Чтение онлайн

– Это лучше, чем не чего, – размышляла Арина, – главное – твердая земля, а не вода с акулами.

Только она произнесла это слово, как появилась Пиратка. Так называла Арина назойливую хищницу со шрамом около глаза. Она словно почувствовала, что девушка с птицей собираются спастись и лишить ее обеда. Стала мешать плыть и отталкивала плот нападая.

“Нет, я так просто не сдамся, тем более, когда на горизонте земля”

Она быстрее стала грести веслом, не забываясь отталкивать Пиратку от плота. Сложность добавляло еще время суток. Вечер клонился, и вот, вот солнце выключит последние лучи. Нужно добраться, пока светло. Вдруг она попала в течения, проходящие мимо островов, плот подхватило и понесло. И почувствовала себя Одиссеем из поэмы Гомера. Акула кружила поблизости и не думала ее оставлять. Острова стали совсем близко. Уже можно было рассмотреть их конфигурацию. Первый остров был очень скалист, и не было возможности подняться по его обрывистому склону высотой до трех метров. Она пропустила его и проплыла мимо. Второй почти такой же, но с него свисали лианы, хотя они не доставали до воды, но можно подпрыгнуть и зацепиться за них. Это шанс. Был еще третий, он казался больше, но и находился на большом расстоянии от этих островов. Доплыть до него не хватит время, еще мгновение и солнце сядет за горизонт. В темноте большой риск промахнуться. Плот затапливала волна, и уже над водой оставалось лишь кресло, гуда поместили гнездо из прутьев с Карлушей. Акула кружила вокруг, сокращая расстояния. Она готовилась к нападению. Единственный шанс рискнуть и подпрыгнуть, но если промахнется или оборвется лианы и она окажется в воде с Пираткой, а плот уплывет.

Арина сняла рубашку и сделала гамак, как для грудного ребенка. Положила туда Карлушу, повесила сумку на шею. Приблизилась к острову так, чтобы оказаться под лианами. Последний раз выпила всю воду из опреснителя. Пиратка нырнула в глубину. Арина встала на кресло и согнула ноги, присев в прыжке и размахнулась руками, подала тело вперед. Вдруг из глубины сильный удар пришелся на середину плота, приподняв кресла в воздух вместе с Ариной, придав ей ускорения. Она взлетела и стала хвататься руками, за все, что попадалось. Что-то обламывалось, что-то скользило, но наконец, ухватилась и повисла над бездной. Акула кружила под ней, плот разломился, еще держалось уплывающее вдаль кресло. Арина притянула к себе еще несколько веток для надежности и стала подниматься, упираясь ногами в обсыпающую стену скалы, подтягивала тело руками. Наконец, она достала горизонтальной поверхности, заросшей растительностью. Отползла подальше от обрыва и рухнула, освободив из гамака Карлушу. Птица поднялась и переместилась на дерево. Арине следует последовать за Карлушей, неизвестно кем населен остров. Она поднялась. Ноги и руки не случались от перенесенного физического напряжения. Все тело трясло. Радость переполняла грудь и на глазах появились слеза. Она стоит на твердой земле, в своей стихии, и больше ей не угрожает глубина и хищницы. Подошла к дереву в тот момент, когда погасло совсем солнце, и наступила тьма. Успела заметить, что нижняя ветка находилась недалеко от земли. Обхватила ее руками и подтянулась, забралась повыше и устроилась около ствола, прислонившись к нему спиной. Обвязала себя рубашкой, чтобы не свалиться с дерева, если уснет. Карлуши не было видно и неслышно, наверное, заснула. Арина устала, но от избытка эмоций не сразу заснула и еще долго смотрела на звезды. Завтра она обследует остров. Нужно найти еду и воду. Пить хотелось, но это завтра. Она потерпит, главное суша под ногами. Твердая земля, а не постоянно качающая поверхность океана.

*****

Солнечные лучи стали нагревать все вокруг, и даже под редкой кроной исчезла тень. Арина отворачивала лицо от света, еще находясь в сладкой дреме. Вдруг она с ужасом проснулась и вспомнила, что уже не на плоту дрейфует в океане, а на острове. Карлуша весело щебетал на соседней ветке. Арина отвязала рубашку. Ее одежда пришла в негодность. От штанов остались лохмотья, за время плавания она не раз резала от них веревочки. Майка грязная и просоленная. Рубашка превратилась в решето, с мелкими дырочками, рисунок совсем выцвел. В вынужденном путешествии на плоту наличие бутиков не предусмотрено.

Арина встала на дерево ногами и посмотрела по сторонам, оценивая размеры острова. Он оказался небольшим, с густой растительностью. Скалистой поверхностью справа и маленькой полоской желтого песка внизу. Не знала вчера, что к острову можно подойти с другой стороны, и высадиться на сушу без приключений. Но риск во вчерашней ситуации был бы не оправдан, если остров со всех сторон не преступен. Так, что она сделала правильно, забралась по скале. Посмотрела в другую сторону кругом океан. Она перевела взгляд и увидела на соседней ветке, обвивая несколько раз, висела коричневая змея. Она дремала на солнышке. Арина совершенно не разбиралась в видах рептилий и понятие не имела, как отличить ядовитую змею от неядовитой змеи. Она быстро слезла с ветки и позвала Карлушу. Не стоит его оставлять на обед этому кожаному шлангу. Птиц и их яйца едят любые змеи, и не зависит от яда. На острове кроме, множества птиц были еще и пресмыкающийся вид. Арина взяла длинную палку, на всякий случай и двинулась к выступающей скале. С вершины дерева видно, у подножия имеется чистое пространство от деревьев, и стена блестела на солнце. Возможно, там есть вода. Еще Арина собиралась спуститься к полоске желтого песка и обследовать его. Ясно остров не обитаем и не известно, сколько ей придется здесь пробыть, нужно позаботиться о ночлеге заранее. Карлуша летал поблизости и иногда покидал свою спасительницу и присоединялся к сородичам. Пробираться через растительность пришлось трудно, перелазить через кусты и лианы. У некоторых растений были большие листья с острыми краями. По пути ей попался куст с ярко-красными мелкими круглыми ягодами. Она сорвала и попробовала – сладко. Съела еще несколько и остановилась. Ягоды не ели птицы. – “Может, они ядовитые”, – подумала Арина и почувствовала, как ее голова стала кружиться, конечности перестали ощущать боль от колючих веток и прикосновений. Она вышла к скалистой возвышенности, по стене, которой стекала вода, а у подножия образовалась небольшая чаша с теплой водой. Арина прополоскала рот и извлекла часть ягод назад. Пустой желудок сопротивлялся, не хотел расставаться с пищей, попавшей в него. Жадно пила на вкус слабосоленую воду. Голова продолжала кружиться, и она присела, рядом прислонившись спиной к холодной стене. Вода в желудке бунтовалась, и ягоды фонтаном вылетели прочь. Половина суток пришлось пролежать около чаши с водой, обессиленной. Пришла в себя, когда солнце повернула и светила с другого боку.

– Воду пить чуть-чуть, и к красным ягодам не притрагиваться, – пришла к выводу Арина.

Она разделась и искупалась в природной чаше с теплой водой. Прополоскала одежду от соли и грязи и разложила на гладкие камни, сушится. Недалеко росли пальмы с бананами и кокосами. Пришлось потрудиться, чтобы сбить плоды, но добыла пропитание, чувствовала себя первобытным человеком. Принесла ветки и соорудила постель, сплела из лиан гамак между пальмами и выложила ложе из листьев, сделала что-то напоминающее крышу.

Оставалась еще одна серьезная проблема, не хотелось проводить в темноте все время. Собрала сухие ветки, достала оставшуюся фольгу от шоколадки и порвала ее на очень тонкую и длинную полоску. Концы закрутила и присоединила к батарейке в надежде, что там остался еще заряд. Огонь быстро вспыхнул и зажег костер. Запекла бананы на костре и, разбив кокос об камень, запила сладкой жидкостью. Еще одна ночь прошла. Сколько впереди таких ночей и дней ей предстоит, не знала. И найдет ее здесь кто-нибудь.

Она постепенно обживалась на острове. Залазила на вершину скалы и осматривала акваторию вокруг, но кроме, двух соседних островов, расположенных на разных расстояниях, ничего и никого не было. Ни одного судна вокруг не проходило. Решила, наконец, спуститься и попробовать наловить рыбы с помощью копья. Издалека казалась, на берегу есть мангровые деревья, но, возможно, среди них водятся крокодилы. Она расчищала проход себе с помощью палки. Но скорее защищаясь от ядовитых гадов, чем, освобождая тропинку от растительности. Вышла на лежавшие большие гладкие камни среди кустов, но увидела извивающийся комок змей, лежавших на теплой поверхности. Они зашевелились и поползли, подняв головы. Она отпрыгнула в сторону и не увидела ползущую в заде змею, которая молниеносно сделала бросок в ее сторону и укусила за бедро. Арина попятилась, соскользнула на ветки и лианы с камня. Растительность не выдержала ее веса и посыпалась вниз вместе с ней и змеей в глубокую пещеру. Она упала на каменистое дно пещеры. Змея валялась недалеко от нее. Свет попадал только через круглое широкое отверстие сверху. По голым темным стенам капала вода, собиралась в струйки и устремлялась вниз маленьким ручейком шириною не больше самой капли. Из пещеры шел тоннель, по которому кто-то приближался. Слышны шаги и как под ногами хлюпала вода. Глаза заволакивала пелена, трудно дышать, тело горело. Появились два маленьких человека, азиатской внешностью: пожилой седой мужчина, второй моложе него с черными глазами и широким носом. Они исследовали стену справа, пытаясь выдвинуть камень из нее. Арина еле различала их полуголые фигуры в набедренных повязках. Она протянула руку и позвала на помощь. Молодой азиат метнул в ее сторону мачете, оно пронеслось рядом и сразило змею, поднявшую голову. Старик подошел ближе и наклонился над ее бедром, в месте маленьких параллельных дырочек нанес крестообразный разрез и сильно сжал мышцы. Кровь выступила из раны, а от боли Арина потеряла сознание.

Она долгое время была в бреду, иногда открывала глаза и сквозь неясную дымку видела около нее сменяющих друг друга азиатов. Лежала она на постели, которая тихо покачивалась, вокруг было тускло, и пространство освещалось одной-единственной чадящей свечой и пахло не то парафином, не то каким-то салом. Азиаты поили ее горьким и терпким отваром и периодически меняли ей повязку на бедре с какой-то вонючей мазью, но приятно холодило. Не было сил говорить, и снова закрывались глаза, и она проваливалась в какую ту вязкую сонную бездну. За те редкие минуты, как она приходила в себя, успевала заметить через прямоугольное окно, разделенное на небольшие квадраты, смену дня и ночи. То ярко светило солнце, то проникал холодный серебреный свет луны.

Наконец, пришла в себя и открыла глаза. Она не знала, как долго находилась бессознательным состояние. Где находиться и кто эти люди, которые ее спасли. Ощущалась качка, и это ее пугала. Снова в океане.

– Наверное, от острова они добираются до порта на корабле, – подумала Арина, – корабль?! Почему она решила, что корабль, а не яхта?

Она осмотрелась по сторонам и поняла почему. Комната вся из массивного темного дерева. Кроме большой кровати с грубыми простынями, как по ее ощущениям, большой стол с разложенными на нем картами стоял посередине каюты. Она подошла ближе и посмотрела. Карта старая, на ней даже отсутствовала Австралия. У стены с противоположной стороны напротив кровати стоял секретер. Большая капитанская книга лежала открытой на столешнице. Полистала страницы с записями. Капитан каждый день записывал события, происходящие на судне на французском языке, и датированы они 1638 годом. Подняла железную крышку, украшенную выбитыми узорами в виде гроздей ягод с чернильницы, и заглянула, она была полна черной туши. В длинном цилиндре воткнутые перьевые ручки, рядом возвышался подсвечник с тремя наполовину оплавленными толстыми свечами. Ящички, расположенные с каждой стороны, не открывались. В шкафу около стены нашла только старые книги, рядом стоял большой сундук, закрытый на ключ, ремнями надежно зафиксирован около стены и темно-синее кресло. Обстановка скорее напоминала музей, чем современный корабль. Через большое окно, разделенное на маленькие квадраты, светило солнце и открывался замечательный вид на спокойное синее море и нежно-голубое небо. На палубе ложились тени от парусов.

– Наверное, ее спасло парусное судно. Седов или Крузенштерн, – единственные названия вспомнила она сейчас. Снаружи доносился шум, напоминающее металлическое лязганье, и мелькали тени людей.

– Нужно поговорить с капитаном и узнать, когда прибудет корабль в порт, – решила Арина, оглядев себя. – И спросить, где можно привести себя в порядок, наконец, принять душ, и попросить одежду, переодеться. Но сначала позвонить и связаться с близкими.

Она была в майке на тонких бретельках, потерявший свой прежний вид, а от штанов остались лишь рваные шорты. Частью ткани от штанины перевязана рана на бедре. Пошла к выходу не уверенной, шатающей походкой больной, только что очнувшейся от комы.

– Это совсем, никуда не годится, – возмутилась она, – на корабле отсутствует аптечка с бинтами? Или меня поместили в музейную каюту и сочли, что я тоже экспонат.

Она рывком открыла дверь, готовая возмущаться, и застыла, оказавшись на палубе. Рядом с парусным судном, где находилась Арина, пришвартовался другой корабль. Люди в пиратских костюмах сражались друг с другом на шпагах, некоторые держали в руках мушкеты и стреляли.

– Понятно, попала на постановочное судно, идет съемка, а вокруг это декорация, – решила Арина и сделала шаг назад, чтобы не попасть в кадр в несоответствующей эпохе одежде. Но не камер, ни оператора, ни режиссёра нигде не было видно. Зато запах стоял ужасный. Пахло гарью, порохом, кровью и несвежими телами. Перед ней бежал мужчина в пиратской одежде, вдруг он заметил ее и повернулся, улыбаясь ртом с отсутствующими зубами, а остальные покрыты кариесом и имели желтый и черный цвет. Он приближался к ней с мушкетом в руках. От него разило спиртным и грязным телом. Неожиданно сверху на канате спустился молодой стройный мужчина в камзоле и длинными кудрявыми волосами до плеч. Взмахнул саблей и сразил идущего на Арину пирата. Рука его отделилась от тела и еще несколько раз судорожно сокращалась, затем кисть разжалась, и из нее вывалилось оружие на палубу. Лужа крови разливалась по доскам. Сам пират упал на колени, а затем лицом вниз и застыл неподвижно. Арина закрыла рот рукой и медленно пятилась назад. Молодой мужчина повернулся к ней и посмотрел на нее с прищуром серых глаз. Сделал знак кому-то в стороне и тут же убежал. Арина повернулась, а рядом с ней появился из ниоткуда пожилой азиат. Он проводил ее обратно в каюту и закрыл дверь.