Чтение онлайн

«Милая Шарлотта, ты не должна ехать», — сказала Энн.

«Но как еще мы можем отыскать злодея?» — возразила я.

«Теперь мы знаем, что он в Корнуолле, — сказал папа. — Предоставь мистеру Слейду и его коллегам вести его поиски».

«Он может находиться где угодно на площади в тысячи акров, — сказала я. — Или же его там вовсе нет. Может быть, указания, ожидающие в Пензансе, прикажут мне отправиться в совсем другое место, где он поджидает меня».

«Мистер Слейд может перехватить эти инструкции», — сказала Эмили.

«Но что, если злодей пошлет подручного с приказом вручить инструкции только мне?» — сказала я.

«Мы будем высматривать на вокзале тех, кто может ожидать вас там, — сказал мистер Слейд. — А затем выследим его до его хозяина».

«Да, конечно, если вы его правильно определите, — сказала я. — Учтите, он может и не знать, где находится его хозяин, а просто получил приказ доставить меня куда-то, куда за мной пришлют еще кого-то».

«Он может направить нас к следующему звену цепи, ведущей к его хозяину», — сказал мистер Слейд.

«Если я не появлюсь, — сказала я, — злодей поймет, что его план сорвался, и спрячется еще глубже».

«Хуже того, он может догадаться, что Шарлотта его выдала, и начнет мстить», — сказала Эмили, неохотно становясь на мою сторону.

«Мы все окажемся в еще большей опасности, чем прежде». — Тревога омрачила лицо Энн.

«И никто не может опознать его, кроме меня, — сказала я. — Мне хотя бы знаком его голос».

Папа грустно кивнул, убежденный нашей логикой. Вместе мои близкие и я убедили мистера Слейда, что я должна поехать. Признаюсь, я пошла на это совсем по другим причинам, чем те, которые называла, и не только из желания защитить Британию. Хотя Изабель Уайт превратилась теперь в незначительную деталь куда большей картины, я по-прежнему чувствовала, что мой долг — добиться воздаяния за нее. Мое чувство долга включало и мистера Слейда. Если злодей останется на свободе, вину за это возложат на мистера Слейда. К тому же поездка в Корнуолл была единственным способом продлить наше знакомство.

Поэтому мы отправились в Лондон доложить наш план его начальникам и заручиться их помощью. Мы ожидали, что лорд Анвин займет враждебную позицию, и ошиблись. Убийства в клубе «Парадиз» возмутили высшие эшелоны правительства. От лорда Анвина требовали ареста виновника. Собственное благополучие заботило его куда больше моей безопасности, а желание заручиться благоволением вышестоящих пересилило страх, что мистер Слейд может снова его подвести. Поэтому он незамедлительно предоставил всех помощников и суммы, запрошенные мистером Слейдом.

Теперь, 20 августа, поезд приближался к Пензансу. Городок взбирался на холмы ярусами беленых каменных домов полукружием над бухтой Мон. Дамба тянулась к горе святого Михаила, скалистому островку, увенчанному замком. С крыш и в порту пронзительно кричали морские птицы. Кирпичные трубы вздымались над оловянным рудником. Серые тучи затягивали небо; флотилия рыбачьих баркасов покачивалась на свинцовых валах океана. В открытое окно лились запахи моря, рыбы и дегтя; вкус туманной мороси был соленым. Ужас заполонил меня, мешая дышать. На вокзале я осталась стоять на перроне среди горожан, говоривших на непонятном корнуоллском диалекте. Внезапно меня толкнул какой-то мужчина. Он сунул мне в руку квадратик сложенной бумаги.

— Прошу прощения, — сказал он.

Не успела я узнать его голос, как мистер Слейд уже исчез с такой быстротой, что я не смогла толком его увидеть. Я спрятала квадратик в карман и тут же услышала, как меня окликают по имени. Я обернулась и оказалась перед высоким мужчиной лет сорока пяти с расслабленной, чуть сутуловатой осанкой. Волосы его были белокурыми, черты лица красивыми, загородный костюм из твида — безупречного фасона.

— Да? — ответила я, запнувшись.

Мужчина улыбнулся и поклонился.

— Большая честь познакомиться с вами. Прошу, разрешите мне представиться. Меня зовут Тони Хитчмен. Мне поручено встретить вас.

Я сразу же поняла, что мистер Хитчмен не тот, кто прислал мне приглашение. Его дикция безошибочно указывала на принадлежность к высшим английским сословиям и была лишена даже легчайшего намека на акцент.

— Надеюсь, поездка была приятной, — сказал мистер Хитчмен.

Отвечая утвердительно, я рассмотрела его более внимательно. За его расслабленностью я ощутила настороженность хищного зверя, изготовившегося к прыжку. Улыбка его говорила о преступности натуры, что подчеркивал шрам, змеившийся по его левой щеке. Его светло-зеленые глаза были холодными, оценивающий меня взгляд слишком прямолинейным. В целом я сильно сомневалась, что мистер Хитчмен мог считаться джентльменом. Мое недоверие к нему даже превзошло то, которое должен был бы внушить мне любой другой пособник злодея, вынудившего меня приехать сюда. И я заметила, что недоверие это было взаимным.

— А это Ник, — сказал он, указывая на мужчину, топтавшегося возле нас.

Ник был очень смугл, его могучую фигуру облегала дешевая одежда, тяжелые веки прикрывали темные глаза. Он молча кивнул мне и взял мои баулы.

— Не откажите пойти вот сюда, — сказал мистер Хитчмен.

Все во мне восстало против того, чтобы пойти с ними… но я обещала вывести мистера Слейда на злодея. Содрогаясь от страха, я позволила Хитчмену проводить меня к карете. Ник приторочил мой багаж и взял вожжи. Хитчмен сел рядом со мной. Карета кружила, поднимаясь по кривым проулкам мимо рыбацких домишек и кирпичных лавок. Ниже нас я увидела суда и суденышки, ютящиеся в порту, и красивый променад вдоль берега.

— Вам уже приходилось бывать в Пензансе? — осведомился мистер Хитчмен.

— Нет, — ответила я, борясь с желанием взглянуть назад, проверить, следует ли за нами мистер Слейд.

Пока мы ехали по городу, любопытство было пригасило мой ужас. Здесь мой дед по матери был купцом, торговавшим чаем и женившимся на моей бабушке, дочери серебряных дел мастера. После их смерти моя мать покинула Пензанс, и я ни разу не осмелилась побывать в этих краях. Я прикинула, нет ли среди людей на улицах каких-нибудь моих родственников, чьему знакомству я была бы рада.

— Что вам было сказано об условиях вашего найма? — спросил Хитчмен.

— Ничего, — ответила я. — Может быть, вы объясните мне, в чем будут заключаться мои обязанности?

— Вы будете учительницей.

Я и вообразить не могла, что мне предстоит вернуться к былой профессии!

— И кого мне предстоит учить?

— Сына моего партнера, — сказал Хитчмен.

Сквозь покров тайны, окутывавшей злодея, пробился лучик света. Теперь я знала, что у него есть ребенок. И я узнала, что Хитчмен не простой подручный, но сообщник злодея. Мое недоверие к Хитчмену и страх удвоились.

— И что мне предстоит преподавать? — осведомилась я.

— Английский, — был ответ.

Я начала подозревать, что у злодея есть в отношении меня иные планы, и мне оставалось только надеяться, что он будет схвачен, а я спасена прежде, чем я узнаю, каковы они.

Мы выехали из города по береговой дороге мимо холмов, поросших можжевельником и соснами, которые в сырой пасмурный день казались черными. Я услышала стук колес позади нас и приободрилась при мысли, что, конечно же, мистер Слейд не оставил меня. Мы свернули на проселок, который, петляя, спускался к узкому заливу; второй экипаж проследовал дальше по дороге. Искривленные кипарисы цеплялись за каменистые обрывы берега. Над морем на каменном выступе лепился одинокий дом. Отлив облизывал рифы. Толстые стены крытого шифером дома были гранитными, способными противостоять любому шторму. Он был квадратной формы, без каких-либо украшений, трехэтажный. Ник остановил карету возле примыкавшей к дому конюшни.