять им не хотелось, но это же люди. А люди могут делать то, что им не хочется, причем, иногда думать, что именно этого им и хотелось.

Две фигуры по очереди встали, держа гостя на прицеле. Один был одет в обычный сталкерский комплект новичка, а другой, тот который судя по голосу был более испуган накинул бандитский каштановый плащ, но бандитом не был.

— Ты кто такой? — спросил более решительный голос.

— Человек. — ответил Бобр уверенно.

— Это я вижу, что человек. Кто я спрашиваю?

— А… Бобр, сталкер. Вольный.

— Бобр?! — удивился сталкер с автоматом и поплотней прижал автомат к щеке— Бобр же сгинул, дней десять назад.

«Всего-то десять дней» — разочарованно подумал сталкер, всего десять дней как зомби с его ПДА умер окончательно и весть об этом разнеслась по сети. А казалось что прошла уже целая вечность, ну если не вечность то целая жизнь, и тот Бобр, который был неделю назад стал еще дальше от того кем он считал себя раньше.

— Да нет, живой я… — сгорбившись ответил Бобр.

— ПДА где, оружие? — спросил другой в плаще.

Егор растеряно обернулся, словно действительно пытаясь найти потерянно оружие.

— Не знаю, не помню… — ответил Егор, понимая, что его спонтанное желание выйти и поговорить с людьми было глупостью. А само поведение вряд ли отличает его от излома или от шатуна. — Блин ребята, не помню ничего, — продолжил он, понимая что если сейчас попросит еды, то точно может напроситься на заряд дроби в голову, поскольку теперь он сам себе напоминал мутанта, вышедшего к людям и растерявшегося от непредвиденного развития события и вопросов к которым он не был готов.

— Постой… ну-ка повернись… — сказал тот, что с автоматом и в обычной сталкерской куртке, подсказывая направление поворота дулом автомата так, чтобы вышедший стал к нему немного в профиль. Несколько секунд длилось гнетущее затишье и напряженный взгляд целящегося человека. — Не может быть… Да ну!? Это же в правду Бобр… Бобр, это я Молоко, помнишь?! — воскликнул сталкер, отодвигая от лица автомат, отчего его лицо тоже стало видно в свете костра и появились знакомые черты новичка из деревеньки на Кордоне, что возле берлоги Сидоровича.

Внезапно Бобр ожил, словно другой мозг, обычный человеческий в котором отложились людское, братское свет и тепло, памятные попойки возле общего костра, общий стол, где каждый выкладывает не скупясь и хлеб и соль и душу, вдруг все звуки и воспоминания разом обрушились на сталкера. Разглядев и наконец-то действительно узнав знакомые черты лица новичка, к горлу Егора подкатил комок, на глазах выступили слезы, голос предательски задрожал.

— Ребята… — только и смог выговорить он.

— Э… эй мужик, ты чего?! — растерялись сталкеры, вдруг перестав быть грозными. — … не надо плакать. — кинулись к нему одновременно оба. — это же я, Молоко, — обрадовавшись и сдерживая неизвестно почему выступившие и у него слезы радости подхватив его под локоть начал приговаривать сталкер с АК. — а это Гара, напарник мой, мы с ним вместе в деревне дежурили, помнишь, Бобр? Ты чего?! А помнишь ты меня заставил в погреб лезть, крыс гонять? — разволновавшись заторопился Молоко, — а, Гара пошел мне помогать… Ну не плачь, Бобр, не плачь. — слезно просил его новичок, видя в каком положении пришел к ним опытнейший и бывалый по сравнению с ними сталкер. Тот сталкер, который в одиночку расправился с болотным кровососом, к которому сам Сидорович располагал особым доверием, и отправил его в ту ходку на Янтарь, откуда он пришел как теперь оказалось живым, но видимо это была его последняя ходка.

— Надо же как Зона — то мужика сломала. — в благоговейном ужасе прошептал Гара, теперь уже повесивший дробовик через плечо и под локоток помогавший усадить сталкера на чурбан. — на водки хлебни, — дрожащей рукой протянул он сталкеру фляжку. Полными состраданиями глазами он следил за тем, чтобы Бобр сделал несколько глотков. Но водка не пошла в сталкера, слишком высоко задрав голову он поперхнулся и, разбрызгав жидкость, вернул фляжку владельцу. Гара, автоматически приложился к горлышку и, не спуская глаз с Бобра, сделал несколько больших глотков, после чего выдохнул и полез в карман за занюшкой.

— Чего дать тебе Бобр? — суетился Молоко, — кушать хочешь? Водки? Может горячего чего? Мы мигом, ты только это… держись…

Егор, слабо улыбнулся, минутный душевный порыв, заставивший его утратить контроль над собой отпускал.

— Мне бы чайку. — улыбаясь одними губами попросил он.

— Чайку? Ага, сейчас — выдохнул молодой. — Ну че ты стоишь!? — накинулся он на Гару в оцепенении стоявшего и расширившимися глазами смотревшего на гостя. — Давай быстренько воду, я костерок щас расшевелю, не видишь человеку плохо.