Чтение онлайн

— Он уже внутри?

Роан отвечает мне покачиванием головы.

— Мы подумали, что будет веселее дождаться зрителей, — я ухмыляюсь. Роан иногда может быть маленьким стервятником, но в нем есть умная, злая сторона, которая заставила бы большинство людей бежать в горы. Думаю, у всех нас есть такая сторона, просто некоторые из нас лучше ее скрывают… или, скорее, контролируют. Локлан больше всего похож на меня. Он крепко держит свою тьму в узде и позволяет миру видеть очаровательного паренька. Финнеас — чертова черная туча.

Наш отец был своеобразным человеком. Никогда не знали, с какой стороны к нему подойти. Возможно, именно это сделало его таким эффективным лидером, люди становились в строй, потому что невозможно было предсказать, какой Эйден Фокс появится, когда ты переступишь черту.

— Какое у него звание? — спрашиваю я, имея в виду человека, которого они взяли на улице сегодня, и который сейчас находится в скоростном катере с Финнеасом.

— Пехотинец, не очень важный, — Роан ухмыляется, словно знает, куда ведет ход моих мыслей. Я делаю это, чтобы остановить войну, но иногда кровь должна быть пролита во имя мира. Пусть будет, что будет.

В любой другой ситуации, я бы обрушил адский дождь на Братву. Но быть королем — это не значит, сколько крови врагов ты можешь пролить. Сильный король всегда делает то, что лучше для его королевства и народа. А войны чертовски дороги — как в деньгах, так и в крови.

Моя главная задача — сохранить свою королеву в безопасности и научить русских, что охотиться за семьей Фокс — дорогостоящая ошибка. И похоже, что урок вот-вот начнется.

По дороге светят фары двух больших внедорожников, мчащихся к нам. Мои люди выпрямляются и встают позади меня и братьев, их руки и кисти трогают штурмовые винтовки, перекинутые через грудь. Локлан не снимает куртку, чтобы скрыть тот факт, что его рука все еще в перевязи, но Роан снимает ее, показывая наплечную кобуру с двумя пистолетами.

Это дурной тон — являться на встречу с оружием в руках, поэтому я держу свой пистолет на поясе. Впрочем, мне плевать на этикет мафиози на этой встрече. Мы делаем им одолжение, мы не равны и не ищем переговоров. Я хочу, чтобы они знали, что идут по очень тонкой грани.

Из каждой машины выходят по три человека, и я смеюсь над тем, что Козлов и его секундант одеты в гребаные спортивные костюмы. Чертовы клоуны.

— Где мой человек, Фокс?

— Катается на лодке с братом, — я киваю головой в сторону залива.

— Скажи, почему я не должен убить тебя прям тут же, — рычит он, и я должен отдать ему должное: он человек убежденный.

— Козлов, я даю тебе возможность на всю жизнь — нет, на целое поколение. Потому что, если ты не заткнешься и не будешь слушаться, мы начнем войну, и тебя уничтожат. Вы стали мишенью для моей семьи, и я не могу этого допустить. Поскольку все это из-за недоразумения…

— Недоразумения? Ты лжешь…

Я выхватываю пистолет из-за пояса и направляю его одной рукой прямо на Козлова.

— Разве я не сказал тебе, чтобы ты заткнулся и слушал? Да ладно, старик, не верю, что у тебя проблемы со слухом, — его люди пытаются вытащить свои стволы, но Козлов мудро отмахивается от них.

— Вы уничтожили наш ресторан, мы уничтожили три ваших. Это обычная ссора, ничего личного. Но вот это, — я поднимаю вверх тыльную сторону своей татуированной руки, — и слухи о том, что я «Убийца из Джун-Харбор» полная чушь. И поскольку тебя сильно дезинформировали, я даю тебе шанс очухаться и позволить мне доказать, что это не я.

— Я не поверю ни единому слову такой змеи, как ты, — я смеюсь про себя над иронией того, что он назвал меня змеей, когда моя татуировка ясно показывает, что у змеи нет ничего общего с Лисом.

— Я догадывался, что ты так скажешь, — говорю я, и Роан что-то бормочет в рацию. Я слышу рев двигателя лодки. Через несколько секунд у Козлова в кармане звонит телефон. — Ты захочешь ответить.

Он поднимает телефон к лицу и отвечает на видеозвонок.

— Здравия желаю, — говорит мужчина на лодке с Финном.

— Ты в порядке? — отвечает Козлов на русском, и я стону, у меня нет времени на эти любезности.

— Да.

— Финнеас, просто покажи ему чертов контейнер, — кричу я.

На нашей стороне царит тишина, пока я внимательно наблюдаю за лицом Козлова, когда он видит, что находится внутри первого контейнера. Я знаю, что в тот момент, когда он поймет, его лицо исказится, а грудь надуется, как у быка. Затем его глаза расширяются, а губы сжимаются в плотную линию — должно быть, он заметил взрывчатку.

— На самом деле, я не прошу многого. Просто чтобы ты посмотрел несколько коротких видео. И вот стимул: если не будешь смотреть, я взорву ваш последний груз. А с тремя контейнерами я даже не могу представить, сколько миллионов в кокаине вы потеряете, — пожимаю плечами и делаю насмешливо лицо, когда он краснеет.

Его лицо искажается, и он делает несколько шагов ко мне.

— А, а, а, — говорю я, снова направляя на него пистолет.

— Они на безопасном расстоянии, — докладывает Роан, и я изображаю на лице улыбку.

— Ладно, Козлов, пора решать. Три, два… — я поднимаю брови и делаю паузу, давая ему шанс. — Один.

Секунды спустя контейнер с грузом взрывается. Я с ликованием наблюдаю, как его лицо мрачнеет, а руки сжимаются в кулаки.

— Ты можешь взорвать все мои запасы — мне плевать. Это не вернет ее, — ворчит он, и я вижу, что ему больно видеть, как его деньги буквально пылают.

Я не могу не оценить контраст между огненно-золотым огнем и чернильным индиго залива. Людям нравится говорить, что насилие уродливо, но эти люди никогда не ценили его как искусство. И прямо сейчас, держа яйца Братвы в тисках, я создаю шедевр.

— Эй, нет! — вопит Козлов.

— Что-то не так? — я засовываю руки в карманы и наслаждаюсь обременительным положением, в которое только что его поставил.

— Не смей, — он дрожит, а его люди за его спиной выглядят заметно встревоженными.

— Думаю, тебе лучше сделать правильный выбор. Три, два… — он сжимает челюсть так сильно, что, должно быть, трещат зубы, но рот остается твердо закрытым. — Один.

Бум.

Второй взрыв разрывает ночь, перекрывая разъяренный крик Козлова. Он смотрит на меня как на зло, но это он выбрал судьбу своего солдата, а не я.