Чтение онлайн

Холодно и больно.

— Устроим пожар. Примитивный будет за девчонку.

— А она?

— А она за себя!

— Нет, так не пойдет… Я хочу взять ее с собой.

— Совсем спятил? На что она тебе?

— Я так хочу.

— Агрх! Упрямый папенькин сынок.

Потом были еще какие-то звуки и голоса, но я не обращала на них никакого внимания, полностью погруженная в собственный траур. Внутри было пусто и слишком горько.

Внезапно кто-то схватил меня за руки, вынуждая подняться с пола. Я испуганно дернулась и попыталась вырваться, но почему-то сил не хватило даже на то, чтобы сохранить равновесие. Ноги упрямо отказывались держать мое трясущееся тело в вертикальном положении. Когда я боязливо посмотрела в сторону удерживающего меня упыря, наткнулась взглядом на ледяные глаза Алекса.

В груди заклокотала жгучая ярость.

— Не трогай меня! — я вновь попыталась вырваться, ощутив прилив энергии. — Отпусти! Я ненавижу тебя!

Слезы полились с двойной силой, сопровождаемые громкими всхлипами. Алекс перехватил мои руки и развернул спиной к себе, прижав к груди. Я почувствовала его пальцы на шее, рыскающие в поисках нужной точки. Глаза расширились от накрывшего меня страха.

— Не надо! Не смей этого…

Весь мир резко потух, будто кто-то нажал на кнопку выключателя света, погружаясь в глубокий черный. И я надеялась, что, когда этот кто-то решит вновь включить электричество, я с облегчением пойму, что это был обычный сон.

Вместо положенных нескольких минут отключки, я пребывала без сознания значительно дольше — по меньшей мере, часов восемь. Видимо, виной тому был стресс и подсознательное желание отгородиться от окружающего мира.

Или просто Алекс периодически зажимал мне сонную артерию, вновь и вновь заставляя погружаться в принудительный сон.

Иногда разум выходил-таки из анабиоза, и те моменты запечатлелись в памяти отдельными бессвязными картинками, не желающими складываться в одно полноценное полотно. Тусклый свет уличных фонарей и запах сырой земли. Кейси, катающаяся на папином велосипеде, и бесстрастные лица телохранителей блондина, которых осталось почему-то лишь трое. Холл мэрии с незнакомыми мне людьми и улыбка мамы. Утверждать наверняка, что из них было сновидением, а что — реальностью, я не могла.

Сквозь тонкую кожу век пробивался яркий солнечный свет, заставляя меня недовольно жмуриться и морщить нос. Это экзекуция продолжалась до тех пор, пока я, устав от такой изощренной пытки, не потянулась всем телом и не открыла глаза. А потом удивленно замерла, осматривая незнакомые кремовые обои, широкую раму окна с колыхавшимися занавесками и прикроватную тумбу. До сознания медленно дошло то, что кровать слишком мягкая, чтобы быть моей, а я — слишком убитая горем, чтобы вот так вот валяться в чужой постели и нежиться под солнечными лучами.

Резко села, почувствовав, как сжимается сердце, а по спине пробегает неприятный холодок. Будто вновь окунули забытые на время воспоминания, от которых остро захотелось спрятаться обратно в успокаивающую тишину. Потому что только там получалось поверить в нереальность происходящего.

Вдруг откуда-то из-за стены послышались чужие голоса, заставляя меня вынырнуть из апатичного состояния и принять ужасающую действительность.

Я в доме упырей.

Я судорожно вскочила с постели и оглянулась в поисках укрытия, потому что голоса с каждой секундой становились более отчетливыми и громкими. Помимо окна и тумбочки в комнате была и другая мебель, среди которой я сразу приметила большой шкаф. В два прыжка преодолев расстояние до него, я распахнула одну из дверцей и скрылась внутри, сев среди развешанных вещей. Через мгновенье дверь, ведущая в комнату, распахнулась, а я для верности зажала рот ладонями, не понаслышке знавшая об отличном упырином слухе. Сердце билось где-то в районе горла.

Сначала зашедшие молчали и вообще не издавали какие-либо посторонние звуки, что заставило меня вжаться в заднюю стенку шкафа еще сильнее. А потом знакомый голос сказал:

— Саманта, я знаю, что ты здесь, — слишком близко. — Выходи.

Я зажмурилась и замотала головой. Нет. Нет, отойди!

Дверца шкафа медленно отворилась, но я так и не раскрыла глаза, продолжая прижимать колени к груди и нервно мотать головой. Чужие пальцы коснулись руки, отчего я вздрогнула и разомкнула веки, затравленно вперившись взглядом в лицо Алекса.

— Не прикасайся, — прошипела сквозь зубы, пытаясь вложить во взгляд все, что чувствовала по отношению к нему. Алекс нахмурился и отстранил руку.

— Саманта, пожалуйста, выйди из шкафа.

— Я тебя ненавижу, — проигнорировав его слова, произнесла я.

— Я это уже слышал.

Алекс выпрямился и, слегка нагнувшись, протянул мне руку, на которую я посмотрела с нескрываемой неприязнью. Внутри неприятно затянуло тоской и глухой злостью. Я подняла взгляд на его лицо и прошептала дрожащим голосом:

— Как ты мог?.. Алекс, она ведь любила тебя, считала своим другом, а ты… — последние слова мне произнести не удалось, потратив все силы на сдерживание слез.

— О чем она говорит, Тай?

Я перевела удивленный взгляд на человека, стоявшего за спиной упыря, совершенно забыв о том, что он с кем-то разговаривал. Им оказалась девушка примерно моего возраста с короткими — по плечи — черными волосами, одетая в обычные шорты и белую футболку. Она в нерешительности стояла у двери, странно на меня косясь.

— Ни о чем, — отрезал Алекс, не отводя от меня напряженного взгляда.

— Не ври мне!

— Тесса, — предупреждающе протянул он и обернулся. Девушка сразу стушевалась, поджав губы и насупившись. — То, о чем говорит Саманта, все равно не правда.

Повисло напряженное молчание.

— Что?.. — пораженно выдохнула я, не веря услышанным словам. — Что ты сказал?

Алекс посмотрел на меня и произнес:

— С Кейси все в порядке.

Наверное, в тот момент я ощутила всю гамму чувств, которую испытывают вылечившиеся от смертельных болезней люди. Неимоверное облегчение, счастье, надежду и еще букет положительных эмоций, заставивших что-то внутри меня расколоться на части.

Но вдруг я замерла, почувствовав укол недоверия.

— Чем ты можешь это доказать? — подняла испытывающий, на грани истерики, взгляд на Алекса.

Если он сейчас не скажет то, что заставит меня поверить… Если даст шанс усомниться…

— Ты так просто поверила в то, что я убил твою сестру, а в то, что нет — не можешь? — усмехнулся он. — Неужели, ты забыла, что я тебе обещал?

Я на секунду застыла, переваривая то, что он сказал, а потом опустила взгляд и прикрыла глаза. Накрыло волной облегчения.

— Нет… Нет, не забыла… — абсолютная ложь, от которой стало легче.

Алекс дал мне какое-то время на то, чтобы я пришла в себя. Эмоции, которые я испытывала в последнее время, были настолько разнообразны и несочетаемы, что уместить их вместе казалось невыполнимой задачей. Я все еще не знала, где нахожусь и, что самой главное, зачем я здесь. Не знала, могу ли я на самом деле доверять Алексу, и кто эта Тесса. Не знала, что будет дальше…

Наконец, я медленно, будто оттягивая этот момент, поднялась на ноги и вылезла из шкафа, встав напротив Алекса. Поняла на него взгляд.