Чтение онлайн

Я посмотрела пристально, даже задействовала все пять голов, чтобы не распылять внимание на обзор пространства и охрану. В начале ничего примечательного не заметила, но стоило Ваюни коснуться тверди, как вдруг осознала на каком-то инстинктивном уровне — она пытается вернуть себе двуногую форму.

— Уф, — восклицание было окрашено множеством эмоций. Здесь и облегчение от того, что стало понятно, куда уходит магия из сестры. Рядом озадаченность — нужно же ее обучить закрываться от неосознанных желаний, особенно теперь, когда крылатая форма — это наше постоянное состояние. А еще осознание того, что я тоже трачу свою внутреннюю силу на эти тщетные попытки — снова стать человеком.

— Это приходит с опытом, милая, — мама грустно вздохнула и опустилась рядом с Ваюни. — К сожалению, ей этого не избежать…

Глава 15. Идеи и правила

— Мы создадим Врата на каждом из оставшихся порталов, — протараторила Ларо на одном дыхании. — Мы будем первыми, кто сделал это извне!

Бабушки и прабабушка, да и даже мама смотрели скептически и даже не улыбнулись, списывая все на шутку. Значит, поняли, что дело серьезное и пахнет извергающимся вулканом в Аяяюте — паршивей некуда.

— Вы не думайте, что мы придумали что-то несбыточное и сами же в это поверили, — это Валер пытается показать бабушкам, что они благоразумные и ответственные, но те даже не шелохнулись.

— От вас потребуется сосредоточенность и, по возможности, задержать всех в том мире, в который нас выкинет первыми, — Ситтель же смотрит на тетю Каммей, а у той глаза круглые — каждый почти как гонг, что висит в горах на границе с Лур-Арх и оповещает обе долины о наступлении лурцев.

— Вот где подвох, — прошептала тетя Каммей и запустила поисковую магию на дочь, чтобы определить, на сколько она в данный момент больна.

Ожидаемо, поисковик вернулся того же цвета, что и исчезал под чешуйками, но тетю это не удовлетворило — она подошла к дочери и принялась ее обнюхивать и ощупывать, как если бы мы снова вернулись в детство и только-только обрели крылья — тогда нас тоже диагностировали, чтобы, не дай Мать дрохов, мы вдруг не заболели на фоне усиленных магических трат.

— Ну, мам, — Ситтель чуть ли не отскочила от тети, когда та попыталась приподнять ее хвост и проверить на его кончике чешую и возможные воспаления, а Ларо и Валер благоразумно попятились назад, чтобы им тоже не пришлось стать подопытными дрохами.

— Действительно, Каммей, не перегибай. Ситтель вполне благоразумная девочка и осознает абсурдность этих идей — это просто она шутит, — прабабушка с доброй улыбкой попыталась погладить кузину по одной из ее голов, но Ситтель отскочила уже от нее и нервно рыкнула.

— Я не шучу! И порталы придется закрывать так, потому что по-другому у нас не получается.

— Девочка, мы не изучали порталы увлеченно, как вы с Валером и Ларо, но даже мы знаем, что нельзя закрыть портал извне — только внутри того мира, куда он открывается.

Прабабушка нисколько не сердилась на моих кузину и сестру, даже на Валера, что поддерживает их — ей просто было важно донести безнадежность задуманного проекта, но тут и во мне всколыхнулся бунтарский океан, генерируя волны возмущения. Правда, возмущалась я другим.

— Ваши врата надолго не смогут закрыться, если их не привязать к миру и не сделать материальными. А как вы это сможете сделать, если нас выбрасывает в мире, где нет ни деревьев, ни больших камней, ни, хотя бы, пещер или просто скал. Мы выходим в пространство, где просто голо, ну кроме того раза, где вокруг сплошное море.

Да, есть один портал, который нас выносит на берег океана, а дальше нас чуть ли ни волны вышвыривают обратно в портал, потому что тот кусочек суши, за который мы в итоге цепляемся, годится разве что альбатросов приютить, а не крепких дрохов во всей красе. После этого портала мы мокрые, грязные, потому что не только по волнам нас волочет, но и по земле и камням, и жутко злые. Но открывается этот мир для нас не всегда — это мы успели заметить.

Стоп, по камням…камням…кам…штрах подери! Там есть камни, причем маленькие, с кулак Ваюни в человеческой форме, а, значит, я могла бы их использовать для… Штрах, штрах сатархский! Мама не разрешит.

Повременим пока и вернемся к разговору, тем более дядя Рари включился, наконец, в разговор, а то он все это время стоял поодаль и прислушивался с опаской, словно боялся, что пойди он первый с объяснениями, его тут же сожрут наши старшие дрохии.

— Почему ты считаешь, что нематериальные Врата нам не помогут?

Это дядя ко мне обращается, а я и прослушала.

— Потому что нематериальные Врата должны иметь привязку к миру гораздо большую, чем привязку к кому-то из нас — ты же сам нас учил этому.

— Не думал, что ты слушала, — в его голосе сквозила гордость за ученицу, и я невольно попыталась расправить плечи, сама, ощущая гордость от похвалы (вот такой, не сильно похожей, но уж какая есть). — Ты считаешь, что мы не сможем привязать Врата?

— Там нужна сила, которую невозможно закольцевать без магии крови, а нематериальные Врата — это же не заклинание — там можно всю кровь выпустить, а энергии не хватит.

Порталы, может быть, и не моя сильная сторона, но вот магия чисел, которая участвует в любом построении магического объекта, плотного или эфемерного, — вот в ней я сильна (не так, к сожалению, как магии камней, но все же), а они меня оставили среди мелких…

— Твои предложения, Саянара.

Штрах берхасский, когда в ход идет полное имя, да еще от дяди, то я чувствую себя как на уроке в дядиной школе, при этом словно я урок не выучила, а сейчас прямо контрольная за целый год обучения. Вот за что он со мной так?

— Понятия не имею, — я передернула крыльями и чуть не сдула в сторону Ваюни, которая делала вид, что увлеченно пишет на магической тверди когтем, а на самом деле подслушивала.

— Так дело не пойдет, третья принцесса Саянара Гайят Арх, — голос дяди стал суровей и холодней, а мои своевольные крылья и хвост придавило магией королевского рода, которую дядя, являясь побратимом отца, может черпать от Матери дрохов наравне с каждым из нас. Мои крылья разом обмякли и тряпочками обвисли по бокам, а на хвост словно скалу сбросили. — Ты должна была обдумать вариант выхода из той ситуации, что сама описала, а не критиковать чужие решения. Какой ты видишь выход при данном условии задачи?

Я тут же воспламенилась от его слов, потому что они задели за живое так чувствительно, словно я уже провалила экзамен.

— Мы не на уроке, дядя, — огрызнулась, чувствуя, что гнев разгорается наряду с обидой. — Это в школе я должна что-то решать по твоему распоряжению, а здесь мы не в школе. Ели так надо, то я, конечно, поищу ответ…

Моя обида разгорелась с новой силой, стоило только представить, что вот они все собрались и обсудили, как быть с порталом, придумали идею, а я за них отдувайся и ищи их огрехи, словно это я тот портал открыла, который нас теперь не выпускает.