Чтение онлайн

– Мне приходилось слышать о том, что в горных подземельях работают гномы, - обратился Лафайет к их провожатому, когда они поднялись на относительно спокойный административный уровень.
– Но я всегда представлял себе крошечных бородатых человечков, работающих в маленьких кузницах.

– Мы недавно модернизировали производство, - пояснил ему Спронройл. Только за последний финансовый век производительность труда возросла на восемьсот процентов.

В отделе сбыта Свайнхильд молча наблюдала, как расторопные электронщики по указанию Пинчкрафта разворачивали перед ними небольшой темно-зеленый ковер.

– Это двенадцатая модель, самая последняя, - с гордостью сказал управляющий производством.
– Лобовое стекло, кондиционер и магнитофон, ремни безопасности и мягчайший густой ворс - ручная работа.

– Он очень миленький, - сказала Свайнхильд.
– Но на нем нет места для меня.

– Ты не можешь лететь со мной, - решительно сказал Лафайет.
– Слишком опасно.

– Нет, я тоже полечу, - упрямо возразила Свайнхильд.
– Только попробуй мне помешать!

– Неужели ты думаешь, что я стану подвергать твою жизнь опасности на этой летающей подстилке? Ни за что на свете!

– Неужели ты думаешь, что я буду сидеть на этой мраморной фабрике, подпирая головой потолок, пока ты будешь где-то летать, рискуя сломать себе шею?

– Ни в коем случае, милочка, - сказал Спронройл.
– Фитцблумер, разверни тринадцатую модель - двухместную.
– Он с вызовом взглянул на О'Лири. Если кто-то думает, что я взвалю на себя заботу о девице, которая на два фута выше меня, то он глубоко заблуждается.

– Ну... тогда другое дело, - уступил О'Лири.

В течение десяти минут были проверены схемы, и тринадцатую модель поместили на пусковой площадке, после чего осталось только сбалансировать подъемную силовую установку, которая обеспечивала бы ровный, горизонтальный полет.

– Летающая подстилка!
– бормотал себе под нос Пинчкрафт.
– Да она надежнее океанского лайнера! Не превышай шестидесяти миль в час первое время, пока не освоишься с системой управления, только и всего.

– Ладно, - ответил Лафайет, закутываясь в подбитый мехом плащ-невидимку, чтобы не продрогнуть на ветру. Свайнхильд устроилась сзади, обняв его за талию.

– Ну, поехали, - скомандовал О'Лири.

Он ощутил знакомый толчок, потом на какое-то мгновение у него закружилась голова - это ковер ложился на выбранный курс. А дальше только ветер засвистел у них в ушах. Где-то далеко внизу стремительно исчезали огни специализированного завода "Аякс".

– Надеюсь, ты не очень сердишься, что я полетела с тобой?
– прошептала ему в самое ухо Свайнхильд.

– Да нет, не очень, - ответил Лафайет, не оборачиваясь.
– Только не мешай мне, когда дело примет серьезный оборот. Крупкин сбежал, потому что испугался, что я узнаю его и пущу в ход свои психические энергии.
– Он невесело рассмеялся.
– И я действительно его узнал - но вот использовать психическую энергию против него уже не в моих силах.

– Зато тебе везет, - ответила Свайнхильд.
– Мы чудом спаслись только потому, что ты обнаружил дверцу в скале. По-моему, это тоже неплохо.

– В моем везении есть что-то странное, - заметил О'Лири.
– Мне либо чертовски везет, либо чертовски не везет. Помнишь, как я нашел рясу монаха в парке? Или еще раньше, на паруснике, когда у меня под рукой оказался нож - без него мы бы пропали. Мне иногда начинает даже казаться, что я опять могу управлять психическими энергиями. Но потом я пробую опять - и никакого толку. Что-то здесь не так.

– Не стоит переживать об этом, Лейф. Лучше положись во всем на судьбу. Я именно так и делаю и до сих пор как-то выкручивалась.

– Ну, тебе-то проще, - возразил Лафайет.
– Ведь о чем ты мечтаешь? Попасть в большой город и пожить в свое удовольствие. А я... Знаешь, мне порой даже хочется вернуться в пансион миссис Макглинт. По крайней мере, можно было бы спокойно жить, питаясь сардинами.

– Да, Лейф, ты прав - тебе здорово достается. Ты настоящий герой.

– Да какой я герой?
– рассмеялся О'Лири.
– Ты ошибаешься, - сказал он с деланной скромностью.
– То есть, я хочу сказать, что настоящие герои любят опасность. Ну, а я хочу тишины и покоя - только и всего.

– Ты хочешь тишины и покоя? Нет ничего проще, Лейф! Нужно только развернуться и лететь на юг. Я слыхала, там есть чудесные острова - мы бы построили хижину, ели кокосы, ловили рыбу...

– Если бы все было так просто, Свайнхильд! Но сначала я должен расквитаться с этим прохвостом Крупкиным-Горублом! Только бы мне добраться до него! Хотел бы я видеть его лицо, когда я скажу ему, что знаю, кто он такой и что затевает. Тогда...

Ковер подбросило, словно он попал в восходящее течение.

– Осторожнее!
– вскрикнула Свайнхильд, указывая на что-то возникшее прямо перед ними. Лафайет прокричал команду - но было уже слишком поздно. Резко накренившись влево, ковер на полной скорости вошел в снеговое облако, перевернулся и кувырком понесся к земле в потоке мельчайших ледяных кристалликов, похожих на сахарный песок. Лафайет почувствовал, как Свайнхильд вцепилась в него, а ремни безопасности врезались в грудь. Снег бил ему в лицо, словно песчаный смерч...

На головокружительной скорости ковер врезался в сугроб. Лафайет попытался сесть. Вокруг него мелькали огни фонарей, двигались тени, откуда-то доносились хриплые голоса, цоканье копыт...

– Опять ты, - услышал он знакомый голос.
– Как - когда - на чем - но главное, зачем? Когда я видел тебя последний раз, ты мирно спал в роскошных покоях. Что ты делаешь в этом сугробе?

О'Лири заморгал ресницами, по которым стекал растаявший снег, и, словно сквозь туман, увидел прямо перед собой озабоченное лицо Горубла-Крупкина. За ним стояли, раскрыв рты, вооруженные стражники.

– Решил незаметно скрыться, а?
– сказал Лафайет срывающимся голосом. На этот раз вам это не удастся, ваше бывшее королевское величество. Я узнал тебя и знаю, что ты задумал...

Лафайет потянул за край ковра, который каким-то образом обмотался вокруг него, но тщетно - его словно накрепко связали веревками.

– По-послушай, мой мальчик, - пролепетал, запинаясь, Горубл. Он жестом приказал стражникам отойти в сторону.
– Почему бы нам не договориться по-хорошему? Ведь ты неплохо устроился, к чему тебе мне мешать? Видишь ли, совсем нелегко стать простым смертным после того, как правил королевством. Будь ко мне снисходителен. Если бы ты согласился помочь мне вернуть престол в Артезии, я бы отблагодарил тебя по-королевски, можешь мне поверить. Хочешь, я отдам в полное твое распоряжение Меланж...