Чтение онлайн

красиво боялся, признаю. Но все же боялся.

Я закрыл глаза. Я чувствовал неутолимое сопротивление деревьев, их недоверие к посторонним.

Я знал, что, если посмею открыть врата, роща будет уничтожена. И все же я собрал в себе всю

силу воли призвал к дару пророчества, заключенном во мне.

Я думал о Рее, королеве титанов, которая первой посадила эту рощу. Несмотря на то, что она

была ребенком Геи и Урана, что она вышла замуж за короля-каннибала Кроноса, Рея была мудра

и добра. Она родила новое, лучшее поколение бессмертных богов. (Говорю, как один из них.)

Она сочетала в себе все самое хорошее, что было в древние времена.

Да, она отошла от дел и открыла гончарную мастерскую в Вудстоке, но она все еще заботилась о

Додоне. Она отправила меня сюда открыть рощу, поделиться ее силой. Она не была той богиней,

которая верит в закрытые врата или табличкам "НЕ ВХОДИТЬ". Я начал негромко напевать

"This Land Is Your Land".

Кора потеплела под моими пальцами. Корни деревьев задрожали.

Я взглянул на Мэг. Полностью сконцентрированная, она стояла, опираясь на стволы и будто

пытаясь оттолкнуть их. Все в ней было знакомо: ее потрепанные волосы, подстриженные под

каре, ее блестящие очки "кошачий глаз", ее сопливый нос, покусанная кожа на пальцах и слабый

запах яблочного пирога.

Но она была человеком, которого я совсем не знал: падчерицей бессмертного сумасшедшего

Нерона, член Императорского двора. Что это вообще значит? Я представил себе семейку Брейди

в фиолетовых тогах, выстроившуюся на семейной лестнице, и Нерона внизу в одежде экономки

Элис. Яркое воображение – страшное проклятие. ( прим.: «Семейка Брейди» – американский

комедийный телесериал, который транслировался в 1969-1974 гг. Он рассказывал о

многодетном овдовевшем отце, который женится на вдове с тремя детьми)

К несчастью для рощи, Мэг также была дочерью Деметры. Деревья отвечали на ее силу.

Сросшиеся дубы загрохотали. Их стволы начали двигаться.

Я хотел остановить их, но уже был вовлечен в процесс. Казалось, что роща высасывает из меня

силу. Мои руки будто приклеились к стволу. Врата открылись шире, насильно раздвигая мои

руки. В один ужасный момент я подумал, что деревья продолжат двигаться и меня разорвет на

кусочки. Но они остановились. Корни перестали дрожать. Кора остыла и отпустила меня.

Лишенный сил, я отшатнулся. Мэг же замерла на месте около только что открытых врат. На

другой стороне были... ну, там было много деревьев. Несмотря на холод, молодые дубы были

высокими и зелеными, они росли кругом, образовывая небольшое пространство посредине. Всю

землю устилали жёлуди, окружённые бледным янтарным сиянием. Для защиты рощи вокруг

росли деревья более громоздкие, чем те, которые росли в начале. Вверху плотно сплетенные

ветви деревьев образовывали купол, охраняющий это место от воздушных нарушителей.

Прежде чем я успел предупредить ее, Мэг перешагнула через порог. Одновременно заговорило

множество голосов. Представьте, что сорок пистолетов в один и тот же момент стреляют тебе в

голову. Слова больше походили на некое лепетание, но они сводили меня с ума, требуя полного

внимания к себе. Я закрыл уши руками. Голоса стали только громче и настойчивее.

Персик неистово царапал землю, пытаясь спрятать голову в песок. Винс и Гэри корчились на

земле. Даже находящиеся без сознания полубоги извивались и стонали, привязанные к столбам.

Нерон пошатнулся и поднял руку, будто прикрываясь от яркого света.

— Мэг, останови эти голоса! Сейчас же!

Мэг, похоже, голоса не приносили никакого вреда, но она выглядела сбитой с толку.

— Они говорят что-то...

Она хватала руками воздух: будто тянула невидимые нити, чтобы распутать смятение.

— Они взволнованы. Я не могу... Подождите...

Внезапно голоса смокли, словно добившись своего.

Мэг повернулась к Нерону, ее глаза были широко раскрыты.

— Так это правда. Деревья сказали, что ты хочешь сжечь их.

Германцы постанывали, лежа на земле в полубессознательном состоянии. Нерон оправился

намного быстрее. Он поднял палец вверх, как бы вразумляя и направляя.

— Послушай меня, Мэг. Я надеялся, что роща принесет нам пользу, но очевидно, что она

сломана и беспорядочна. Нельзя верить тому, что она говорит. Это глашатай старой Королевы

Титанов. Роща должна быть уничтожена. По-другому и быть не может, Мэг. Ты ведь понимаешь

это, не так ли?

Он перевернул Гэри на спину и порылся в карманах телохранителя. Затем Нерон выпрямился,

торжественно держа в руках коробку спичек.

— Мы восстановим всё после пожара, – сказал он. – Это место будет великолепным!

Мэг уставилась на него, будто впервые заметив его ужасную бороду.

— О.... о чем ты говоришь?

— Он собирается сжечь и сравнять с землей Лонг Айленд, – сказал я. – Затем он сделает его

своим личным владением точно так же, как это было с Римом.

Нерон в гневе рассмеялся.

— Лонг Айленд – все равно куча грязи! Никто не будет сожалеть об этом. Мой новый

императорский дворец растянется от Манхеттена до Монтока – величайший замок из когда-либо

построенных! У нас будут личные реки и озера, сто миль собственного пляжа, сады настолько

большие, что у них могут быть почтовые индексы. Я построю каждому члену моей свиты

личный небоскреб. О Мэг, подумай о вечеринках, которые мы будем устраивать в нашем новом

"Золотом доме"! ( прим.: Золотой дом – дворцово-парковый комплекс в Риме, начатый

постройкой после разрушительного пожара 64 года н. э. )

Правда была непростой. Ноги Мэг согнулись под ее весом.