Чтение онлайн

— Что ты только что делал?..

— Проверял, можно ли учуять твой настоящий запах, — упырь сказал это так, будто не могло быть и других вариантов. — Не учуял.

— Отлично! — съязвила я. — Но я все равно смою с себя эту гадость.

— Саманта, не дури, — Алекс ненавязчиво взял меня за ладонь, не давая уйти в ванну, и даже от этого невинного движения я испуганно дернулась. Руку он тут же отпустил. — Забудь, что я сказал. Ты пахнешь просто замечательно… Розами.

— Розами? — скептически протянула я.

— Да! Ты уж прости, но я их терпеть не могу.

Его умоляющий взгляд заставил смягчиться. Тяжко вздохнув, я почесала лоб и сказала:

— Эх, да Армагеддон с ним! Показывай, что принес. А то меня уже тошнит от этого места.

К слову, в комнате Алекса я была не больше суток.

Я не ожидала, что воздух снаружи окажется настолько… непривычным. Он не был свежим, чистым, лишенным домашней пыли, как это было в Тиссе. Его нельзя было назвать даже душным. Здесь пахло сыростью, холодом и мурашками по коже. Я передернула плечами и пожалела, что надела такое легкое платье.

— Пойдем? — Алекс взглянул на меня вопросительно. Я коротко кивнула и спустилась за ним по невысокой ступенчатой лестнице, чувствуя себя неуютно. — Куда ты хочешь?

Мы шагали к кованым воротам через тот сад, что я видела из комнаты Тессы. Вблизи он не казался таким живым — цветы выглядели сухими и безжизненными, даже несмотря на их красочную расцветку.

— Туда, где меньше упырей и больше воздуха.

— Извини, но наверх пока рано, — усмехнулся он, а в моей груди что-то неприятно царапнуло.

— Жаль.

Ворота бесшумно открылись, как только мы подошли ближе. Чуть дальше, наверное, в метрах двадцати от границы особняка, начинался город. Я поняла это по кирпичным зданиям, дорогам, множеству спешащих куда-то упырей. Да, все это я так же видела сквозь окна дома, но вблизи это место казалось совсем другим. Будто между особняком и городом стояла невидимая стена, делящая пространство на две противоположности. Город кипел жизнью. Я мимолетно удивилась тому, что мы пытались как-то меня замаскировать — даже при большом желании на меня бы не обратили никакого внимания.

Я слышала множество запахов, начинающихся от выпечки и заканчивающихся приятным фруктовым парфюмом. Вслушивалась в разговоры, всматривалась в яркие вывески, чувствовала, как некоторые слишком спешащие по своим делам упыри задевали меня плечами, тут же спешно извиняясь. Я не понимала, куда мы идем — лишь бездумно следовала за Алексом, тянувшим меня за руку сквозь толпу. Город поглощал.

В какой-то момент Алекс дернул меня к себе, сокращая расстояние между нами, и шепнул:

— Сейчас обед, поэтому их так много. Через час будет свободнее.

— Обед? Они идут в столовые? — я оглянулась, будто пытаясь отыскать одну из них.

— Нет, — он улыбнулся. — У нас нет столовых.

Я удивилась. Нет столовых? А где же они тогда едят? Откуда берут еду?

— Чуть позже я покажу тебе, — пообещал он, будто прочитав мои мысли.

Внезапно перед нами остановилось нечто, заставившее мои брови изумленно поползти вверх, а пальцы — сильнее сжать ладонь Алекса. Но потом я поняла, что это нечто было ни чем иным как метобайком, какие были у тиссовских полицаев. Но данный экземпляр с оригиналом имел мало чего общего: задняя часть представляла собой двуместное сиденье, обрамленное дверцами и крышей. Алекс открыл передо мной белую дверь, и я заторможено села внутрь.

К нам обернулся водитель, вопросительно посмотрев через окошко.

— Городской музей, — сказал ему упырь, расслабленно откинувшийся на сиденье.

Музей. В Тиссе не было музеев, и про них я знала лишь из исторических книжек. Внутри разлилось приятное чувство предвкушения.

Я смотрела на проносящийся за окном город и удивлялась, как же два мира могут быть столь разными. Даже несмотря на то, что людей в Тиссе по моим меркам было не намного больше, он был тихим и спокойным. Тиссовцы не привыкли к энергичному образу жизни и даже в столовые шли не спеша. Словно муравьи — такими же монотонными рядами. И жили в своем сером муравейнике, бесцветном и блеклом. А этот город был ярким ульем. Каждый летал в нужном ему направлении, каждый сам выбирал себе цветок. И жужжал слишком громко. Но это по-настоящему поражало, я не могла отвести взгляд. И даже когда мы остановились, удалось опомниться только после прикосновения к плечу.

Здание музея было красивым, таким же, как и на картинках в учебниках. Величественные колонны, изумительная лепнина на стенах. Мы прошли по вымощенной булыжниками дорожке к массивным деревянным дверям. Алекс открыл их, и я пораженно замерла, как только переступила порог. Взгляд сразу приковала к себе статуя, стоявшая прямо в центре просторного помещения. Огромное дерево, упиравшееся своими ветвями в потолок и верхушки стен, было сделано из белого камня и подсвечивалось снизу и между струящимися вверх ветками. За счет этих огоньков оно казалось волшебным, будто из потустороннего мира.

Неожиданно перед нами материализовалась черноволосая девушка в строгом сером костюме. Она приветливо улыбнулась, пробежавшись по Алексу взглядом.

— Здравствуйте, меня зовут Ливия. Я могу провести для вас бесплатную экскурсию или вы желаете самостоятельно пройтись по музею?

Упырь слегка улыбнулся ей и сказал:

— Мы не откажемся от ваших услуг.

— Отлично! Как вас зовут? Мне будет удобнее обращаться к вам по именам, — ее улыбка стала еще шире, когда Алекс назвал свое имя, а потом Ливия перевела на меня свой взгляд.

— Саманта, — коротко ответила я, почувствовав себя неуютно.

Я не знаю, что стало причиной ее странного настороженного взгляда: моя относительная смуглость или то, что я стою рядом с Алексом, который выглядел по-настоящему хорошо. Но уже через секунду Ливия решила, что я не представляю собой ничего интересного, и поспешила начать экскурсию.

— Давайте пройдем к первому стенду.

Мы направились за ней к застекленной витрине, на которой лежали какие-то колбочки, шприцы и фотографии людей.

— Это — двадцать седьмая вакцина «Эволюции», которая стала впоследствии удачной и произвела после себя наш род. Первые девять образцов представляли собой совсем не то, что от них ожидали — люди попросту погибали в течение нескольких дней, а то и часов. Последующие семнадцать так же имели свои небольшие недостатки: от каких-то кожа подопытных плавилось, словно жир на раскаленной сковородке, после других люди сходили с ума от гиперчувствительности.

Ливия сделала паузу, пока мы рассматривали содержимое стенда. Вернее, я рассматривала его содержимое, а Алекс с интересом рассматривал меня, что немного напрягало. Наконец, девушка продолжила тем же приятным голосом, указав пальцем на один из снимков: