Защитник
Шрифт:
— Я удивлён, что ты продержался так долго, — снова кричит Майк, и на этот раз он звучит гораздо ближе. Он движется в нашем направлении.
Я беру лицо Райли и удостоверяюсь, что полностью завладел её вниманием.
— Беги прямо через поляну. Там сарай. Спрячься внутри и жди меня.
— Нет! — срывается с её дрожащих губ. — Я не пойду без тебя, Гриффин.
— Я должен убить его или он убьёт нас. Мы не можем сбежать от него. Мне нужны ответы, и они есть только у него. Беги как можно быстрее. Чарли останется с тобой. Я приду за тобой.
Она берёт меня за запястья, и я вижу, что она хочет бороться со мной, но также она понимает, что нам нужны ответы.
— Пообещай, что придёшь за мной.
Я хреново даю обещания. В последнее время я просто не могу их выполнить.
Я чувствую, как она дрожит в моих руках. Я чувствую, как её ледяные пальцы сжимают мои запястья. Я чувствую её тёплое дыхание.
Она жива, и я сделаю всё, чтобы это так и оставалось.
Я целую её в лоб и шепчу:
— Я обещаю, — выдыхаю я в её кожу. — Я всегда буду рядом с тобой.
Она прерывисто вздыхает и взбирается по склону. Чарли с ней, и это меня немного успокаивает.
Райли оглядывается в последний раз, а затем вскакивает и убегает в темноту.
Я быстро встаю и несусь обратно через ручей. Я создаю как можно больше шума, чтобы Майк пошёл за мной и не заметил Райли.
— Я слышу тебя, — глупо поддразнивает Майк, выдавая своё местоположение.
Я подбираю камень и бросаю его вглубь деревьев, прежде чем спрятаться. Я слышу, как он подходит ближе. Он, как идиот, ведётся на самый старый книжный трюк — он идёт на звук камня.
Я медленно продвигаюсь вперёд и, держа пистолет обеими руками, направляю его прямо ему в голову.
— Кто ты и как связан с Волковым? — прежде чем покончить с ним, мне нужно получить ответы на эти два вопроса.
Он уверенно смеётся, что говорит о том, что он думает, будто я блефую.
Этот козёл думает, что я блефую после того, как он убил половину моей команды. Он так же глуп, как и они. Я ни за что не дам ему уйти.
— Михаил… меня зовут Михаил, — отвечает он, снова удивляя меня. Я думал, что мне придётся выбивать из него ответы. — Знаешь, как легко было изучить тебя, стать одним из вас? — его американский акцент испарился и теперь появился русский.
Пазлы медленно начинают складываться в моей голове.
Чёрт, он был хорош. Он водил меня за нос два года. Он всех нас одурачил.
— Я изучал тебя, Макгроу. Я изучал, как ты ходишь, как говоришь. Я целый год тренировался, чтобы стать одним из вас и приблизиться достаточно, чтобы убить каждого.
— Почему? — я выплевываю это слово, когда гнев гонит холод из моего тела. Мои руки чешутся нажать на курок. Больше всего на свете сейчас я хочу смотреть, как этот грёбаный мудак испускает последний вздох.
Михаил оборачивается, и я предупреждающе поднимаю пистолет. Он замедляет движения, но продолжает поворачиваться, пока не смотрит мне прямо в глаза.
— А чего ты ожидал, Макгроу? Ты убиваешь семью человека, а он не приходит за тобой? Сергей Волков — мой дядя. Тимофей Волков — мой двоюродный брат.
Михаил поднимает два пальца, печаль и гнев омывают его лицо.
— Татьяна Волкова — моя двоюродная сестра. Вот мы кто, — он протягивает вперёд руку, переплетая два пальца. — Мы были как родные брат и сестра, а ты… ты просто убил её. Ты убил всю мою семью и думал, что я не приду? Знаешь, каково это — хоронить всю свою семью разом? Боль настолько мучительна, что лишает тебя человечности.
Как бы я ни злился на него за то, что он убил тех, кого я люблю, я не могу отрицать, что понимаю, почему он это сделал. Я бы сделал то же самое с ублюдком, который убил мою семью. Я и собираюсь сделать то же самое.
Во мне борются понимание причин, по которым он совершил это, и просто желание выбить из него жизнь. Я хочу, чтобы он умер медленной и мучительной смертью. Я хочу отомстить за свою семью.
Но я не смогу забыть, что это всё моя вина. Я никогда не прощу себя за выбор, который я сделал, и за смерть, которая последовала за этим выбором.
— Сергей мёртв? — я должен знать. Я должен знать, жив ли он и кто были двое других мужчин, похожих на него.
— У него был двойник, которого он использовал для сделок с людьми, которым не доверял. У него был двойник из-за таких, как ты. Человек, которого ты убил на складе, не был Сергеем.
Я прекрасно понимаю, что он не ответит на мой вопрос. Я хорошо понимаю, как этот сукин сын делает это. Тот факт, что Михаил не говорит о смерти Сергея, означает, что он ещё жив, и это горькая пилюля.
Этот человек как грёбаный таракан — просто так не умрёт.
Во мне пульсирует сожаление. Сожаление от того, что взял на себя миссию. Сожаление от того, что самонадеянно полагал, что он уже мёртв. Сожаление от того, что изначально не сделал свою работу правильно.
Сожаление портит человека. Оно заставляет чувствовать отчаянное желание исправить то, что вызвало сожаление. Отчаяние делает тебя невнимательным, а невнимательность ещё больше всё портит.
Я скрежещу зубами, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Обычно у меня твёрдая рука, но впервые в жизни я начинаю дрожать. Я чертовски ненавижу, что этот ублюдок видит моё оцепенение. Ненавижу доставлять ему такое удовольствие.
— В тот день я похоронил своё сердце и душу. С тех пор я ходячий мертвец. Сначала я уничтожил твоего агента из ЦРУ. После этого тебя было легко найти. Тебе нужна компания получше, Макгроу.
— Письма, которые я отправлял в ЦРУ? — спрашиваю я, уже зная ответ, но мне всё ещё нужно услышать это от него.
— Были переадресованы мне. Было забавно наблюдать, как ты ломаешься под давлением.
Этот человек жмёт на все мои кнопки. Он просто продолжает наступать на меня, подталкивая ближе к краю.
Он делает шаг вперёд, заставляя всё моё тело напрячься. Он снова удивляет меня, роняя арбалет на землю. Он поднимает руки и сцепляет их за головой.
— Я хочу, чтобы ты убил меня, — говорит он, делая ещё один шаг вперёд. — Я хочу, чтобы ты смотрел мне в глаза, когда нажмёшь на курок. Я хочу, чтобы ты думал обо мне всю оставшуюся жизнь и помнил, что ты сделал убийцей невинного человека. Я был невиновен, но из-за того, что ты убил мою семью, я убил твою.
Я качаю головой, пытаясь осмыслить всё, что он говорит.